Ты меня предала - Екатерина Котлярова

— Спасибо. Люблю тебя безумно, — шепчу благодарно подруге.

— Я тебя.

Когда мы с Ульяной выходим в коридор, Лёша снова берёт слабую Улю на руки и несёт в машину. Довозит нас до дома. На кухне, когда мы уложили дочь в кровать, закрыв дверь, глухо говорит:

— Школой займутся, Вера. Директора уволят, классную тоже. А каждую тварь, которая тронула твою дочь, ждут серьёзные проблемы. Их родителей тоже. Я… — договорить мужчина не успевает, раздаётся звонок сотового. — Да. Что? — рявкает и с хрустом сжимает кулаки. — Понял.

Сбрасывает вызов и смотрит мимо меня.

— Я должен уехать.

Я не успеваю ничего спросить, Лёша стремительным шагом покидает квартиру. А я иду в комнату к Уле. Ложусь рядом, поправляю одеяло. И обнимаю дочь, успокаивающе поглаживаю по голове, когда она начинает метаться и плакать. Звать Артура. Я только зубами могу скрипеть и злиться на мальчишку. Почему он не защитил? Не он ли во всём виноват? Вчера, сегодня?

Засыпаю рядом с Ульяной, обнимая дочь и сторожа её сон.

Глава 22

Ника

Месяц спустя

Весь месяц не отхожу от Ули ни на шаг. Ночами с болью в груди слушаю, как она тихо плачет и зовёт мальчишку по имени.

Две недели назад Лёша уехал в командировку, а я слишком сильно тоскую по нему. Невыносимо сильно. Каждый вечер жду его звонка. Просто услышать его хриплый голос, который успокаивает, вселяет уверенность, что всё наладится.

Сегодня должен вернуться Лёша, поэтому я, счастливая и окрылённая летаю по кухне. В последние дни Уля стала веселее, всё чаще на милых бледных щеках я вижу ямочки. И любая эмоция на её лице до безумия радует меня.

Когда на телефон приходит сообщение, я тут же хватаю его, уверенная, что написал Лёша. Но сообщение пришло с незнакомого номера. Я хочу проигнорировать его, но следом всплывает новое:

«Интересно, чем занимается твой благоверный, пока ты ждёшь его дома?».

Моё сердце начинает колотиться в горле, и я перехожу по ссылке. В глазах всё плывёт, когда я вижу заголовок.

«Наследник строительной империи женится на будущей матери своего ребёнка? Невеста Алексея Бунатрёва ответила на наши вопросы».

Я медленно листаю статью, к которой приложены фотографии. Лёша. Мой Лёша. Обнимет за талию Злату. На другой фотографии она целует его в щёку.

Телефон выпадает из рук. Тошнота подкатывает к горлу, и я кидаюсь в туалет. Меня рвёт. Я сползаю на пол, лежу на холодном полу и не могу пошевелиться. Глаза сухие, а в груди пустота.

Он меня предал. Снова. Снова опустил меня в самый ад.

Я так лежу, пока телефон не начинает разрываться от знакомой мелодии. Я вскакиваю с пола, бегу на кухню, отвечаю и выплёвываю:

— Пошёл ты к чёрту, Бунтарёв. Ненавижу.

Сбрасываю вызов. Не проходит и минуты, как Лёша звонит снова. Не отвечаю. Лёша был бы не Бунтарёвым, если бы не был настолько упрямым.

— Я не ясно тебе сказала? — рычу в трубку. — Я не хочу тебя слышать. Видеть. Не хочу иметь с тобой ничего общего.

— Что? Случилось? — выплёвывает каждое слово.

— У невесты своей беременной спроси, — всхлипываю. — Это твой очередной план?

— Что за хуйню ты несёшь, Вера? — ревёт в трубку. — Что блять успело измениться за время моего перелёта из одной страны в другую? А?

— Я статью читала, Лёша, — выдыхаю, смертельно устав. — За что ты так? Почему не сказал? зачем нужно было столько времени пудрить мне мозги?

— Я приеду, и мы нормально поговорим.

— Не нужно приезжать, Лёша. К невесте своей езжай, с которой всё это время проводил. Она ребёнка от тебя ждёт.

— Вера! Ты дура? — рычит взбешённо. — Я тебе блять всё говорил! Всё! Я не трахал её.

— А женишься на ней. Я видела фото!

— Какие фото, девочка? Хватит говорить загадками! Хватит! Объясни нормально.

— Я отправлю тебе ссылку, чтобы ты сам полюбовался. Ты… Изменщик. Ничего не было с ней?

Сбрасываю вызов и, нервно стуча пальцами по экрану, пересылаю сообщение мужчине. Когда слышу, что дверь открывается, торопливо умываюсь холодной водой, чтобы Уля не заметила, что я расстроена. Выхожу её встречать и тут же забываю обо всём, стоит увидеть улыбку на личике Ули.

— Привет, моя девочка. Ой, а где очки? — замечаю отсутствие постоянного аксессуара дочери.

— Привет, мамулечка, — скидывает обувь и подходит ко мне, чтобы прижаться губами к моей щеке. — Случайно разбила.

— Поехали, купим новые.

— Всё хорошо, мам. Я в линзах.

Ульяну тут же тушуется, опускает глаза и ногой шаркает.

— Маленькая моя, линзы это слишком дорого. Мы не потянем. И линзы постоянно носить нельзя. Для глаз вредно.

— Сегодня проверили зрение. Сейчас минус два. Не так критично, — ведёт плечом.

— Малышка моя, а где ты деньги взяла? — озадаченно хмурю брови. — Нет, я не контролирую тебя. Просто я знаю, что ты на день рождения мне потратилась.

— Артур купил.

Я сильно бледнею.

— Уля… Уль… Снова на те же грабли… Уля, почему? Что он снова делает рядом с тобой?

— Он перевёлся в мой класс, мама. И почему ты так против Артура? Он меня пальцем не тронул.

— Ульяна, я не дура. И меня не обмануть. Месяц мой ребёнок был в подавленном состоянии, ничего не ел, кричал во сне. Ты каждую ночь кричала ЕГО имя! Зачем ты мне врёшь?

Меня трясёт от злости и страха за Ульяну.

— Мама. Мамуль, я клянусь тебе… — Ульяна начинает задыхаться от слёз. — Он не трогал меня. Он не участвовал во всём этом ужасе. Его не было в спортзале.

— Уля. Он принесёт тебе проблемы! Уля, я беспокоюсь за тебя!

— Мам, не нужно, прошу тебя. Всё хорошо! Со мной всё в порядке.

Целует, а потом трётся носиком о мою щёку.

— Ты влюблена в этого мальчика, да? — спрашиваю устало, лбом вжимаюсь в её хрупкое плечо.

— Я не знаю, мамуль. Я не могу ответить на этот вопрос. Я никогда не влюблялась, мне не с чем сравнивать.

Провожу рукой по голову Ули, перебираю короткие волосы.

— Как же я хочу разорвать их за то, что они сотворили с тобой, — дрожащим голосом говорю я. — Я так любила твои длинные косы… Ты влюбилась, моя девочка. Я чувствую. Вижу, как ты расцвела. Он слишком сложный мальчик, Уля. Слишком угрюмый.

А ещё похож слишком сильно на своего кобеля дядьку.

— Но он защищает меня. Всегда. Мам, а что вкусненького есть? — тут же меняет тему разговора.

— А что ты хочешь?

— А давай пирог испечём. Со сгущёнкой. Я хочу кое-кого