Исповедь куртизанки, или Как я полюбила - Елена Эллиот

Я кивнула.

– Он ощутит то же самое, – пояснил Том.

– Это обратит его? – спросила я.

Однако Том не ответил. За руку он повёл меня к тому мужчине, что лежал на траве с зажатой в ладони пустой бутылкой из-под какого-то крепкого пойла. Запах перегара тут же ударил мне в нос, но его быстро перебил аромат человеческого тела.

– Я не опьянею от его крови? – задалась я вопросом.

Том хмыкнул.

– Алкоголь придаёт вкусу приятную терпкость. Но нет, опьянеть ты уже не сможешь, даже если выпьешь чистый спирт.

Напиваться вусмерть, как этот бедолага, мне не хотелось никогда. Да и в целом к алкоголю я была равнодушна. Однако тот факт, что мой разум не затуманится, если вдруг так случится, что мне придётся пить, меня, несомненно, порадовал.

Присев рядом с пьяницей, я осторожно наклонилась к нему. Он застонал и что-то пробормотал, отчего я вздрогнула и отстранилась. Том жестом велел мне продолжить, да и жажда звала. Внутри уже практически бушевал пожар, хотелось поскорее унять это чувство. А потому я резко наклонилась и, выпустив клыки, прокусила сонную артерию бедолаге.

В моё горло тотчас хлынула пульсирующая, живительная кровь. Боже, как она была сладка! Я в жизни не ела ничего более вкусного. Огонь голода в моём желудке полностью потух, но, несмотря на это, я не могла насытиться. Подобно попытке продлить то блаженство, что охватило меня перед обращением, я желала, чтобы и дивная сладость у меня во рту не исчезала. Продолжая пить, я бесконечно наслаждалась каждым глотком. Человеку было не под силу выпить столько, но мой желудок не распирало, и никакого дискомфорта в животе я не испытывала. Я чувствовала себя так, словно была способна выпить океан! Но столько крови не нашлось в мужчине. Лишь когда она перестала поступать в моё горло, я отпрянула.

Я подняла голову. Туман уже начал рассеиваться… Или нет? Вроде дымка была такой же густой, но предметы она больше не скрывала. Издалека по-прежнему доносился лай собак, однако теперь я могла определить точное направление и примерное расстояние до них. Кроме лая, природа наполнилась трелями птиц, карканьем ворон, мычанием коров, доносившимися издали. Слышала я и голоса людей, что находились неблизко. Я попыталась вникнуть в то, что они говорили, однако на таком расстоянии мне это не удалось: отчётливо слышалось лишь неясное бормотание. А потом я уловила лёгкий, почти невесомый плеск. Взглянув на реку сквозь туман, я вдруг заметила в её водах силуэты рыб, чьи быстрые плавники создавали этот звук.

Затем я прислушалась к себе, своим ощущениям. Взглянув на пальцы, я убедилась, что следы порезов исчезли, словно их и не существовало. Неприятное жжение в желудке тоже прошло, и теперь моё тело переполняла небывалая лёгкость. Улыбнувшись, я подняла глаза на Тома. Он протянул мне руку, чтобы помочь подняться, но мне его помощь была не нужна. Меня изнутри будто распирала энергия, хотелось прыгать, бегать, скакать! И радоваться жизни – моей новой жизни вампира.

Как вдруг мой взор остановился на лице того мужчины, чью кровь я пила. Улыбка на моих губах моментально угасла. Бледность покрывала его черты, словно саван, губы казались тёмными и сухими, а кости черепа просвечивали сквозь натянутую плоть. От страха я тотчас вскочила и сделала два шага назад. Мужчину окутал туман, но мне всё равно удавалось видеть бескровную кожу и посиневшие ногти… Проникнувшись настороженностью, я присмотрелась к его груди, однако она была неподвижна. Затем я обратила внимание на шею: на ней отчётливо выделялись два маленьких прокола от моих клыков и яркие, алые пятна свежей крови.

Холодный ужас пробежал мурашками по спине. Я посмотрела на Тома и прошептала:

– Он мёртв?

– Да, – подтвердил Том.

Слёзы потекли по моим щекам. Я только что убила человека! Как это произошло? Почему меня никто не остановил? Если вампиры убивают, то и я неизбежно превратилась в убийцу? Но может ли существо, однажды ставшее кровожадным хищником, сохранить свою душу чистой?

Сердце стучало глухо и тревожно, руки дрожали от напряжения и ужаса. В голове роились мысли, путались чувства. Я хотела исчезнуть навсегда, растворившись во мраке ночи, как туман над Темзой после рассвета. Всё вокруг было чуждым, враждебным. Я стояла, потрясённая и одинокая, и голос совести гремел громче любого грома, неумолимо повторяя круг за кругом одно страшное слово: убийца!

Почему-то я считала, что достаточно выпить всего один глоток крови – какая нелепость! Живым людям не понравится быть источником питания, а сохранившие жизнь жертвы непременно рассказали бы миру правду о чудовищах, прячущихся среди смертных. Сейчас я понимала это: ясность озарила мой ум. Но что заставило меня принять такое важное решение, как стать вампиром, столь легкомысленно? Действительно ли я хотела жить вечно ценой жизни других? Ведь я не думала об этом: сознание туманил алкоголь, а тело мучилось от последствий побоев, окончательно сбивая меня с толку!

Испытывая сильнейший ужас, сжимающий сердце холодной цепкой рукой, вчерашним вечером я ощущала свою полную беспомощность. Безнадёжность охватывала меня подобно густому туману, что медленно поглощал надежду на лучшее будущее. Я была брошена на произвол судьбы, не имея возможности повлиять на события, стремительно разворачивающиеся вокруг. Отчаяние было настолько глубоким и всепоглощающим, что казалось, будто весь мир замолк навсегда, оставив лишь пустоту и одиночество внутри меня.

Но появился Том, словно луч света рассеял тьму. Я воспринимала Тома как ангела, спустившегося с небес, чтобы спасти меня от моей судьбы, и испытывала к нему страстное влечение. Он был для меня центром мироздания, смыслом бытия, моей единственной мечтой и заветным желанием всей души. Будто сам рок велел отдать моё богатство – мою девственность – именно Тому. Это желание вспыхнуло во мне подобно искре: сначала робко затеплилось в уголке сердца, а потом мгновенно охватило всю душу огненным заревом, превратившись в самую сильную страсть в моей жизни! Жаль, что тогда я не подозревала, что цена за неё окажется слишком высока.

– Ты знал? – с претензией выпалила я. – Ты знал, что я убью его?

– Да, знал, – хладнокровно кивнул Том.

Я ощутила себя так, словно он меня предал. Не далее как ночью мы были близки душой и телом, а сейчас он казался мне совершенно чужим.

– Почему не сказал? – откровенно плакала я.

– Именно поэтому, – ответил он. – Ты должна была завершить обращение, Лорен.