Между стрoк - Оливия Хейл

Она закатывает глаза, но руку убирает.

— Ладно.

Я отдаю ключи парковщику и обхожу капот машины. Воздух прохладный, как это бывает в Лос-Анджелесе весенними вечерами, когда еще можно находиться на улице, не умирая от жары.

Я был в этом ресторане много раз. Но толпа людей, ожидающих столик, становится все длиннее. У этого места есть очевидная проблема. Оно стало слишком популярным.

Я открываю дверь машины для Шарлотты.

Она смотрит на меня с ироничной улыбкой. Это одно из моих любимых выражений ее лица.

— Мой спаситель, — говорит она. — Мой рыцарь в сияющих доспехах!

Я закатываю глаза.

— Выходи.

Она приподнимается на носках и оглядывается. Затем ее взгляд останавливается на очереди.

— О, черт.

Я протягиваю ей руку.

— У нас есть бронирование. Пойдем. Посмотрим, что ты думаешь о Стоунах.

Она колеблется всего мгновение, прежде чем положить руку в мою.

Я сказал ей, что она не будет моей спутницей. Но когда мы проходим мимо удлиняющейся очереди и попадаем в полумрак «Вельветин», мне очень трудно притворяться, что это не так.

Глава 31

Шарлотта

Калеб и Нора Стоун — выходцы из Восточной Азии. Оба высокие и стройные. Когда мы заходим в ресторан, они уже ожидают нас там.

Нора одета в дизайнерский костюм бежевого цвета с яркой цветочной вышивкой. Под жакетом у нее нет блузки. В модной одежде с короткой стрижкой и темной помадой на губах она похожа на модель. Она тепло улыбается и быстро говорит.

Ее брат такой же высокий со стрижкой ежиком. Костюм на нем на размер больше, чем необходимо. По его внешнему виду заметно, что он технический инженер. Но явно общительный человек, разговаривающий почти так же много, как и его сестра.

Нора старше своего брата. Возможно, у нее больше полномочий по принятию решений, думаю я.

Наши стаканы наполовину опустели, когда она наклоняет голову набок и слишком пристально смотрит на меня.

— Ты уверена, что мы раньше не встречались, Шарлотта?

Я смеюсь.

— Почти уверена, что нет. Я бы тебя запомнила.

— Ты точно не работаешь на телевидении? — продолжает она.

Я снова смотрю в меню.

— Да, уверена.

Она драматично вздыхает и толкает локтем брата.

— Тебе она не кажется знакомой?

Голос Калеба звучит мягче.

— Нет. Если бы мы встречались раньше, я бы это точно запомнил.

Я удивленно смотрю на него. Он улыбается мне. Он что... флиртует?

Я улыбаюсь ему в ответ.

— Спасибо.

— Это чистая правда, — просто отвечает он и снова смотрит в меню. — Нам стоит заказать большую порцию устриц на всех.

— О, хорошая идея, — продолжает его сестра. — Здесь также готовят стейк, который можно разделить на четверых. Давайте закажем его в качестве основного блюда.

После нескольких минут в их компании мне становится ясно, что они не хотят обсуждать дела. По крайней мере, не здесь и не сейчас. Они приехали на встречу, чтобы проверить Эйдена.

Он, кажется, тоже это понимает. Поэтому просто кивает и закрывает меню.

— Меня это устраивает. Может, попросим меню с безалкогольными коктейлями?

Нора поднимает брови.

— Ты знаешь, что мы не пьем?

— Я не знал, — отвечает он спокойно, — но я сегодня за рулем, поэтому не пью.

— Молодец, — бормочет Калеб и закрывает свое меню.

Я смотрю на Эйдена исподлобья. Он знал, что они не пьют. Он играет в игру, пытаясь очаровать их так, чтобы они этого не заметили.

Он хорош в этом.

Устрицы восхитительны, как и безалкогольные коктейли. Стоуны — приятные собеседники. Если раньше я думала, что они гики, предпочитающие книги людям, то быстро поняла, что ошибалась. Нора — душа компании, но Калеб время от времени тоже активно участвует в беседе.

— Итак, как долго, — спрашивает Нора, когда мы все тянемся к кусочкам гигантского стейка средней прожарки, который подали на плоском камне, — вы двое встречаетесь?

Краем глаза я вижу, как Эйден поднимает уголки губ. Он делает глоток своего коктейля, оставляя мне право ответить на вопрос. Придурок. Ну что ж, я отвечу.

— Мы не встречаемся, — говорю я. — Я пишу его мемуары.

— Мемуары? — переспрашивает Калеб. — Я не знал, что ты работаешь над чем-то подобным.

Эйден слегка кивает. Если он раздражен тем, что я прямо призналась в том, о чем технически подписала соглашение о неразглашении, то он этого не показывает.

— Эта книга, скорее, о компании и ее истории, чем обо мне лично. Шарлотта — очень талантливый писатель, и она уже несколько недель следит за мной.

Нора слегка кивает.

— Ты, должно быть, очень ей доверяешь, — говорит она и осматривает нас своим проницательным взглядом.

— Да, — отвечает Эйден.

— Не встречаетесь, да? — спрашивает меня Калеб.

Он слегка усмехается и проводит рукой по своей короткой стрижке. Это делает его лицо более угловатым. Он красив, решаю я. Почти как модель.

— Приятно слышать. Надолго ты в Лос-Анджелесе?

Эйден рядом со мной напрягается.

— Я здесь на несколько месяцев, чтобы поработать над мемуарами Эйдена, — говорю я. — Мне нужно собрать необходимый материал и посмотреть места, которые его сформировали.

Калеб кивает.

— Он дает тебе свободное время?

— Она довольно сильно занята, — отвечает за меня Эйден.

Он откидывается назад так, что его плечо слегка касается моего.

— Я сама устанавливаю свой график, — протестую я. — Кроме того, ты много работаешь, так что у меня остается достаточно времени для отдыха.

Калеб улыбается.

— Это хорошо. Не хотелось бы, чтобы ты упустила возможность посмотреть город.

— Я показал ей город, — говорит Эйден.

Его голос звучит немного грубо, и я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. Он берет свой бокал и выпивает половину.

Остаток ужина мы проводим, ведя два параллельных разговора — Нора общается с Эйденом, а я — с Калебом. Иногда наши беседы пересекаются, но чаще всего мы говорим о разных вещах.

Я стараюсь поговорить с Калебом об Эйдене. Рассказать младшему Стоуну о том, что я заметила в Эйдене, живя рядом с ним. О его трудолюбии и справедливости по отношению к тем, с кем он работает. Краем уха я слышу, как Нора и Эйден обсуждают похожие темы. Это типичная деловая встреча перед началом потенциальных переговоров, замаскированная под приятный ужин.

Эйден берет на себя оплату счета. Он настаивает, и, как партнер по фехтованию, уклоняющийся от дуэли, Нора наклоняет голову и соглашается.

— Очень любезно с твоей стороны, — говорит она.

Деньги не имеют значения для обеих сторон. Все они богаты, и, если Эйден добьется своего в этой сделке, Калеб и Нора превратятся из состоятельных миллионеров в почти миллиардеров.

— Шарлотта, — повторяет она.

В ее