Эльф. Выбор без права возврата - Mya Fox

— Я думала, ты не придешь. Я думала...

— Тише, тише, маленькая. Я здесь. Я больше никуда не уйду.

Она отстранилась чуть-чуть, чтобы посмотреть на него. И вдруг взяла его руку и приложила к своему животу.

— Кэйлем, — сказала она тихо, глядя ему в глаза. — У нас будет ребенок.

Он замер. Смотрел на нее, на ее живот, снова на нее. И в темно-синих глазах заблестели слезы.

— Ребенок? Наш?

— Наш.

Он опустился на колени прямо в грязь, обнял ее живот, прижался щекой.

— Спасибо, — прошептал он куда-то в небо, в землю, в нее. — Спасибо.

А позади уже подходили остальные эльфы. Четверо мужчин, три девушки — все молодые, все с такими же пепельными волосами, все смотрели на эту сцену с улыбками.

— Это те, кто пошел за мной, — сказал Кэйлем, поднимаясь. — Они тоже хотят новой жизни. Здесь. С людьми.

Лиана смотрела на них, на свой дом, на людей, вышедших из дома, на Мирру, прижимающуюся к Кайрену, на Тома, открывшего рот от удивления.

— Места хватит, — сказала она, улыбаясь сквозь слезы. — Всем хватит.

Солнце поднималось над Вересковым Логом, заливая холмы золотом. Вдалеке, на проталинах, уже пробивалась первая зелень.

Жизнь продолжалась.

И это было только начало.

Эпилог

Весна вступила в свои права окончательно и бесповоротно.

Вересковые холмы покрылись нежной зеленью, и даже руины старого поместья уже не казались такими мрачными — сквозь трещины в камнях пробивались первые цветы, природа брала свое, не спрашивая разрешения у людей.

Строительство кипело с утра до вечера.

Эльфы, пришедшие с Кэйлемом, оказались не только воинами, но и умелыми мастерами. Четверо мужчин — Альдар, Финн, Сирион и Илтан — с первого же дня взялись за топоры так, словно всю жизнь только и делали, что рубили лес для человеческих домов. Три девушки — Айлин, Лориэль и Таэль — помогали женщинам с травами, учили их эльфийским рецептам настоев и с удивлением рассматривали простой быт людей.

— У вас даже бани нет? — спросила как-то Айлин, тоненькая, светловолосая, с огромными голубыми глазами.

— А зачем? — удивился Том.

— Как зачем? Мыться. Париться. Разговаривать.

— Мы в тазу моемся, — пожал плечами Том. — А разговаривать и тут можно.

Айлин посмотрела на него как на диковинного зверька и что-то быстро сказала подругам на эльфийском. Те захихикали, прикрывая рты.

— Что она сказала? — насторожился Том.

— Сказала, что научит вас цивилизации, — перевел Кэйлем с усмешкой. — Готовься, малый. Эльфийки — народ настойчивый.

Через неделю они начали строить баню.

Первая партия травяных настоев была готова к середине весны.

Элира и Лиана колдовали над котлами дни напролет, сушили, смешивали, фасовали в берестяные туески и холщовые мешочки. Мирра рисовала на них забавные картинки — цветочки, листочки, вересковые веточки — чтобы товар выглядел привлекательнее.

— Кто поедет? — спросила Лиана, оглядывая мужчин.

Кэйлем шагнул вперед.

— Я.