Изменить судьбу. Пекло для истинного - Наталья Александровна Буланова

Мы с Дейром поднимаемся по ступеням по импровизированному коридору из слуг, а потом стражи. Родители следуют за нами, и наши шаги эхом отдаются под сводами портика.

Именно здесь, у внутренних дверей, украшенных инкрустацией из перламутра и черного дерева, нас и встречает мужчина в возрасте. Он держится с достоинством, но в то же время почтительно, а его одежда свидетельствует о том, что он приближенный к императору человек. В его поклоне Дейру есть знак уважения, адресованный лично ему, а не просто титулу.

А я впервые вижу, как Дейр уважительно кивает в ответ.

Мужчина распрямляется и важно сообщает:

- Его Величество осведомлен о вашем прибытии и приглашает вас и сопровождающих лиц проследовать Мозаичный зал. Он ожидает вас там.

Просьба звучит мягко, но в ее формулировке «проследовать» слышится приказ высшей инстанции, облаченный в вежливость. Дейр лишь коротко кивает, как будто все именно так и должно быть.

Мы проходим мимо стражи вглубь дворца по тихим и солнечным галереям, выходящим во внутренние сады. Воздух здесь насыщен запахом срезанных цветов, что стоят в напольных вазах.

Когда мы останавливаемся перед резными дубовыми дверями, я не успеваю собраться с духом, как они бесшумно открываются.

Мозаичный зал оказывается просторным помещением с огромными витражными окнами из разноцветных стекол различных форм. Из-за чего свет, который падал на голубой пол, казался радужным.

Одна глухая стена была уставлена высокими шкафами с подпрыгивающими от переполнявшей их магией книгами, а стена напротив могла похвастаться огромным камином, перед которым на кресле с высокой спинкой сидел сам император.

Рошель V. Нашему владыке около сорока, и вживую он выглядит совсем не так, как я представляла. Никакой тяжелой короны, никакого ослепительно-золотого шитья. Простой, но безупречно сшитый камзол темно-синего цвета, мягкие сапоги, фигура среднего телосложения. Волосы темные, без единой проседи, собраны сзади в хвост и перевязаны темно-синей лентой.

Лицо умное, с живой мимикой, которое сейчас отражает величайший интерес. Его длинный нос, кажется, даже указывает на меня, а внимательный взгляд собирает все визуальные сведения, начиная от моей одежды, заканчивая седыми волосами.

Свиток в его руках сворачивается, а глаза загораются теплым светом, как только он переводит взгляд на Дейра.

Он встает, и по тому, как легко он это делает, без церемонной тяжести, становится понятно, что здесь, в этом зале, он не император, а человек.

Я слышу, что родители встают позади нас. Мамина юбка и папин камзол шуршат одеждой.

- Дейр, - произносит император, первым направлясь к нам, и в его голосе звучит неподдельная радость. - Ты таки являешься. И не один, как я вижу.

Я делаю глубокий реверанс, а Дейр, к моему изумлению, даже не опускает головы.

- Ваше Величество, я явился по делу, которое не терпит отлагательств, - заявляет Дейр. - Можно воспользоваться вашей купелью для истинных?

Император переводит на меня удивленный взгляд, и я вижу, как уголки его губ начинают медленно подниматься.

- Да неужели? Серьезно? Вот это да! Ха! - Император выглядит пораженным и, что удивительно, счастливым.

И теперь он смотрит на меня и моих родителей куда более внимательно. Я же чувствую, что у меня язык к небу прилип, а внутри все дрожит.

Дейр лишь слегка наклоняет голову в подтверждение. В его позе нет ни тени сомнения, лишь привычная стальная твердость.

Император Рошель V замирает на секунду, его проницательный взгляд скользит с моего перевязанного запястья на седую прядь волос, потом на напряженные лица моих родителей.

Это молниеносная, но всеобъемлющая оценка занимает всего мгновение. Затем он отводит глаза обратно к Дейру, и на его лице расцветает широкая, не скрываемая улыбка. В ней столько тепла и неподдельного веселья, что это кажется невероятным для владыки империи.

- Ха! Вот это поворот! - восклицает он, и его голос гремит под сводами зала. - Мой вечный отшельник, грозный командир Черных клинков, является ко двору не по моему приказу, и не с докладом о бунтах на границе, а с просьбой о купели? С истинной? - Он качает головой, словно не может поверить. - Дейр, только ты мог устроить такой сюрприз. Приятно, приятно… Так вот почему ты проигнорировал все мои письма с предложениями о должности военного советника? Знал, что скоро явишься с куда более веским аргументом?

- Это господин и госпожа Торн и их дочь Эйви, - Дейр представляет нас достаточно холодным тоном для такого теплого императорского приветствия. Император делает шаг ко мне, и его манера держаться мгновенно меняется. Из радостного друга он превращается в внимательного, но доброжелательного хозяина.

- Девушка, - обращается он ко мне, и его тон удивительно мягок. - Ты, должно быть, пережила с ним настоящую битву. Дейр имеет привычку врываться в жизни, словно ураган. Позволь взглянуть на тебя.

Я не дышу. Не могу просто - все в груди спирает от неожиданности и происходящего.

Я стою прямо перед императором в столь неформальной обстановке, куда пускают только самых близких. Он настолько доверяет Дейру, что пустил с ним даже трех посторонних. Это просто удивительно!

Император не прикасается ко мне, но его изучающий взгляд ощущается почти физически. Он перечисляет так, словно кто-то записывает за ним под диктовку:

- Белоснежная прядь, боевая повязка и глаза, в которых видно больше, чем положено знать юной леди. Интересно. Очень интересно.

Император поворачивается к моим родителям, и его поклон - легкий, но исполненный глубочайшего уважения, заставляет маму ахнуть, а папу выпрямиться еще больше.

- Господин Торн, старшая госпожа Торн, младшая госпожа Торн, рад видеть вас. Я считаю себя старшим этого упрямца. Я уже и не думал, что этот день настанет. Связать свою судьбу с этим буйволом в человеческом обличье - решение, требующее немалого мужества.

Папа, к моему вечному удивлению, не теряется. Он выполняет безупречный, глубокий поклон.

- Ваше Величество, Эйви - моя единственная дочь. Мы, как родители, можем лишь надеяться, что ее избранник окажется достоин и будет оберегать ее, как зеницу ока.

Ничего себе как отец разговаривает с императором! Еще мне взглядом намекал быть осторожной, а сам открыто показал все свое отношение и сомнения. И это после того, как император представился старшим Дейра! С ума сойти.

Император задумчиво кивает, его взгляд снова возвращается к Дейру. - Слышишь, друг? Тебе выпала честь нести груз не только своей репутации, но и надежд достойных людей, - а его голосе проскальзывает смесь одобрения и старой, затаенной боли. - Ну