Пробуждение Дракона - Арина Рекк

но прекрасно себя контролирует и я снова влюбляясь в него прямо в этот момент. Макс с силой раздвигает мои ноги и наваливается сверху. Я отмираю и пытаюсь вырваться с удвоенной силой, но мы оба знаем, была бы это настоящая драка, и мы бы не оставались слабыми людьми. Но это наша прелюдия.

В порыве азарта размахиваюсь и наши хрипы затихают, прерванные звуком звонкой пощечины. Смотрю на Макса и с ужасом вижу красные полосы от когтей на его щеке.

— Бешенная кошка, — шипит разъяренно и трогает пальцами ранки. «Потом извинюсь», решаю я и пользуюсь его злостью, чтобы вырваться. Отталкиваюсь от него пятками, цепляюсь за землю руками, но добиваюсь только того, что он грубо дергает меня обратно и вздергивает мои руки над головой, прижимает их к земле и фиксирует магией, не давай пошевелиться. Шутки кончились, больше никаких поддавков. Именно этого я и добивалась.

Голубые глаза горят диким азартом, светлая чешуя покрывает верхний контур его лица и скулы, соломенные волосы спадают на лоб. Он тяжело дышит, и я хочу его так, что поджимаются пальцы на ногах.

Сильные руки разрывают мою тунику от груди до короткого подола, и он распахивает ткань, жадно шаря взглядом по голому телу.

Он сидит между моих ног, и на нем самом только мягкие штаны. Мы слишком долго были людьми, чтобы вот так просто отказаться от человеческих привычек. Ткань топорщится в нужном месте, прижимаясь к загорелому животу.

Обхватывает мои бедра руками и раздвигает их до упора, прижимая колени к земле.

— Уже течешь, — хмыкает и низко наклоняется к груди, втягивая мой запах. Ведет носом вниз, задевая кончиком чувствительную кожу на животе.

— Ты животное, — выдыхаю, но внутри от его слов и действий сокращаются даже те мышцы, о который я знать не знала.

— О да, — соглашается хрипло. Перемещается, наклоняется ниже и широко, не церемонясь, проводит языком по влажным складкам. Смотрит прямо на меня и повторяет, но на этот раз медленно, с чувством.

Хочу ругаться, но я знаю столько языков, что в хаосе, что творится сейчас в мыслях, не могу подобрать нужного слова и поэтому откидываюсь назад и просто громко и не скрываясь выстанываю то единственное, что одинаково звучит на всех языках:

— Ма-а-акс…

Он переворачивает меня на живот одним резким движением и грубо вздергивает задницу вверх. Снова наклоняется и лижет, но на этот раз между ягодиц.

— Что ты…

— Тихо, — обрывает грубо и без предупреждения проталкивает палец туда, где не ждала.

Свободной рукой приспускает штаны и направляет член в меня, протискиваясь между складками. Палец его по-прежнему в моем анусе и ощущения настолько острые, что меня разрывает от эмоций. Я выгибаюсь навстречу, и Макс удовлетворенно хмыкает, ощутимо сжимает одну ягодицу, проталкивает второй палец и проникает членом глубже.

— Ты точно маленькая похотливая кошка, — говорит глухо и толкается до упора.

— Кто… — с трудом выталкиваю из себя слова, — такая… эта кошка?

— Спроси у Мины. — Снова грубый толчок, и я двигаюсь навстречу.

Зажмуриваюсь, пытаясь прогнать искры из глаз, но только усиливаю остроту ощущений. Макс отстранятся, почти выходит, замирает на самом краю.

— Макс, — на этот раз стону жалобно, потому что нет сил больше убегать. И Макс понимает, толкается вперед, снова наполняет меня собой. Хочу его видеть и пытаюсь обернуться. Он помогает, плотно обхватывает за волосы, натягивает, выгибает, не вынимая пальцев и не прекращая движений бедрами. Упираюсь скованными руками в землю, впиваюсь в нее ногтями, представляя, что под пальцами задница Макса. Не свожу взгляда с его лица, которое все больше покрывается чешуей, а голубой цвет глаз вытесняется красно-желтым. Лицо деформируется и он увеличивается в размерах пропорционально и везде одновременно. Вбивается в меня, растягивает, и тело мое подстраивается под новую длину, и с трансформацией ощущения становятся ярче. Чувствую запах Макса, его возбуждение. Оно обволакивает, забивает ноздри, делая из меня похотливую… кошку. Внутри все скручивается в узел и мне требуется всего несколько движений, чтобы напряжение достигло апогея и реальность вокруг взорвалась, оставляя меня в темноте, сосредоточенной только на продолжавшем вбиваться в содрогающееся тело Макса.

Макс

Сумасшедшая. Ненормальная. Моя кошка.

Порезы на щеке печет так, что становится ясно, дело не в порезах. Все, что связано с Еленой по умолчанию ярче, сильнее, больше.

Не могу оторвать взгляд от покрасневшей кожи, от горящих возбуждением ярких глаз, от покрытой пепельной чешуей спины и шеи. Хочу любить ее, гладить, целовать, но снова и снова она доводит меня до состояния «поймать и трахнуть» и потом только наступает момент нежности. И да, в нашей паре это я тот, кто не может без поцелуев после секса.

Азарт, адреналин и секс — смесь, от которой оргазм выгибает позвоночник, подкидывает яйца к животу и заставляет пальцы ног скрутиться в узел. Я дрожу всем телом и чувствую такую же дрожь Елены, к спине которой прижимаюсь. Обхватывая ее свободными наконец руками поперек груди.

Когда реальность снова становится осмысленной, слегка отстраняюсь. Дыхание мое рванное несмотря на то, что я могу часами бежать без остановки и дышать при этом размеренно. А несколько минут секса с ней превращают мои легкие, мышцы и мозги в кашу.

Она вся в земле, и я отстраняюсь, переворачиваю ее, обнимаю. Я по-прежнему на коленях, а она задницей на земле. Уставшая, просто вымотанная, но улыбается так, что сердце щемит. Распутываю ее руки и она тут же обвивает ими мою шею, трется щекой о плечо.

Ласково убираю влажные белые волосы с лица, нежно целую улыбающиеся искусанные губы. Провожу по ним пальцем, залечивая ранки и трещинки.

Елена распахивает глаза и виновато смотрит на царапины оставленные ее когтями.

— Извини, — шепчет, но я только улыбаюсь и коротко качаю головой.

Протягивает тонкую руку и проводит мягкими пальцами, стирая свой след и жжение.

Подхватываю ее под колени и встаю. С меня соскальзывают обрывки, бывшие когда-то штанами. У меня осталось не так уж и много удобной одежды. Нужно либо запастись новыми тряпками, либо вообще отвыкать от них.

Прижимаю к себе Елену и перемещаюсь в грот в нашей пещере. Полумрак, шум льющейся воды от небольшого водопада в дальнем углу, клубящийся пар.

— Мыться? — спрашивает сонно и снова трется щекой о плечо. Ну точно кошка, хотя теперь котенок.

Ничего не отвечаю и шагаю в природный бассейн с горячей водой. Откидываюсь на камень и устраиваю Елену сверху.

— Ма-акс, — шепчет протяжно и целует ключицу, отчего по коже разбегаются мурашки.

— Что?

— Ничего. Просто так. — Прижимается ко мне еще ближе. —