Защитник - Ана Хуанг

— Тебе не о чем беспокоиться, потому что я не приму предложение о работе.

Мой взгляд метнулся к её лицу. Что за херня? Она колебалась, но ни разу не дала понять, что собирается покинуть «Блэккасл».

Вторая жилка запульсировала на лбу тренера, когда его тщательно выверенное спокойствие треснуло надвое.

— Ты примешь предложение.

— Нет, не приму.

— Почему нет, черт возьми? — Его голос постепенно поднимался до уровня крика.

— Потому что я не хочу работать в офисе, где постоянно буду жить в твоей тени. Неважно, останется Винсент или уйдёт. Люди всегда найдут повод усомниться во мне. Если я хочу, чтобы меня воспринимали всерьёз, мне придётся уйти из клуба. — Бруклин сидела прямо и гордо, с решительным выражением лица.

У меня завязался желудок. Я так привык видеть её на работе, что не мог поверить в её отсутствие.

«Блэккасл» без Бруклин.

Мне стало немного плохо.

Тренер стиснул зубы.

— А где же ты собираешься работать, если не в клубе? — потребовал он.

— Я разберусь.

— Другими словами, у тебя нет другого предложения, но ты отказываешься от чего-то проверенного.

— Да.

— Чёрт возьми, Брук. Если ты делаешь это, чтобы мне насолить...

— Я не... — Её борьба испарилась, и она вдруг выглядела измученной. — Не всё зависит от тебя, и ты не вмешивался всю мою стажировку. Ты не можешь просто так в последний момент вмешиваться и говорить, что я принимаю неправильное решение. Я отклоняю предложение, нравится тебе это или нет. Завтра я сделаю это официально.

— Ты... я... — пробормотал тренер. Он дышал так тяжело, что я чуть не позвонил в скорую, опасаясь сердечного приступа.

Я прочистил горло.

— При всем уважении, сэр, я думаю, нам всем следует...

— Заткнись, — прорычал он. — Я разберусь с тобой позже.

Нахер меня. Звучало не очень хорошо.

Но, чёрт возьми, я и так был по уши в дерьме. Скажу лишь, что могу высказать своё мнение.

— Вы расстроены, Бруклин расстроена. Эмоции кипят по понятным причинам, но, думаю, нам всем стоит сделать шаг назад, прежде чем мы скажем что-то ещё, о чём потом пожалеем. — Они посмотрели на меня с одинаковым каменным выражением лица. Я благоразумно воздержался от упоминания о том, как они похожи в этот момент. — Я перееду в отель и всё улажу. Мы сохраним это в тайне, и никто никогда не узнает. — Кроме тех, кто и так знает. — После этого мы сможем двигаться дальше. Это не повод для ссор.

Минуты тянулись в мучительном молчании. Никто из них не реагировал на мои предложения, но в конце концов их кипящая враждебность утихла до лёгкого кипения.

— Зачем ты вообще пришёл? — спросила Бруклин отца. Казалось, она изо всех сил старалась говорить ровно.

— Я хотел поговорить о том, почему ты до сих пор не приняла предложение от «Блэккасла». — Тренер взглянул на меня, скривив губы. Я сдержал ещё одну дрожь. Мой совет ему обернулся против меня самым неприятным образом. — Похоже, у меня есть ответ.

Она не ответила.

— Мне скоро нужно идти в клуб. Мы продолжим этот разговор в другой раз, — резко сказал тренер. — Дюбуа, собери всё необходимое и встретимся на улице в десять. Остальные вещи заберёшь позже.

Бруклин снова выпрямилась. На её лице отразилась паника.

Я уставился на него, и от предчувствия у меня всё сжалось внутри.

— Куда мы идём, сэр?

— Мой дом. — В его улыбке не было и тени юмора. — Ты переезжаешь ко мне.

ГЛАВА 19

Вы когда-нибудь переезжали к своему тренеру после того, как 1) он застал вас за совместным проживанием с его дочерью, 2) он и ваша дочь крупно поссорились и 3) он поклялся превратить вашу жизнь в ад по причине номер один?

Не советую. Это не весело.

Честно говоря, тренер не говорил прямо, что собирается пытать меня всеми законными способами. Однако его действия выражали то, что он не стал подтверждать устно.

Обязательные ежедневные поездки на работу вдвоём. Пробежки с ним в пять утра каждое утро, даже по выходным. Изнурительные тренировки и неловкие ужины, где он донимал меня малоизвестными футбольными мелочами.

Я не мог этого доказать, но был убежден, что он подключил к Wi-Fi какую-то футуристическую шпионскую программу, потому что она чудесным образом появлялась каждый раз, когда я отправлял сообщение Бруклин.

Это было похоже на тренировочный лагерь без друзей. Через неделю я был готов вернуться домой и позволить этому злоумышленнику ударить меня ножом.

Хуже того, команда узнала о моих новых жилищных условиях через «утечку» (которую также называли «Тренером») и принялась бесконечно издеваться надо мной. Кроме Ашера, Адиля и Ноа, все думали, что я переехал из отеля в дом Тренера, потому что «нуждался в более комфортной домашней обстановке».

Если бы они руководствовались здравым смыслом, то поняли бы, что это чушь собачья, потому что тренер был таким же комфортным, как радиоактивный еж.

Стивенс: Эй, Кэп, передай привет тренеру от нас, ладно? Теперь, когда вы будете заплетать друг другу косы каждый вечер

Сэмсон: Не будь бесчувственным. У Кэпа не хватит волос для косичек. Вместо этого они будут прижиматься друг к другу на «Лучший пекарь Британии».

Я: Не смей втягивать в это «Лучший пекарь Британии».

Галлахер: Жаль, что Бруклин не живёт с ним. Представляешь, просыпаться и видеть её каждый день? Я бы вообще из дома не выходил. Это были бы соседи по квартире с льготами, понимаешь?

Я: Скажешь ещё хоть слово про Бруклин, и я выбью тебе зубы.

Стивенс: Ооох

Сэмсон: Оооох

Адиль: Оооооооох

Стивенс: Кэп взбесился. У тебя большие проблемы, Джи.

Галлахер: Что за фигня? Как будто вы все не считаете её горячей!

Галлахер: С каких это пор Кэп стал так властен над ней?

Галлахер: Ты в нее влюблен?

Я: Она дочь тренера. Речь идёт об уважении. Вытащи голову из задницы хотя бы на время, чтобы найти что-нибудь

Галлахер: Я чувствую, что меня несправедливо оклеветали за то, что я говорю то, что все остальные боятся сказать.

Я: Посмотрим, почувствуешь ли ты себя несправедливо оклеветанным, когда мой кулак встретится с