Возлюбленная короля - Фрида Ли

— Дайте своей королеве буквально пару минут, и она будет готова! — напряженно ответила ему Джейн, отвернувшись от меня, чтобы Стефан не увидел ее тревогу.

— Что случилось, Джейн? — спросила я, чувствуя, как в груди нарастает тревога.

— Король… Он болен. — Эта новость оглушила меня…

Еще ночью он был полон сил, а теперь на восходе солнца… Это всё из-за меня. Будь проклята прошлая ночь!

Я шла по длинному коридору в сопровождении Стефана и Джейн к королевским покоям. Впервые в этом доме, где всегда царило оживление, стояла мертвая тишина. Она давила на меня, словно тяжелый груз, предвещая что-то недоброе.

Тишину нарушал лишь тихий шорох одежд кланяющихся мне придворных, которых я встречала на своем пути. Всего несколько дней назад они смотрели на меня с презрением, а теперь склонялись в глубоком реверансе, выказывая наигранное почтение…

Я чувствовала себя марионеткой, оказавшейся в центре чужой игры.

— Его обессиленного нашли в саду, — услышала я перешептывание за своей спиной придворных дам, которые всего пару секунд назад одарили меня приветливыми улыбками и склонились в глубоком поклоне. — Говорят, он простоял на коленях напротив её окна всю ночь. Под ледяным дождем.

Неужели это правда? Эдуард простоял всю ночь под моим окном? Неужели он действительно страдал? Эта мысль, словно искра, зажгла во мне смятение. Чувство вины, смешанное с жалостью, наполнило мое сердце.

— Он точно обезумел!

— Это все она. Она что-то сделала с нашим королём!

И я прибавила шаг, чтобы как можно быстрее убежать от их злых языков.

Через пару пролетов Стефан наконец-то остановился возле комнаты, с плотно закрытыми дверями, возле которой толпились люди. И заметя меня они все присели в глубоком реверансе.

— Это она. Она, — снова послышался шепот за моей спиной.

— Она погубит нашего короля!

— Она не посещает утренние мессы, не причащается.

— Не носит святое распятие на своей груди.

— Ведьма!

От этого слова я вздрогнула всем телом и почувствовала, как теплые пальцы Джейн крепко сжали мою ледяную ладонь.

Стефан постучал три раза в дверь, а перешептывания лишь усилились.

— Говорят, что несколько слуг видели, как брат короля выходил из ее комнаты этой ночью. Они были с ним наедине.

— А кто-то слышал, как сам король грозился перерезать ему горло!

— Он застал их за грехом!

— Развратница!

— Спаси нас и нашего короля, дева Мария!

Спаси меня, дева Мария от Ваших гадких, злых языков!

Перед моим лицом наконец-то распахнули тяжелые двери в королевские покои и я сразу же увидела Джорджа.

— Король болен, миледи, — холодным тоном сообщил он мне, поклонившись.

Я обернулась на тихий стон, эхом прокатившийся по комнате. Мое сердце сжалось от жалости и тревоги. В огромной кровати лежал… Эдуард. Лицо его было белее мела, словно жизнь покинула его. Лоб покрывали капельки холодного пота, выдававшие его слабость и страдания.

Над ним склонился священнослужитель, облаченный в черную рясу, и что-то невнятно бормотал на латыни, словно пытаясь изгнать злого духа, терзающего короля. Его слова, чуждые и непонятные, лишь усиливали ощущение мрачности и безысходности, царившее в комнате.

Тяжелые ставни на окнах были закрыты настолько плотно, что ни один лучик света не мог проникнуть внутрь. Казалось, самой жизни было запрещено проникать в это мрачное логово. Лица людей я различала лишь благодаря дрожащему свету множества церковных свечей, расставленных вокруг королевской постели. Их мерцающее пламя отбрасывало причудливые тени на стены, превращая комнату в подобие склепа.

В дальнем углу, словно привидение, стоял Ричард. Нервно покусывая костяшки пальцев на правой руке, он неотрывно смотрел на Эдуарда. В его глазах читалась тревога, но было ли там сочувствие? Или же он просто ждал удобного момента, чтобы воспользоваться слабостью короля?

В кресле, возле самой кровати, сидел лорд Невилл. Его лицо выражало глубокую сосредоточенность. Он не сводил глаз с обессиленного тела Эдуарда. Невидимые шестеренки его разума, казалось, работали на полную мощность, просчитывая все возможные варианты развития событий.

Всё это время Эдуард продолжал тихо постанывать и что-то невнятно бормотать себе под нос.

— Что с ним? — протолкнув ком в горле, решилась спросить я.

— У него лихорадка, — быстро ответил мне Джордж. — Его нашли в саду. Обессиленного и полностью промокшего.

Мы с Ричардом переглянулись. В его глазах я увидела неподдельный страх и ни грамма сострадания.

— Он умрет?

— Конечно умрет! Своими методами они его лишь быстрее положат в могилу, — услышала я шепот Джейн возле своего уха.

— Это мне неизвестно, миледи, — снова заговорил со мной Джордж, покосившись на женщину за моей спиной, которая всем своим видом показывала недовольство. — На все воля Божья. Но я бы рекомендовал Вам читать псалтирь за скорейшее выздоровление своего мужа.

— Надеюсь, что король поправится, — чуть громче прежнего ответила я, так и не решившись подойти ближе к его кровати.

И тут бессвязное бормотание стихло и идеальную тишину в комнате нарушил слабый мужской голос:

— Агата. Любовь моя.

Глава 25

Он болен! Он болен! Эта мысль ударила в голову, словно молния, и я почувствовала… несказанное облегчение. Неужели это и есть подарок судьбы, которого я так долго ждала?

Сердце мое забилось чаще, и я почувствовала, как его сковывающая лед освобождается. Я светилась от счастья, и легкая эйфория овладела мной. При каждом шаге я едва сдерживала себя, чтобы не начать подпрыгивать от переполняющей меня радости. Джейн, заметив мое странное поведение, неоднократно одергивала меня за длинный рукав платья, пытаясь привести в чувство, но я не обращала на это никакого внимания.

Мне было все равно, какое впечатление я произвожу на окружающих. Я не обращала внимания на лица придворных, которые были явно поражены моей странной реакцией на болезнь короля.

Пусть судачат! Пусть завидуют! Я скоро буду свободна и больше никогда их не увижу! Никогда!

Счастливая улыбка застыла на моем лице, и я с высоко поднятой головой прошла мимо этих сплетников, как истинная королева, презрительно глядя на них сверху вниз.

Свобода! Это слово звучало в моей голове, словно музыка. Я скоро буду свободна и смогу распоряжаться своей жизнью по своему усмотрению! И от этой мысли я снова улыбнулась, еще шире, чем прежде.

— Что с тобой, Агата? — спросила меня Джейн обеспокоенным тоном, когда мы наконец-то остались наедине в большом саду, окружавшем замок.

Я сделала глубокий вдох и жадно втянула чистый, свежий воздух. Мне захотелось наполнить им свои легкие до краев. Мое тело уже совсем забыло, каково это — дышать свободно.

Теперь я