Тени прошлого - Оливер Стормс

– Если бы ты знала, как я не хочу тебя отпускать, – произнес Кристиан, выдыхая слова ей в волосы.

– Кристиан…

Сандра понимала… Нет, они оба понимали, что разлука будет долгой, а время не заморозить, не повернуть вспять. Но разве любовь, если она настоящая, не должна преодолеть все преграды?

– Не знаю, Сандра. У меня так ноет в груди, словно я тебя вновь потеряю.

– Не потеряешь.

– Обещаешь?

– Обещаю. Я поговорю с Дугласом. Мы же взрослые люди. И не начинай, – остановила его Сандра, услышав глубокий вдох за спиной, какой бывает перед вступительной речью.

Кристиан несколько раз предлагал лететь вместе в Нью-Йорк, но Сандра отказалась. Она уважала Дугласа и считала, что они должны решать этот вопрос только вдвоем. Не Кристиан – основная причина развода, а их с мужем отношения, которые стали тяжестью на их плечах.

– Не буду. Только прошу, напиши мне потом сразу. Ладно?

– Ладно. А ты будешь ждать?

– Буду.

– Долго?

– Если понадобится, то всю жизнь.

* * *

Самолет плавно снижался на посадочную полосу, ускоряя пульс Сандры в разы. Ее губы, волосы и тело все еще хранили на себе запах Кристиана, ставший таким родным за последние четыре дня.

Сандра посмотрела на время – почти десять вечера. Дуглас еще пару часов назад написал ей, что забрал Дженни домой, и они вместе ждут ее с огромным нетерпением.

Дженни… Ее малышка. Больше всего Сандру заботила именно она. Как Дженни воспримет новость о разводе родителей? Как отнесется к Кристиану? Сумеет ли он найти к ней подход? Сумеет – Сандра ни капельки в этом не сомневалась. Кристиан – тот мужчина, на которого можно положиться. Его рвение переехать в Нью-Йорк вызывало улыбку, хотя ему на самом деле придется это сделать, ведь в планы Сандры не входило разлучать Дженни с отцом. Это будет нечестно по отношению к дочери.

Мысли крутились в голове, не давая покоя ни на секунду, вплоть до того момента, как она поднялась домой и переступила порог. Квартира встретила ее угрюмой тишиной. Она поставила сумку на пол и прошла в детскую, желая скорее поцеловать дочурку, но кровать Дженни оказалась пуста.

Зайдя в спальню, Сандра увидела милейшую картину: ее любимая доченька спала на руке Дугласа, а на его груди лежала книга со сказками. Сандра затруднялась вспомнить, читал ли Дуглас ей сказки когда-нибудь раньше.

Стараясь не шуметь, Сандра зашла в ванную, собираясь освежиться после долгой дороги. Она успела только расстегнуть спортивную кофту, когда дверь резко распахнулась. На пороге стоял Дуглас. По его серьезному выражению лица сложно было судить о настроении, но что-то подсказывало Сандре, что ничего хорошего ей не сулило.

– Привет, – пробормотала она, готовясь не дать мужу ее поцеловать. Но он и не собирался. Как оказалось…

– Привет. Торопишься смыть с себя чужой запах? – процедил он. На его скулах заходили желваки.

«Он знает?»

Осознание неминуемого разоблачения ударной волной прокатилось по телу, оставляя неприятную дрожь в коленях.

– Да, пять часов полета дают о себе знать. Не мог бы ты выйти? – Сандра попыталась держать лицо, чтобы понять, блефовал ли Дуглас или ему что-то на самом деле известно.

Дуглас не ответил. Он молча подхватил Сандру под локоть и потащил в сторону кухни.

«Он узнал».

– Мне больно, Дуглас! – прошипела она, боясь разбудить Дженни.

– Да? Тебе больно?! – Глаза Дугласа стали настолько темными, словно в них налили чернила. – Кто он?

– Я не понимаю тебя! – Ее голос дрогнул, уверенность стремительно улетучивалась.

– Я звонил твоей матери! Никакой тети в Финиксе нет!

От удивления у Сандры приоткрылся рот. Теперь отрицать бесполезно. Меньше всего на свете она могла предположить, что муж позвонит ее матери. Это казалось почти таким же невозможным, как поймать луну в реке.

Кассандра хватала ртом воздух, не понимая, что следовало сказать, а Дуглас продолжил:

– Давно ты наставляешь мне рога? В апреле ты летала в Атланту. К нему? Теперь Лас-Вегас. В казино ходили? А ты лицемерка, Сандра. Так самозабвенно вешала мне лапшу о бедной тете со сломанной рукой. Или ногой? – слова Дугласа били наотмашь.

– Ты следил?!

– На тебя смотреть противно!

Ощущая себя на краю пропасти, когда под ногами медленно крошатся камни, Сандра не могла понять, как правильнее поступить: прыгнуть вниз или отступить назад. Ночь – не самое подходящее время для выяснения отношений, но раз Дуглас сам завел этот разговор, значит, нужно прыгать в пропасть и будь что будет.

Набрав полную грудь воздуха, она выпалила на одном дыхании:

– Не смотри, раз противно! Давай разведемся! Наш брак давно превратился в фарс! Как ты любишь выражаться – формальность! Я не хочу жить с тобой! Я. Тебя. Не. Люблю! – процедила Сандра, делая ударение на каждом слове.

– Как забавно… А его, значит, любишь?

– Люблю! По-настоящему люблю! Он самый лучший мужчина на свете! Он нежен в постели! Не то что ты – только берешь, не давая взамен. С ним я почувствовала себя настоящей женщиной. Любимой женщиной. Желанной.

Глаза Дугласа налились кровью, он нависал над ней грозовой тучей. Как в замедленной съемке, Сандра смотрела на руку мужа, сжимающуюся в кулак. Он отвел ее назад, замахиваясь. Сандра зажмурилась, все ее тело сжалось в тугую пружину в ожидании удара.

Она могла бы закричать, оттолкнуть его, закрыться ладонями, но ее сковал ледяной ужас – кадры из прошлого так живо встали перед ней, в которых отец избивал маму, а маленькая Сандра задыхалась от страха, глядя на ужаснейшее зрелище. Пока все девочки ее возраста верили в чудовище под кроватью, Сандра часто видела его воочию.

Рядом с ухом раздался глухой звук, и Сандра открыла глаза. От удара в стену на костяшках Дугласа проступили капли крови. Он отошел на шаг и смотрел так, будто ожидал слов благодарности за пощаду.

Да, он не ударил ее, но разве это имело значение? Он. Хотел. Ударить. Те крошечные остатки уважения к мужу, что тлели в ее сердце, рассыпались в прах. Их брак окончательно умер.

– Какая же ты дрянь, Сандра. Думал, упадешь на колени, вымаливая прощение, а ты захотела развестись. Значит, так! Никакого развода не будет. Моей карьере это только навредит, – уже спокойнее проговорил он.

– Что?! – Сандре показалось, что она ослышалась. Она ожидала чего угодно, даже приказа выметаться из квартиры прямо сейчас, но не этого.

– Именно так! – подтвердил он.

– Нет!

Злость поднималась в ней вулканической лавой. Она не