Ведьма в истинном не нуждается! - Ника Цезарь

Десяток репортёров обступили привлекательного мужчину, взяв его в плотное кольцо, но он словно всю жизнь занимался беседами с журналистами, обворожительно улыбался и ловко увиливал от прямых ответов.

Вулфрика я заметила сразу, у меня выработался на него рефлекс — ощетинивались все органы чувств, а в первую очередь — раздражение. Уйти незамеченной мне не удалось. Волк тоже меня увидел и, отделившись от общей массы, направился ко мне.

— Госпожа Шорс, — улыбка, напоминающая оскал, отразилась на его лице, — рад вас видеть. А вы, как всегда, цветёте…

— Не могу сказать того же, — настороженно протянула я, — что-то я давно вас не видела. Да и пишете вы теперь не криминальные новости.

— Это исключение, но я поражён. Вы за мной следили?!

— Не льстите себе, — я настороженно глядела на его блаженную улыбку. Он выглядел абсолютно довольным жизнью, что с трудом укладывалось в моей голове. Что случилось, что он так счастлив?

— Разве я могу? Вы сами сказали, что интересовались мной. А теперь извините, мне пора, статья сама себя не напишет. В следующий раз, когда будете читать написанное мной, помните, что писал это лучший репортёр империи! — помахав небольшим блокнотиком, он, развернувшись, присвистывая пошёл на выход.

Я же провожала его настороженным взглядом. Та же неряшливая серая рубашка, свободные штаны и вместо духов — рыбный запашок, но при этом настроение разительно отличается от прошлого раза, глаза блестят, и гадости не лезут из всех щелей. Что же это такое?

Решившись, я подорвалась с места, ища его взглядом.

— Алекса, — окрик Роша заставил меня замереть, — что ты здесь делаешь?

— Рош, давай потом? — найдя взглядом удаляющуюся макушку волка, я рванула следом из управления, слегка мазнув взглядом по уставшему дракону, отмечая залёгшие под его глазами тени. Вот только мужчина меня не оставил, быстро нагнав.

— Что происходит?

— Тебе не надо вскрывать ничьи головушки? — вопросом на вопрос ответила я ему, увлёкшись преследованием репортёра.

— Уже вскрыл всё, что можно. Дальше уже не моя забота. Так что происходит?

— Я, кажется, слежу за Вулфиком, — кинула я, не спуская взгляда с перебегающего дорогу репортёра.

— Вижу, — дёрнул он меня на себя, прижимая к груди как раз в тот момент, когда экипаж промчался прямо перед нами.

Дикие ящеры недовольно заржали, поминая глупых двуногих, как и кучер. Хоть ветер и унёс его ругань, я прекрасно понимала, что же он обо мне подумал.

Но это волновало меня мало. Я замерла в кольце рук своего то ли истинного, то ли друга, ощущая под ладонью холодный шёлк ткани и размеренный стук его сердца под обжигающей кожей. И это сочетание смущало и будоражило, пробуждая совсем неуместные желания, отчего дыхание резко сбилось.

Наверное, я бы не сразу пришла в себя, но Рош, перехватив меня поудобнее за руку, повёл через дорогу, изящно лавируя между несущимися экипажами.

— Объяснишь, с чего тебе взбрело в голову за ним следить? — деловито поинтересовался он, предлагая мне локоть и делая вид, что мы — всего лишь прогуливающаяся парочка.

Рош сегодня не напоминал щеголя. Только шёлковая рубашка под кожаной курткой говорила о его привычках. Даже его длинные белые волосы были заплетены в косу, чтобы не мешали. Он был собран и холоден.

— Он такой довольный и абсолютно безразличный к моей персоне…

— Довольство — ещё не признак преступления.

— Отдельно — да, но запах рыбы, что его преследует, был вчера и на воре в доме Яриниры. Я подозреваю, что это был он.

— Да?! Какая удача, что я закончил пораньше! — оскалился Рош, не спуская со спины репортёра многообещающего взгляда.

Глава 24

— Я так понимаю, что охранников своих ты опять потеряла. Шэннон явно кого-нибудь прибьёт, если так будет продолжаться, — протянул Рош, не требуя ответа. — А я говорил, что ты сегодня чудесно выглядишь? — он помог мне присесть за белый малюсенький столик в небольшой пекарне. Отодвинув стул, дракон не отказал себе в удовольствии слегка сжать мои плечи. А они ведь были закутаны в несколько слоёв ткани, и его прикосновение, в теории, не должно было произвести впечатление, но напряжённые мурашки ожидания пронеслись по позвонкам.

«Это всё от того, что я теперь знаю, что правила игры изменились. Но это ничего не значит», — мысленно успокоила я себя, устремив взгляд на серую обшарпанную дверь через большое, почти на всю стену, окно напротив.

Нам было прекрасно видно всю улицу с загруженным движением и двери типографии через дорогу от пекарни, где верстался вестник, в котором работал волк.

Он зашёл внутрь, не пойдём же мы за ним! Вот и заняли наблюдательную позицию.

— Нет, — повела я плечом, хотя улыбка и расцвела на лице, — говори!

— Ты прекрасна! Новое платье? Я, кажется, его не видел.

— Тебе кажется, Рош, — прикоснулась я пальцами к толстым стенкам кружки, полной горячего шоколада. С удовольствием вдохнула аромат, желая скрыть свой взгляд. Платье было новым. Зачем соврала?

Место не претендовало на роскошь. Было простым и каждому понятным: аппетитный запах свежего хлеба, от которого желудок начинал урчать, а слюни наполняли рот, смешивался с ароматом специй и шоколада. Здесь было всего два столика, один из которых, на нашу удачу, освободился, когда мы зашли. В остальном же посетители делали покупки и уходили, иногда с возмущением посматривая на не спешивших счастливчиков, успевших занять место и теперь наслаждавшихся свежей выпечкой прямо здесь, запивая фирменным шоколадом.

Напиток был густым немного сладким и… острым. Это не чувствовалось с первого глотка, но выпив, я ощутила лёгкое жжение на языке и внутри, что согрело меня. В такую прохладную погоду это было отлично.

— Ты устал? — когда молчание стало затягивающимся, а репортёр всё ещё не спешил возвращаться, я впилась взглядом в дракона напротив. Он хмурился, глядя на улицу, отчего я могла не спеша рассмотреть его профиль. Залёгшие тени под глазами были глубже обычного, а черты лица стали ещё заострённее. Он казался гораздо опаснее, чем я его знала. — Когда ты нормально спал?

— Давно, — обронил он, — но не беспокойся, я могу долго обходиться минимальным количеством часов отдыха.

— Ну-ну… ты это скажи своему отражению!

— Это из-за магического истощения. Вскрывать головушки, знаешь ли, энергозатратно, — усмехнулся он. — Кстати, кто тебе сказал, что я этим занимаюсь?

— Шэннон.

— Ну да, она у нас такт во плоти, — наконец, перехватив свою кружку длинными пальцами, он сделал глоток почти остывшего напитка.

— Ты на хорошем счету…

— В этот раз — да. Но это было не всегда. Думаю, ты помнишь,