До встречи в Дубае - Виктория Короткова

я раскатывала тесто, у соседа шумел блендер и стучал нож. Специи, начинка и мясо свернулись в рулет, полуфабрикат спрятался в пленке, и противень переместился в холодильник.

— Мясо должно полчаса постоять в холоде, и только потом я поставлю выпекаться. Как у тебя?

Работа вроде была не сложная, но сосредоточение и старание забрали много сил. Теперь мне оставалось только ждать… И надеяться, что все получиться.

— Гаспачо готов, сейчас подам. А сам пока нарежу овощи для следующего блюда.

Я прибрала свое рабочее место, сполоснула посуду и руки и в ожидании опустилась на барный стул. Опомнившись, я достала из шкафа бокалы, пробралась к холодильнику и достала бутылку.

— Что это? — спросила я, вчитываясь в корейские иероглифы.

— Я позволил себе взять соджу.

— Всегда хотела попробовать.

Я поменяла бокалы на рюмки и устроилась на своем месте. Через минуту передо мной предстала небольшая пиала с пюрированным блюдом, украшенное листиками мяты. Живот недовольно заурчал, и я схватила ложку.

— Ты знаешь, что пищеварение начинается со взгляда на еду?

— М?

— Важно эстетично подавать еду, чтобы глаз радовался и каждая клеточка желала скорее поглотить все, что на тарелке.

— Интересно…

— Это я к тому, что у тебя получилось красиво.

— А-а-а. Я просто положил мяты.

Я взяла зеленые листики пальцами и поднесла ко рту.

— А я очень люблю мяту.

— Да пробуй ты уже! — не выдержал он.

— Подожди, у нас совместный ужин. Наливай себе и садись рядом.

Я демонстративно отставила тарелку и постучала ладонью по деревянному стулу. Он зарычал от нетерпения, но все же сделал, как я просила.

— И мяту себе положи, — напомнила я.

— Точно!

Он неаккуратно бросил зеленое соцветие и взобрался на барный стул.

— Приятного аппетита! — пожелали мы друг другу.

Он взял в руки пиалу и ложку, но не дыша ждал вердикта главного критика. Я видела, как он несколько раз пробовал и добавлял то соли, то специй, чтобы все сочеталось гармонично, но мой неудачный опыт повышал планку.

Он не знал, как сильно я сама переживала в этот момент. Мне вспомнилось, как меня чуть не стошнило от первой ложки жуткого блюда, и я зареклась больше его не есть. А судьба преподнесла такой сюрприз, и мне совсем не хотелось строить отношения на вранье, поэтому и призналась. Но и ранить я его не могла. Не его. Не сейчас. Не за дурацкий суп. Я поводила ложкой по кругу и решилась. На мгновение я закрыла глаза, чтобы прочувствовать все, что он вложил в готовку. К моему счастью, молекулы еды взорвались фейерверком вкуса, и я расслабившись довольно улыбнулась, открыв глаза.

— Есть можно, — констатировала я.

И эти слова разрядили обстановку.

— Это действительно очень вкусно, — уверила я его. — Попробуй сам.

Он быстро зачерпнул ложкой и отправил в рот, а потом мыча закивал. Он не собирался выдавать «Я же говорил, будет вкусно». Он просто был счастлив в этот момент. И это было видно по глазам.

— Выпьем! — предложила я.

Ли вскрыл бутылку и наполнил рюмки. Мы чокнулись, зазвенело стекло, и я отпила немного. Вместо ожидаемой жгучести крепкого алкоголя во рту растеклась сладость.

— Как тебе?

— А неплохо. Идет легко, как фруктовая вода. Немного маслянистая текстура. И такое коротенькое послевкусие. Интересно!

Теперь уже уверенными движениями он вновь плеснул в стопки.

— За тебя и твои кулинарные таланты! — произнесла тост я.

— Боже, я даже вспотел. Умеешь ты заставить мужчину нервничать.

Я поиграла бровями, соглашаясь со сказанным.

— А ты умеешь удовлетворить женщину.

— Опять за меня?

— Ха-ха! И за гаспачо!

Воцарилось доброе молчание, только ложки скребли по дну тарелок, пока они не оказались пустыми. Он забрал пиалы и сразу сполоснул их. Не отходя от раковины, он достал небольшой кабачок и помыл его.

— Тебе помочь? Что ты готовишь следующим?

Он развернулся и с ухмылкой посмотрел на меня.

— Расскажи-ка мне, что ты думаешь о Рататуе?

Я выдержала театральную паузу, а потом засмеялась.

— У меня не очень получалось его готовить, но это блюдо я люблю.

— Так, это конечно замечательно, но теперь мне нужно не упасть лицом в грязь. Опять. Боже, как с тобой сложно.

— Хватит, — вдруг серьезно сказала я, подходя ближе. — Мы же не на конкурсе. Просто сделай как сможешь. Помни, главный ингредиент — это любовь. Ну, или хотя бы какое-то позитивное чувство…

— Любовь, так любовь, — намекнул он.

Я подошла сзади и обняла его. Запах его тела тут же проник в мое подсознание. Хоть я прикрыла глаза от удовольствия, но могла видеть его образ перед собой. И физически ощущала его рядом.

— Любовь, так любовь, — повторила я.

Он вдруг схватил мои руки и воскликнул:

— Что это?

Я заинтересовалась:

— Где?

— Да прямо тут!

— Мне из-за спины не видно.

— Вот же свободные руки!

Он поигрался моими руками. Я засмеялась:

— Хорошо-хорошо! Говори, что делать.

Он достал овощи и бросил в раковину.

— Это надо помыть и подготовить. В смысле отрезать все лишнее.

— Принято.

Я выкладывала помытые овощи сушиться на полотенце, пока он подключал кухонный комбайн — к счастью, вся техника оказалась в наличии. Я сняла шкурку и отрезала попки, пока он выбирал насадку для нарезки. Дальше было шумно — овощи попали под нож, и разноцветными рядами ложились на тарелку.

— Сможешь выложить на блюдо, пока я сделаю соус?

— Конечно. Слушай, — я замялась.

— Чего?

— А не хочешь добавить еще и картошки?

— Не поверишь, я тоже об этом подумал. Так, куда я дел пакет? А вот он!

Он быстро помыл, почистил и порезал картофелины на ровные овалы и добавил на тарелку.

Я слышала шум воды, треск овощей, хруст зелени, рычание блендера, но не могла оторваться от последовательного выкладывания разноцветных кружков на прозрачное блюдо, смазанное маслом. Меня восхищало все: от мысли, насколько наши желания сходятся, до понимания, что быть на одной волне очень приятно. И совсем не страшно. И не страшно говорить о своих чувствах, когда знаешь, что это взаимно. А если не взаимно, то тебя просто поймут и примут.

Он приобнял меня и немного навалился, чтобы протиснуть ковшик с соусом и обильной струйкой полить каждый ряд, который я успела выложить. Его губы были так близки от шеи, кожа трепетала, ожидая поцелуя. Но он был слишком занят готовкой. И правильно: вся любовь сейчас должна пойти овощам — я немного потерплю.

Я сделала шаг в сторону к духовому шкафу, расположенному на уровне груди, и выставила температуру двести градусов. Он прикрыл блюдо фольгой и посмотрел за моими движениями.

— Что будем делать? Мне нужна температура