Тайное пристанище - Кэтрин Коулc

Когда мама закончила, я обернулась. Ее ладонь взлетела к губам.

— Фэллон… — выдохнула она. — Ты потрясающая. — Голос дрогнул. — Отдала бы все, чтобы твой отец мог тебя увидеть.

Слезы защипали глаза.

— Я скучаю по нему.

Она обняла меня еще раз, тепло и крепко:

— Он здесь, милая. Мы носим его с собой в каждом шаге, в каждом выборе.

Я не могла не подумать — что бы он сказал, если бы знал, что я делаю на самом деле? Что слова, которые я произнесу сегодня, будут такими же фальшивыми, как сироп на снежном десерте. Но он всегда жил ради того, чтобы защищать других. Наверное, он бы понял.

И в каком-то смысле эти клятвы не были ложью. На бумаге этот брак закончится через несколько месяцев. Но в сердце он останется навсегда.

Мама отпустила меня и коснулась щеки ладонью:

— Он гордился бы тобой. И Джейкоб тоже.

Я осторожно промокнула уголки глаз, стараясь не испортить макияж, который мне делала Саттон:

— Нет слов, которые могли бы значить больше.

— Это правда, моя девочка. И я тоже горжусь тобой.

— Люблю тебя.

— Больше, чем все звезды на небе, — прошептала она.

— Что там так долго? — нетерпеливо крикнула Лолли. — Хочу видеть мою красавицу!

Я рассмеялась:

— Не заставим ее ждать.

— Терпение — добродетель, которой тебе не хватает! — отозвалась мама. — И немного приличия бы не помешало.

— Фи, какая скука! — парировала Лолли.

Я вышла из гардеробной, готовая к очередной порции ее шуток, но Лолли только закрыла рот руками.

— Ты идеальна, — прошептала Роудс, глаза ее заблестели.

Тея промокнула свои слезы:

— Самая красивая невеста на свете.

— Кай сойдет с ума, когда тебя увидит, — сказала Арден, сияя.

Саттон замахала руками у лица:

— Как ты смеешь заставлять меня плакать и портить макияж!

Элли рассмеялась:

— Ты светишься изнутри, Фэл.

Лолли подошла и прижала ладони к моим щекам:

— Ты — самый драгоценный подарок. Ты делаешь этот мир лучше. И знаю, делаешь светлее жизнь Кая.

— Лолли… — прошептала я, голос предательски дрогнул.

Она провела большими пальцами по моим щекам:

— Нет ничего прекраснее, чем видеть тебя счастливой. — Она коснулась лбом моего лба. — Люблю тебя до краев Земли.

— И я тебя.

Когда она отступила, я заметила — все в комнате утирали глаза.

Ро взяла себя в руки первой:

— Так. Все, кроме Лолли и Норы — вниз, начинаем подготовку. Фэл? Кай просил передать тебе вот это.

Она протянула мне маленькую коробочку и открытку. Сердце дернулось, когда я взяла их в руки. Я почти не заметила, как остальные вышли, — так дрожали пальцы, когда я открывала конверт.

Воробышек,

Я знаю, ты мечтала, чтобы отец вел тебя к алтарю. Хотел напомнить: он рядом. Всегда. Куда бы ни повела тебя дорога. Спасибо за тот подарок, который ты даришь мне. За то, чего я никогда не смогу отплатить. Но я буду стараться — каждый день. Быть твоим мужем — честь. Пусть даже всего на время.

Кайлер

Я провела пальцем по изящным буквам его имени — того, кем он был для меня тогда, сейчас и всегда. На карточку упала слеза, впиталась в плотную бумагу. В груди снова вспыхнула знакомая боль. Я открыла коробочку.

Руки дрожали, когда я развязала белую ленту и подняла крышку. Внутри лежал овальный кулон из розового золота — старинный, будто металл хранил собственную историю. Замысловатый узор делал его по-настоящему восхитительным.

Я долго возилась с застежкой, пока наконец не открыла. И тут улыбнулась сквозь слезы. Внутри — фотография: папа подбрасывает меня в воздух, а я смеюсь, растрепанная, сияющая. В этом снимке было столько жизни, столько любви.

— Он попросил у меня самую любимую фотографию вас двоих, — тихо сказала мама. — Надеюсь, я выбрала правильно.

Я коснулась фотографии, когда нахлынуло воспоминание.

— Это было мое первое родео. Я заняла третье место в детском заезде на бочках, и он так гордился мной.

— Он кричал так громко, что я думала, оглохну, — с нежностью вспомнила Лолли.

— Можешь… — я сглотнула, не давая слезам вырваться наружу. — Можешь надеть его на меня? — спросила я у мамы.

— Конечно. — Ее пальцы ловко застегнули цепочку у меня на шее, на секунду задержавшись на застежке.

Лолли протянула мне букет.

— Готова?

Я выдохнула длинно, неровно:

— Настолько, насколько это возможно.

Ноги дрожали, когда мы спускались по лестнице, а сверху струилась тихая музыка. Внизу нас уже ждали Элли, Кили — в платье сказочной принцессы из ее коллекции переодеваний, — и Лука, важный и сосредоточенный в крошечном костюме. Глаза Кили распахнулись, и она сложила ладошки под подбородком:

— Тетя Фэл, ты — принцесса!

Я рассмеялась и вдруг все волнение как рукой сняло. Я присела, чтобы оказаться с ней на одном уровне.

— Спасибо. И спасибо, что согласилась быть моей девочкой с цветами. — Я перевела взгляд на Луку. — А ты — мой главный хранитель колец.

— Ты очень красивая, — пробормотал Лука, и щеки его вспыхнули розовым.

— Спасибо. А вы оба — просто чудо.

Мы с Каем решили обойтись без подружек невесты и шаферов — свадьба все же камерная, — но я не смогла отказать себе в удовольствии видеть рядом племянников, таких милых и взволнованных. Только бы Хейден, Клем и Грейси могли быть здесь тоже.

Элли сияла, глядя на нас:

— Ну что, мои красавцы, готовы творить чудеса?

— Готовы, — ответила я, поднимаясь.

Элли подала знак кому-то, кого я не видела, и вдруг в воздухе зазвучал знакомый голос Арден, сопровождаемый мягким перебором гитары. Всего через несколько секунд я узнала мелодию — A Dream is a Wish Your Heart Makes из старого мультика, который мы с семьей смотрели десятки раз.

Лука и Кили повернули за угол, чтобы пройти по импровизированному проходу, скрытому стеной. Мне оставалось только ждать. Я слышала смех и восторженные возгласы и молилась, чтобы фотограф не упустил эти кадры.

Потом музыка сменилась. Голос Арден стал глубже, теплее — Make You Feel My Love Адель. И мне пришлось сделать усилие, чтобы не расплакаться снова. Лолли взяла меня под руку с одной стороны, мама — с другой. Я так крепко сжимала букет, что удивительно, как он не сломался пополам.

Мы двинулись вперед, свернув за угол — из гостиной с новой мебелью, через распахнутые французские двери на террасу.

Я должна была замечать все: как наши близкие встают, чтобы поприветствовать нас, — братья и сестры с половинками, Роуз с работы, Джерико,