Дочь твоего врага - Эве Лин

Клим молчит, смотрит на меня, его лицо ничего не выражает, но я чувствую, что внутри много эмоций. Он не знает, как поступить.

— Клим, пожалуйста… — прошу тихо, умоляюще.

Он сдается, глубоко вздыхая.

— Почему я не могу тебе отказать, — в его голосе усмешка. — Все началось еще в студенческие годы. Твой отец был другом моего отца. Они вместе решили открыть бизнес, который развивался стремительно. Наши семьи были дружны, у кождого родился ребенок, бизнес шел в гору. Но тут поступает заказ, выгодный, приносящий миллионы, но очень опасный. Мой отец был категорически против этого. А твой, наоборот, за, вот тут-то между лучшими друзьями произошел первый конфликт. Который начал разрастаться очень быстро. Мой отец предлагал разделить бизнес, чтобы не связываться с опасными людьми, но Александр не захотел… Он хотел быть единственным руководителем компании и согласиться на предложение, которое сулило ему миллионы. Тогда он решил предать моего отца. — тут Клим замолкает, сглатывая, я вижу, что ему тяжело, поэтому прижимаюсь теснее, давая понять, что все хорошо, я рядом. — Это произошло ночью, моих родителей убили по дороге в особняк, несчастный случай, не справились с управлением, как потом сказали следователи, наплевав на то, что тело отца нашли в пяти километрах от машины, а маму… Ее вообще не нашли…

По моим щекам начинают катиться слезы, я чувствую его боль и от этого мне больнее вдвойне.

— Они ехали за мной, но сын Венеры знал о происходящем, он спрятал нас, жертвуя своей жизнью. Они спалили дом дотла, осталась только…

— Беседка… — сама доканчиваю за него, понимая теперь многое.

— Да, она и спасла нас с Венерой в ту роковую ночь… — он замолкает, тяжело дышит, переводя дух. Уже не хочу, чтобы он продолжал, он словно вспоминает об этом, а я не хочу, чтобы ему опять было больно. Но он все равно продолжает.

— Меня приютил отец Дана, выдав за своего внебрачного сына, отводя от меня глаза бандитов и твоего отца. Я вырос у него и поклялся, что отомщу, верну то, что принадлежит мне, в двойном размере. Тогда я стал ждать, и когда почувствовал, что у меня есть силы, отомстил обидчикам, вернув все себе. Я карал их долго и мучильно, чтобы они прочувствовали то, что испытали мои родители, что испытал я. — Теперь в его глазах я вижу огонь и слышу крики тех, кто сгорел в этом безжалостном огне. — Твой отец должен был стать моим коронным блюдом.

— Но … — не дышу, потому что, скорее всего, знаю ответ.

— Но тут появилась ты, Арина, и спутала все мои карты, — уголок его губ дёргается. — Но знаешь, что я понял, он сам наказал себя…

Отец наказал себя, лишившись семьи и теперь бизнеса, того, что по сути составляло его жизнь. Между нами воцаряется молчание, каждый думает о своем.

— Поехали, сегодня был слишком тяжелый день, — устало произносит Клим и помогает мне перебраться обратно на сидение. Но перед этим я прикасаюсь к его губам, оставляя легкий поцелуй.

— Спасибо… спасибо, что был со мной честен… — произношу тихо, а потом сама отстраняюсь от него.

Мы молча одеваемся. Клим садится на водительское сидение, и мы в тишине едем домой.

Уже ночь мы занимаемся любовью более спокойно, без спешки, но кончаем так же феерично, как это было в предыдущие разы. А потом я ложусь на его грудь и под звуки колотящегося сердца засыпаю.

На следующее утро решаю не нежиться в кровати, одного дня на отдых мне хватит, пора на учебу. Поэтому встаю рано, теперь Клим решает поспать, а я любуюсь его рельефным телом. Хочется облизать каждый участок.

Когда понимаю, что Клим не спит, решаю немного пошалить. Делаю вид, что не могу найти то, что хочу надеть, а на самом деле просто дефилирую перед ним в одном белье. Никогда не чувствовала себя такой раскрепощенной. Но Клим сразу же раскусил мой план.

— Хочешь позлить меня? — усмехается он.

— Нет, просто не могу найти свою вещь, — с невинным взглядом отвечаю я.

— Тогда подойди сюда, и я покажу, где она, — усмехается он хрипло, при этом одаривая меня горячим взглядом, от которого внизу живота уже начинает сладко тянуть.

— Ну нет, сегодня я точно в университет, — наоборот, ухожу от него на безопасное расстояние.

— Арина! — уже четкий приказ, я и правда раззадорила тигра. — Подойди.

— Нет, я знаю, чем это закончится, — усмехаюсь и уже хочу скрыться в ванной. Но он настигает меня первее, хищник, не иначе. Прижимая к стене, сразу фиксирует мои руки над головой, не давая пошевелиться.

— Нужно отвечать за свои слова, Арина! — кусает шею, оставляя отметки. Воздух между нами накаляется. Пространство уменьшается с геометрической прогрессией. — Ты раззадорила зверя, поэтому станешь его лакомством.

Ткань мои трусиков натягивается, режет промежность, от чего я издаю стон, а потом я слышу треск рвущейся ткани. Момент и он во мне, весь, растягивая и наполняя до предела и это граничит с болью.

Клим не дает мне ничего сделать, берет под ягодицы и приподнимает, инстинктивно обвиваю его ногами. Он сразу же берет бешеный темп, выходя до конца и входя вновь, глубоко, не щадя, давая максимальное удовольствие.

Стону, извиваясь в его руках, сама оставляю на его шее поцелуй-укус, от чего он рычит, а толчки становятся более интенсивными. Не только он может это делать, я тоже хочу, чтобы каждая знала, что он мой. Никогда не считала себя собственницей, хотя у меня практически не было отношений, но с Климом все иначе. Я понимаю, что ужасная собственница.

К финалу приходим одновременно, Клим выходит из меня, и я чувствую горячую жидкость во внутренней стороне бедра. Тяжело дышим, ноги дрожат и не слушаются, поэтому держусь за него и с благодарностью смотрю на него, когда он подхватывает меня и несет в душ. Там все повторяется так же ярко и остро, до срыва голоса и маленькой смерти.

Конечно же, на первую пару я не успеваю, как и на вторую, и прохожу только к третей. К сожалению, из-за всех этих событий моя успеваемость упала, но сильно не расстраиваюсь, главное — у меня есть практические знания, а теорию можно выучить.

После пар меня ждет личный водитель, который должен отвезти меня домой. Сажусь, не думая ни о чем, и только потом понимаю, что мы едем совершенно в другую сторону.

— Дмитрий, куда мы? — с беспокойством спрашиваю я.

— Приказ хозяина, — спокойно отвечает он, смотря на