Дочь твоего врага - Эве Лин

Топор войну между нашими семьями окончательно был зарыт, ведь теперь нас связывал ребенок, в чьих жилах течет кровь двух семей.

Мой отец в ту роковую ночь остался жив и взял вину за смерть Захарова-старшего на себя. Его посадили и накинули еще несколько лет за разные махинации, но это была инициатива Клима, который так и не простил его.

— Сесть в тюрьму и взять вину на себя — это единственное правильное решение, которое он сделал в своей жизни, — когда-то давно сказал мне Клим и, наверное, он прав.

Моя мама вышла замуж за того доктора, о котором рассказывала. Она познакомила нас и такой счастливой маму я не видела никогда. Кстати, она тоже родила сына и теперь у нас с Яной есть брат.

Кстати о ней, последий раз мы виделись с ней на оглашении приговора для отца. Тогда она даже не посмотрела в мою сторону, делая вид, что не знает меня. Потом через некоторое время я узнала, что ее муж подал на развод, уличив любимую в измене. Скандал был громким, а раздел имущества очень долгим. Но Яне осталось очень мало с этого, так что через месяц я увидела ее около нашего дома, просящей дать ей немного денег. Я не встретилась с ней, а Клим строго настрого приказал охране не подпускать меня к ней. Потом я узнала, что она опять вышла замуж и куда-то уехала, после этого наши пути разошлись.

Одеваемся и спускаемся вниз, где Лев уже вовсю заливисто смеется, слушая, как поет Венера. Но при виде нас он сразу же забывает обо всем.

— Папа, — быстро подбегает он к Климу и тянет руки.

Муж сразу же берет его на руки, щекочет, сын начинает смеется. Подхожу к Венере.

— Давно Лев проснулся? — спрашиваю я у нее и с аппетитом смотрю на румяные блинчики.

— Примерно час назад, не беспойтесь. Мы умылись и позавтракали, — улыбается мне женщина.

— Хорошо, Клим завезет его на тренировку, а я потом заберу его, сегодня у меня всего лишь две пары, — делаюсь планами. — Погуляем в парке.

Университет я не бросила, просто теперь не гналась за красным дипломом, мне были важны мои знания и практика, а этого у меня было предостаточно.

— Я, возможно, присоединюсь к вам, — сзади подходит Клим с сидящим на его шее Львом.

— А кто у нас не поцеловал утром маму, — тяну сына к себе, забирая его из рук Клима и обнимая.

Лев тоже тянется ко мне, весело смеясь.

Все вчетвером мы завтракаем, теперь наш дом наполнен уютом и теплом.

Через месяц я узнаю, что беременна, все же Клим всегда получает, что хочет, и сейчас его цель — получить дочь.

— Иногда мне кажется, что это я стал твоим пленником, — говорит Клим в один из вечеров, когда мы мирно лежим на нашей кровати. — Стоило раз увидеть и я пропал. Что ты со мной сделала, Арина?! — хрипло спрашивает он.

— Просто я была запретна для тебя. Дочь твоего врага. А ты знаешь, запретный плод всегда сладок, — улыбаюсь я.

— Ты права, вкусив его, я уже не смог остановиться…

Не отвечаю, прекрасно понимаю, что он чувствует, потому что со мной было то же самое.

Наши взгляды встречаются, мы одновременно смотрим на колыбельную, где мирно посапывает наша новорожденная дочь.