Начало - Ана Эм

Фин резко останавливается, вытаращившись на нас. Узнавание приходит постепенно, и его глаза округляются, а взгляд задерживается на мне. Затем смещается на веревку. Волк тут же бросается к нам.

– Ты, придурок, нахрена ты их связал? – Фин принимается судорожно развязывать узлы на моих запястьях, но те слишком крепкие и не поддаются.

Мы с Эви невольно переглядываемся.

«Хм» – все, что слышу от нее.

– Что? – брови Кайла озадачено сходятся на переносице. Эви фыркает рядом со мной. – Но они же ведьмы и опасны.

– Да, но нахрена ты их связал? – глаза Фина быстро проходятся по моему лицу, и он раздосадовано качает головой. – Развяжи их немедленно, пока Эдриан не…

– Что здесь происходит?

Его голос пронзает воздух.

Голос Эдриана.

Мой пульс вдруг подскакивает. А по телу приятной волной проносится рой мурашек.

Фин прикрывает глаза, замерев, и выдыхает, словно смирившись с неизбежным. Затем медленно отходит в сторону и встает рядом с Кайлом.

Я поднимаю голову и замечаю Эдриана на деревянных ступенях особняка в простой белой рубашке и свободных коричневых штанах. Медовые глаза, те, что я так много раз видела во снах, без труда находят мои, и груди касается знакомое тепло. На его лице застывает неподдельное удивление, словно он не мог поверить в то, что я могу быть здесь. Затем взгляд смещается на веревку, и все в нем будто бы разом меняется, темнеет, становится жестче.

«Хм» – раздается у меня в голове с уже более веселыми нотками.

Я игнорирую ее. Все во дворе затихают. Кайл низко опускает голову.

Эдриан стискивает кулаки и прыгает вперед. У меня перехватывает дыхание от того, как его одежда за секунду превращается в лохмотья, разлетевшись в воздухе. А смуглая кожа покрывается мехом цвета белого шоколада. Он с силой опускается на четыре лапы в метре от нас. Я едва не отшатываюсь в сторону, потому что Эдриан оказывается больше тех волков, что нас сопровождали. Он оскаливает зубы на Кайла. А следом запрокидывает голову к небу и издает вой, от которого волосы на руках встают дыбом. Вслед за этим каждый волк вокруг нас начинает оборачиваться. Включая Фина и Кайла.

Мех Фина оказывается шоколадным, как и его волосы. А Шон, как я и думала, был тем черным волком.

Эдриан наступает на Кайла, рыча. Тот низко опускает голову к земле, прижав уши. Он скулит, и мне вдруг становится его жалко. В конце концов, он и правда верит, что мы представляем угрозу.

«Думаю, они могут общаться мысленно» – предполагает Эви. – «И еще я думаю, что то, что говорит им сейчас Эдриан, не для наших ушей»

А Эвива и правда наблюдательна. И мне кажется, она права.

Эдриан выпрямляется и окидывает взглядом каждого, словно отдавая какой-то приказ. Потому что вслед за этим все, кроме Фина склоняют головы. В небе раздается крик, и на нас падает широкая тень. Я вскидываю голову и вижу огромную птицу с черным оперением рассекающую воздух.

– Какого хрена? – тихо произносит Эви.

Птица скрывается где-то за особняком.

«Мне показалось или она была размером с человека?» – находит мой взгляд Эви

«Тебе не показалось»

Та птица и правда была намного крупнее обычных.

Я перевожу взгляд на Эдриана, и наши глаза встречаются. За доли секунды он снова превращается в человека.

Мне с трудом удается не смотреть ниже торса, но жар подступивший к щекам никак не удается скрыть. Я что краснею? Я никогда не краснею. Какого черта?

Самого Эдриана, кажется, нагота нисколько не беспокоит. Выглядит вполне расслабленным, будто в этом нет ничего странного.

– Брат, я правда не знал. – извиняется Кайл. – Прошу прощения.

Эдриан игнорирует его и подходит ко мне.

О, Боги, помогите. От него просто восхитительно пахнет. Что-то древесное с нотками дыма и хвои.

«Значит, этот говнюк – брат Эдриана. Интересно» – говорит Эви, отвлекая меня. Я отрываюсь от широкой смуглой груди и смотрю на Валери, ее руки развязывает Шон. Голый Шон, разумеется.

Эдриан резко дергает за веревку, разорвав ее, и я морщусь.

– Прости. – тихо шепчет он. Его голова низко опущена, а пальцы проходятся по моим красным запястьям. От этого легкого прикосновения кожу начинает покалывать. Я резко вдыхаю, пропуская через легкие древесный запах хвои. Его запах. Черт возьми, Эдриан пахнет хвойным лесом.

Приди в себя, Камилла.

Он разворачивает мои руки ладонями вверх и напрягается, увидев засохшую кровь и ссадины.

– Это ты сделал? – рычит волк, резко вскинув голову в сторону Кайла. Тот как раз натягивает штаны и тут же отрицательно качает головой.

– Нет, это был не я. Правда. – не нужно быть эмпатом, чтобы почувствовать его искреннее сожаление.

Медовые глаза Эдриана скользят выше, он выпускает мои руки. Не знаю, что именно видит на моем лице, но вдруг стискивает челюсти и тянется пальцами к моей щеке. Дыхание предательски перехватывает. Его ладонь останавливается в миллиметре от моей кожи и сжимается в кулак.

– А это тоже не ты?

Молчание.

Только сейчас я вспоминаю тот удар по лицу. Эдриан делает шаг в сторону брата, но я инстинктивно загораживаю Кайла собой, вставая между ними.

«Что ты творишь?» – пытается одернуть меня Эви. – «Пусть побьет этого сопляка»

– Нет. – вырывается из меня. – Это был не он. Я…я упала.

Не знаю, что именно мной двигает. Но я действительно вижу в Кайле лишь ребенка, который пытался сделать что-то хорошее. Без понятия, почему многие волки здесь так нас ненавидят, но мне вполне понятен порыв защитить свою территорию. Это и делал Кайл. Защищал свою семью. Пусть и не совсем вежливым способом.

Эдриан изумленно смотрит на меня, и не сводя с меня глаз, говорит:

– Шон?

Волк окончательно избавляется от веревки на руках Эви и подходит к нам все с тем же скучающим видом. Я впиваюсь в него умоляющим взглядом. И уголки его губ слегка дергаются вверх.

– Она сказала, что отрежет Кайлу яйца, если тот прикоснется к ее сестре.

Фин присвистывает, а я складываю руки на груди. Совсем не это я хотела от него услышать.

– Нет, не так. Она сказала что-то вроде: «Я отрежу тебе яйца. Даже моргнуть не успеешь»

Я подавляю стон. Это была не вся правда. Но больше он ничего не сказал.

– И это мы то дикие. – усмехается Фин.

Эдриан склоняет голову набок, пристально изучая меня.

– Ты бы правда отрезала моему брату яйца? – интересуется он с неприкрытым весельем.

Я сглатываю. Мои мысли вдруг разом разбегаются под его игривым взглядом, однако мне удается произнести членораздельное предложение.

– Если бы пришлось, то да.