Эльверион: возрождение Света - Екатерина Владимировна Овсянникова

— Когда вернусь домой, обязательно поговорю с Верховной Жрицей Ирлиндорой. Уверена, вместе мы что-нибудь придумаем.

— «Надежда есть всегда, пока сияют ее искры в наших сердцах»… — таинственно произнес Зарталор, как будто прочитал вслух цитату, и поднялся со стула. — Отдыхайте и набирайтесь сил, гуляйте по округе, если захочется. Чем скорее вы исцелитесь, тем быстрее вернетесь домой.

— А вдруг найхаширы снова явятся? — состорожничала Эйриана.

— Мы уже работаем над усилением охраны, так что больше неожиданных нападений не будет, — заверил эльф гостью. — С вашего позволения я отправлюсь по другим делам. Нужно разрешить несколько вопросов, в том числе подготовить церемонию прощания.

Луминара вспомнила приветливое лицо сестры ее телохранителя и решительно встала из-за стола.

— Иллинарэль уже знает о судьбе брата?

— Пока еще нет. В кабинете генерала хранятся клинки Дэлтхара, их мы передадим Иллинарэль. После церемонии прощания девушка может либо оставить их себе, либо же найти им нового хозяина.

— Тогда я иду с вами. Мне все равно нужно поговорить с генералом.

Эльф покосился на тарелку с разломанным пирогом.

— А как же ваш завтрак?

— Потом съем. Сейчас не до этого.

Зарталор не стал спорить и направился к кабинету командующего, а гостья пошла за ним следом.

— Подождите здесь, — попросил офицер возле дверей. — Я предупрежу генерала и позову вас.

— Хорошо, — кивнула Эйриана и терпеливо встала неподалеку от входа.

Поправив свой плащ, «Зоркий глаз» простучал секретный код и сразу вошел. Раэдгар как раз стоял у стола, разглядывая со всех сторон клинки павшего подчиненного. В черной расшитой серебром парадной форме на фоне окружающей обстановки он казался мрачной тучей с крыльями.

— Готов, генерал! — отдал честь офицер. — Спешу доложить, что кое-кто также вызвался пойти с вами.

Раэдгар поднял левую бровь.

— Кто?

— Наша гостья. Я пытался отговорить ее, но она настояла на своем. Есть подозрение, что случившееся вчера как-то повлияло на ее восприятие мира и укрепило решимость. Кажется, она всерьез настроена по возвращении домой поговорить с правительницей Эльвериона об установлении союза между двумя народами.

Генерал задумчиво почесал подбородок.

— Р-р-р, проходной двор уже какой-то получится, а не рабочее место… Ладно, впусти ее. И оставь нас ненадолго. Я сам выйду.

Поклонившись, Зарталор послушно вышел и пригласил гостью.

Войдя в кабинет, Эйриана первым делом засмотрелась на обстановку вокруг, поэтому не сразу заметила генерала с крыльями за спиной. Воображение тут же нарисовало ей видение, как все могло случиться после того, как ее с поля битвы забрал Зарталор. Неужели ради ее спасения Раэдгар сам чуть не лишился души?

— Раэдгар, как ты? — воскликнула она, подбежав к командующему.

— Могло быть и лучше, но ничего не поделаешь, когда рядом разгуливает эльфийка, умеющая находить на свою душу неприятности, — съехидничал он, шевельнув крыльями, будто сонно потягиваясь. — А когда мы успели перейти на «ты»? Хотя, лучше так меня и зови, по имени. Не нравится мне, как из твоих уст звучит столь высокое звание.

— В этот раз я не виновата, оно само! — с обидой буркнула Эйриана и затем смягчилась. — Но я все равно рада, что ты жив. И спасибо, что спас мне жизнь… Снова…

Раэдгар невнятно шевельнул губами, словно смутился благодарности, и повернулся к черной бархатистой подушечке, на которой лежали зачарованные клинки павшего майора. Луминара тоже подошла к столу и скорбно посмотрела на оружие Дэлтхара.

— Зарталор рассказал мне, что случилось. Это неправильно, что ты и другие Темные охотники вынуждены жертвовать своими душами! Я намерена рассказать обо всем Ирлиндоре — моей наставнице, правительнице Эльвериона. Уверена, мы что-нибудь придумаем.

— Красивая речь, — хмуро ответил генерал. — Даже как-то трудно поверить, что ее произносишь ты. Какая сила заставила тебя изменить свое мнение обо мне?

Эйриана решительно посмотрела на спасителя.

— Я видела кровь, сражения и жертвы. На моих глазах Дэлтхар стал нэртахиаром! Такой жизни даже врагу не пожелаешь…

— Легко говорить, когда веками живешь в «тепличке», не видя всех опасностей мира, — Раэдгар хмыкнул и поднял со стола подушечку с оружием. — Идем. Нет смысла оттягивать неизбежное.

На мгновение луминара нахмурилась в ответ на колкость, но за генералом все же последовала. Куда важнее сейчас достойно попрощаться с павшим офицером, чем устраивать перепалку и обижаться. Да и в чем-то, возможно, он прав. Она ведь всю жизнь прожила под защитой барьера Света и не могла видеть всех возможных каверз судьбы. Чего не скажешь о генерале и его подчиненных… И как только лориэндарцы выживали под пеленой Тьмы больше тысячи лет?

В столовой Иллирии было на удивление пусто. Лишь двое вооруженных эльфов сидели где-то в углу и о чем-то увлеченно болтали за кружкой выпивки.

— С чем пожаловали, генерал-майор? — женщина приветливо улыбнулась, но, завидев генерала, тут же помрачнела. Явились к ней сейчас явно с недобрыми новостями.

— Добрый день, Иллирия, — обратился к ней Зарталор. — Позови Иллинарэль. Нужно поговорить.

Не проронив ни слова, женщина пошла звать помощницу. Два сидящих в углу эльфа, заметив происходящее, поднялись со своих мест и подошли ближе.

— Интересно, что мне хотят сказать? — раздался знакомый голос из глубины кухни.

Через пару секунд заинтересованная Иллинарэль вышла в зал и улыбка сошла с ее лица. Часто моргая и сжимая-разжимая кулаки, она бросала взгляд то на гостей, то на клинки в надежде услышать хорошие новости, а не то, что она сейчас себе представила.

— Терпеть не могу это делать, но долг обязывает, — со скорбью произнес генерал, вручив девушке клинки майора.

Иллинарэль провела рукой по рукояти и шмыгнула, но слезы сдержала.

— Он встретил свою судьбу в бою, да?

Зарталор медленно кивнул.

— Он храбро защищал нашу гостью до самого последнего мгновения, пока Свет не погас в его глазах…

— Дэлтхар верно нес службу не один год, и имя его отныне пополнит наш фолиант памяти, — произнес генерал. Громко и мрачно. — Согласно давней традиции, его клинки отныне принадлежат тебе. Ты вправе передать их новому достойному по твоему мнению хозяину или же оставить себе.

Иллинарэль молчала, с силой сжав губы, а Эйриана наблюдала за происходящим и еле сдерживалась, чтобы не заплакать. Сердце ее болезненно сжалось, когда она в очередной раз вспомнила последние минуты жизни Дэлтхара. Как храбро он рвался в бой и защищал ее, терпеливо