Ведьма в истинном не нуждается! - Ника Цезарь

споров оставил меня дома? Не стал сопротивляться, когда я велела ему уйти? Он во что-то играет? Как показала практика, ты знаешь больше, чем говоришь. Расскажи, что у него на уме. Только не говори, что слово истинной для него закон.

— Нет, разве я могу ляпнуть такую глупость? Я думаю, всё гораздо проще, и заговора, который тебе уже мерещится, нет, он отправился на работу, сдавать отчёты и просматривать те, которые уже отработали.

— Он же сказал, что был свободен, и всё, что нужно, сделал, — нахмурившись, я задумчиво постукивала пальцами по краю стола.

— Он отработал… свидетелей. Но показания нужно проанализировать. Очень мало менталистов работает над этим делом, точнее — всего три. Остальные не допущены. Он среди них — главный, поэтому то, что Рош отлучился днём, будет компенсировать вечером. Но ты не волнуйся, как освободится — приползёт.

— Почему тебя не поставили на это дело?

— Во-первых, у меня завал, а во-вторых, Кит — та ещё заноза в заднице — заявил, что я слишком заинтересована и эмоционально нестабильна, а ему хватит в этом деле одного страстно желающего разорвать преступника дракона. Два — перебор… или конкуренцию убирает. Не знаю, отчего он обо мне такого мнения? — клацнула она зубами, оскалившись.

— Ну да, ты же у нас трепетная лань… Как думаешь, что задумал Вулфик?

— Не знаю, но выясню. Его рожа передана всем патрулям, недолго ему на воле бегать. Думаю, к утру найдём. В квартирке уже побывали, там ничего интересного, никаких улик. Единственное, что можно сказать, он — неряха…

— Если он нигде не заляжет, то, наверное, найдут.

— Прикуси язык, — недовольно скривилась она, — а вообще, он всегда был мутным типом. На местах преступления — постоянно один из первых. Я думала, это тщеславие, но, похоже, здесь что-то ещё.

— Думаешь, он — убийца?

— Сомневаюсь, скорее просто много знает… но мои личные предпочтения не имеют значения. Посмотрим, что скажут улики. К тому же, Рагнар должен скоро вернуться. Сегодня сообщил, что осталось заскочить только в одно место, и он возвращается.

Стук в дверь заставил драконицу отложить ушко и зажечь на пальцах пульсар.

— Ты кого-нибудь ждёшь? — деловито поинтересовалась она, плавно двигаясь к лестнице.

— Нет, время позднее. Не припомню, чтобы я кому-нибудь в ночи назначала встречи… Опусти пульсар, я сейчас схожу узнаю. Может, действительно кто-то ко мне, — обогнав её, я легко сбежала по лестнице и выглянула в окно около двери.

Огромный букет крупных золотистых цветов перекрывал весь обзор.

— Цветы… — недоумённо протянула я.

— Открой дверь и отойди, я подстрахую, если что.

Сделав, как она велела, я распахнула дверь, отступая.

— Доставка для Алексы Шорс, — радостно отчеканил парень, протягивая огромный куст в горшке.

— Мне?

— Вам! Берите, я бы прошёл, но магия не пускает.

— Оставьте на пороге, мы заберём, — проговорила Шэннон, стряхивая заклинание. Она с ловкостью нашла записку в пышной зелени и протянула мне, когда паренёк, присвистывая, помчался прочь, — воздействия нет, можешь читать спокойно.

«Я не романтик, но буду им для тебя».

И кто тебе подарил такой дорогущий веник?

— Ты разбираешься в цветах?

— Я разбираюсь в деньгах. К сожалению, это весьма распространённый мотив для убийства. Этот золотистый пучок редкого растения стоит, как весь этот дом. Мне интересно, кто раскошелился: Рош или Шир.

— У Шира нет поводов и причин.

— Значит, Рош… Ну как, произвёл впечатление?

— А ты как думаешь? — легко прикоснулась я к лепесткам, оставляющим золотистый след на пальцах. — Красивые… А как сладко пахнут!

— Тогда отнесём их в гостиную, — шепнув себе под нос заклинание и взмахнув рукой, она уверенно занесла куст наверх.

Пока мы искали ему лучшее место, стук повторился.

— Расходились! — возмутилась красноволосая.

— Проверю, — шепнула я, ринувшись назад. Неужели, Рош ещё что-то прислал?!

— Это мой сосед, — констатировала я слегка разочарованно, отворяя дверь. — Профессор, какой сюрприз! — я поражённо смотрела на пожилого мужчину, что недовольно кривил губы. Казалось, что ему некомфортно стоять на моём крыльце и постукивать тростью с массивным набалдашником о порожек. Он был, как всегда, в костюме по моде пары столетий назад. Дорогой бархат, отутюженная ткань, брошь с большим рубином, удерживающая идеальное жабо… Его голубые глаза, словно лёд, внимательно следили за моей реакцией.

Я же судорожно оправляла платье; вернувшись домой, не успела переодеться, и теперь особо остро видела все складки и заломы на ткани, приобретённые за день. На контрасте с идеальной драконицей и таким же аккуратным магом, почувствовала себя заморашкой.

— Я тут накидал пару десятков заклинаний с минимальным резервом, которые сможете освоить даже вы, милочка, — протянул он мне хрустящие листы, испещрённые ровным упругим почерком, — тренируйтесь, и будет вам счастье!

— Оу… спасибо! — перехватила я с удивлением нежданный подарок.

— Большая часть усовершенствована мной, я убрал из стандартных заклинаний финтифлюшки, оставив только голую суть, ну, и внёс пару изменений с учётом вашей ведьмовской сути.

— Спасибо большое! Я вам очень признательна, но что же вы стоите на пороге?! Проходите, я угощу вас чаем…

— Право, уже поздно, — окидывая взглядом контур моей двери, протянул профессор, — а вы, оказывается, девушка с секретом…

— Да это всё не я, а так… — встряхнув головой, я решительно стала произносить фразу, позволяющую мужчине войти. Ему ничего не оставалось, как подтвердить своё полное имя и, наконец, сделать шаг в дом.

Драконица вежливо поздоровалась с магом, представляясь. Всё это время она стояла на лестнице, ожидая разрешения ситуации.

Перекидываясь фразами, они сразу нашли общие точки соприкосновения. Оказалось, у Шэннон много тётушек и дядюшек, что в своё время пересекались с ним. Драконица была неспешной и вежливой, умело скрывая свою огненную натуру. Маг с одобрением посматривал на девушку, я же ставила чайник. Как он, отправить воздушный поток я не могла, а потому всё ручками-ручками…

— У вас чудесный дом, такой пустой… как нынче модно, — протянул профессор Квир, осматривая гостиную. Вот вроде и похвалил, но в то же время привкус от его комплимента остался так себе.

Финик же, мой верный лис, спавший до этого на диване, почувствовав моё непонимание и лёгкие нотки обиды, зарычал на мужчину, подкравшись.

— Надо же, какая прелесть, а рычит… Не зря я принимаю живность только как подопытных. А то кормишь их, поишь, а они рычат на гостей…

— Финик — член моей семьи, — подхватив на руки лисёнка, я успокаивающе погладила его за ушком, в то время как он недовольно смотрел на мага, желая вонзить свои мелкие зубки в его пафосный зад. Картинка, как он виснет на нём, впившись зубами, ярко всплыла в моей голове. Я даже слышала писк мага,