Сезонна игра - Кэти Бейли

И я больше не могу сдерживаться.

— Себастиан… — выдыхаю я, и его имя звучит, как молитва, как мольба.

Его губы находят мои. Сначала холодные, от чего по коже пробегает дрожь, но по мере того как мы целуемся, между нами загорается жар. Это идеальный поцелуй мягкий, медленный, нежный. И в то же время не менее страстный, чем наш поцелуй в джакузи прошлой ночью.

Глава 26

СЕБ

Холодный воздух пропитан запахами резины и аммиака, с примесью пота и кожи. Звуки — скрежет коньков по только что отполированному льду, стуки клюшек о шайбы. И поверх всего крики тренера, разносящиеся по катку.

Сегодня у нас вторая тренировка после Рождества, и я снова в своей стихии.

Ну, до недавнего времени я считал это своим единственным счастливым местом.

А потом появилась Мэдди и перевернула всё с ног на голову.

Теперь моё счастливое место — это вовсе не место.

Это просыпаться и видеть, как её каштановые волосы раскинулись по белым подушкам. Слышать, как она коротко и прерывисто дышит, уткнувшись лицом мне в грудь. Это такое милое чертовски зрелище. Это знать, что в конце изматывающей тренировки я вернусь домой, к этой женщине. Это видеть, как моя квартира всё ещё утопает в нелепых, чересчур праздничных украшениях, кричащих о том, что здесь живут, а не просто ночуют после очередной дозы ледовых тренировок, разборов игр и фитнеса.

С тех пор как мы вернулись из Аспена пару дней назад, мы с Мэдди снова вошли в наш дорождественский ритм: возвращаться вместе домой, устраиваться в обнимку на диване и смотреть фильмы в том числе кучу романтических мелодрам от «Hallmark».

Единственное отличие от периода до праздников — теперь Мэдди спит рядом со мной. В моей кровати.

Точнее, в нашей.

После всех этих ночей в Аспене, спать отдельно просто глупо. Мы же муж и жена, в конце концов. Особенно после той магической последней ночи в домике. После того, сколько всего я смог ей сказать без единого слова. Это было совершенно.

Она была совершенна.

И теперь я хочу, чтобы она была рядом каждую ночь. Чтобы я мог прикасаться к ней, обнимать, целовать, пока она не забудет, как дышать.

Мы толком не обсуждали, что будет дальше. Когда Майк позвонил мне на следующий день после Рождества, то сообщил, что назначил мне встречу с Роджером на сегодня. Подробностей он не раскрыл, но сказал, что я обязательно захочу быть на ней лично.

Понятия не имею, что именно он собирается сказать, но точно знаю — это не изменит того, что я хочу быть с Мэдди.

Я обожаю быть её мужем. Не важно, есть бумажка или нет, для меня этот брак теперь настоящий.

Я улыбаюсь, вспоминая, как мы вчера с Мэдди возились на кухне. Типа готовили ужин, но на деле больше целовались. Курица в итоге вышла сухая, как подошва, но нам было наплевать.

— Эй, чувак, — Колтон Перес слегка толкает меня в плечо. — Твоя очередь.

Я поворачиваюсь и вижу, как он кивает в сторону тренера Торреса, который буквально пылает от ярости на другом конце катка.

— Слейтер! Ты за праздники оглох, что ли?! — орёт он.

— Простите, тренер! — кричу я в ответ, всё ещё сияя как новогодняя ёлка, пока встаю в позицию для бросковой тренировки.

Раздаётся свисток, и я рванул вперёд, коньки рассекают лёд, шайба прыгает под клюшкой. Я смотрю на запасного вратаря Ларса, Рэнди Аллена, и пытаюсь считать его движение. Целюсь на угол ворот и делаю бросок — шайба с приятным щелчком отлетает от клюшки и летит идеально точно в цель, обходит Аллена и врезается в сетку.

— Хороший бросок, Слейтер, — бурчит тренер. — Почти компенсировал, что сегодня витал в облаках. Почти.

Я всё ещё на седьмом небе, когда мы заканчиваем тренировку и выкатываемся со льда. Завтра вечером у нас домашний матч против «Тампа Стормс». И если мы продолжим играть, как на последних тренировках, у нас есть все шансы. Хотя, если честно, я сейчас в принципе полон оптимизма. Трудно не быть, когда рядом есть Мэдди.

Сегодня вечером я везу её в маленький суши-ресторанчик в Уэст-Мидтауне, который откопал пару месяцев назад. Оказалось, она обожает суши, но Адам их терпеть не мог, так что на свидание в суши она не ходила, ну, вообще никогда.

А я с удовольствием это исправлю. А потом отвезу её домой.

Раздевалка постепенно наполняется смехом, подколами и болтовнёй. Все хватают свои вещи и идут в душ. А я тем временем копаюсь в своей спортивной сумке в поисках телефона, даже не начав снимать форму.

Улыбка расползается по лицу, когда вижу её сообщение:

«Стеф дала мне полную свободу с сегодняшним обедом, так что на повестке дня — тако со стейком. Я обязана загладить вину за ту несчастную сухую курицу».

Сажусь на лавку и начинаю набирать ответ. Конечно, флиртующий. Мне нравится представлять, как она краснеет там, на кухне, всего в нескольких метрах от меня.

«Не знаю, как по мне — ты более чем загладила вину прошлой ночью».

«Себастиан Слейтер! Это рабочее место. Мне что, звать отдел кадров?»

«Зови. Расскажешь Эдриен, насколько я хорош. И на льду, и вне его».

GIF с Джейком Перальтой: «Я вообще не понимаю, о чём ты сейчас говоришь».

GIF с Джейком Перальтой: «Мне нравится твоё лицо. И твоя попа тоже».

«СЕБ!»

«Да ладно тебе. Ты же обожаешь мои NSFW сообщения» (пр. аббревиатура переводится как “небезопасно для работы”)

«Ты прав. Обожаю. Очень, очень сильно».

Я смеюсь вслух. Ну и женщина…

То, что она может на равных участвовать в моих бесстыдных подколках — это просто вишенка на торте, и без того состоящем из миллиона достоинств, из которых и состоит Мэделин.

Я набираю ответ, когда над головой раздаётся громкое покашливание.

Я поднимаю глаза передо мной Малакай Холмс, в одном полотенце, с приподнятой бровью. Я всё ещё сижу на скамейке в полной экипировке, хихикая в телефон, как какая-нибудь школьница. И только теперь замечаю, что в раздевалке больше никого нет — ребята уже давно ушли в душ.

Капитан скрещивает руки на груди.

— Слейтер… Ты всё ещё Себастиан Слейтер? Потому что у меня ощущение, что твоё тело захватили пришельцы, и теперь я разговариваю с одним из новых властителей Земли. Что,