Бывший. Люблю сильнее, чем раньше - Ева Мир

— Мы останемся, — уверенно сказала я.

— Уверена? — уточнил он.

— Да.

Я сглотнула.

Эта женщина изначально всё знала, она могла бы сделать мою жизнь гораздо более счастливой. Но не сделала.

Артём сжимал мою ладонь.

— Я знал, что это будет сложный вечер, но чтобы так…

В гостинную вошла мама Артёма. Надежда Викторовна. Она держала Вадюшу за руку и что-то ему говорила о том, что сейчас мы будем есть, а потом он пойдёт играть в комнате, которую они с дедом специально сделали для него.

Вадюша, казалось, был счастлив.

— А что будем есть? А компотик будет?

— Нет, компотик делают в садике, а у бабушки дома всё ещё вкуснее, — ответила она.

Теперь уже я сжимала руку Артёма.

Она всё решила за нас. Подобралась к моему сыну. Устроила моему… Артёму какую-то лохудру-племянницу подруги.

И всё ради чего?

В комнату вошли отец Артёма и Джессика.

На лице последней не было злорадной улыбки, но она читалась в прищуре её глаз.

— Почему? — спросила я громко и уверенно, смотря на Надежду Викторовну.

Она взглянула на меня, словно впервые заметив.

— Что же будешь устраивать истерики и даже сына сначала не покормишь? — спросила она.

— Мама! — гаркнул на неё Артём. — Выбирай выражения. Когда мы вчера с тобой беседовали, ты, если помнишь, клятвенно обещала, что будешь доброжелательной!

— Где уж тут быть доброжелательной? — спросила она. — Сразу при детях говорить будем?

Да, Вадюше действительно не стоило слушать, как мы выясняем отношения.

— Ну хорошо, — выпалила свекровь. — Чего вы хотите знать? Почему я позволила своему сыну добиться его мечты? Почему не дала какой-то… кхм

— Ну всё, достаточно, — сказал Артём.

— Я вам обоим жизнь устроила, а вы ещё жаловаться будете? — гневно бросила она.

— О чём это вы? — спросила я, нахмурившись.

Глава 46 Благие намерения

Мы стояли в гостиной, напряжение висело в воздухе. Артём сжимал мою ладонь, его лицо было твёрдым, как камень. Надежда Викторовна смотрела на нас с каким-то непонятным вызовом, а Вадюша, казалось, единственный не замечал этого напряжения. Он был поглощён игрой с игрушками, которые нашёл в комнате.

— О чём это вы? — повторила я, глядя в глаза свекрови.

— О том, как я помогла своему сыну стать тем, кем он является сегодня, — резко ответила она. — О том, как я поддержала его мечту и помогла ему добиться успехов, которыми он теперь может гордиться.

— И для этого ты должна была манипулировать нашими жизнями? — Артём не поднял голоса, но его речь стала угрожающей.

— Манипулировать? — Надежда Викторовна улыбнулась. — Я просто направляла вас. Всё, что я делала, было ради вашего же счастья.

— Ради НАШЕГО счастья? — он всё-таки повысил голос. — А где здесь счастье моего сына?

— Я следила за развитием твоего сына! — перебила женщина. — Он ни в чём не нуждался!

Я как-то истерично хохотнула и присела на стульчик.

Ну конечно. Мы ни в чём не нуждались. Ей же виднее…

— Что для вас “семья”, Надежда Викторовна? — спросила я, и все взрослые в комнате посмотрели на меня. — Для меня семья — это доверие, поддержка и любовь. А для вас?

— Доверие? Правда? — её лицо исказилось в усмешке. — Вы живёте в мире иллюзий, девочка. В реальной жизни приходится идти на жертвы.

— На свои жертвы я хочу идти сам и добровольно, — Артём шагнул вперёд, заслоняя меня собой. — Ты итак потеряла моё доверие, мама. Но вместо того, чтобы извинится, продолжаешь гнуть свою линию и недоговаривать.

Лицо Надежды Викторовны стало серьёзным.

— Хорошо, — сказала она, тяжело вздохнув. — Я вижу, что дальше спорить бессмысленно. Но запомните, я всегда хотела для вас только лучшего.

Они переглянулись с Джессикой. Та молчала, но её хитрые глаза говорили о том, что она полностью на стороне Надежды Викторовны. Конечно, с руки этой женщины она вообще оказалась рядом с Артёмом.

Я вдруг почувствовала себя чужой в этом доме, но когда Артём сжал мою руку, я поняла, что не одна.

— Этого недостаточно, — сказал он.

— Я уже извинилась перед тобой лично, когда мы были наедине, неужели надо выносить сор из избы? — гневно спросила она.

— Аня — моя семья, мам, — непонимающе нахмурился он. — Я думал, мы это выяснили, когда разговаривали с тобой наедине и лично.

Надежду Викторовну аж передёрнуло от этого заявления.

Она многозначительно хмыкнула.

— Теперь придётся говорить открыто и при всех. Ты не имела никакого права скрывать от меня информацию об Ане и препятствовать тому, чтобы мы связались друг с другом, — спокойно сказал Артём. — И если ты не изменишь своего отношения к матери моего сына прямо сейчас, нам придётся временно взять паузу в отношениях.

Надежда Викторовна всплеснула руками.

— Ну ещё из-за твоих женщин мы не ругались! — сказала она.

Я нервно выдохнула. О нет, эта встреча не закончится хорошо.

Влезать в их разговор не было никакого смысла. Это мать Артёма. Не моя… Она всю жизнь думала, что контролирует сына, а теперь чувствует, что её власти пришёл конец.

Её можно было только пожалеть, но меня так и подмывало высказать всё, что было на сердце.

— Приношу глубочайшие извинения, Аня, — саркастично произнесла она, смотря мне прямо в глаза. — Надеюсь, вы получите всё, что так хотите получить от Артёма. А он обожжётся и на вашем примере поймёт, что некоторые женщины не достойны того, чтобы предавать ради них собственные мечты.

— Мы уходим, — резко бросил Артём.

Я встала и присела к Вадюше, чтобы объяснить, что нам пора уходить.

— Я же извинилась! Чего ещё ты от меня хочешь! — услышала я у себя за спиной.

— Издеваешься, мам? — спросил он. — Чтобы ты знала, Аня станет моей женой, и мы подпишем брачный контракт, по которому все деньги, которые я заработал за это время, станут её. На правах жены и матери моих детей.

Сидя на корточках перед сыном я усмехнулась уверенности Артёма. Жаль я не видела лица Надежды Викторовны.

— Она беременна?!

— Пока нет, но не сомневайся, я над этим поработаю.

Вот наглец!

— Не груби матери, — вмешался отец Артёма.

Странно, что он так долго молчал, и вмешался именно в этот момент. Видимо, не хочет занимать сторону, пытается сохранить отношения и с женой, и с сыном.

Жаль, что порой это невозможно.

Я тихонько объяснила Вадюше, что взрослые не нашли общий язык и теперь мы поужинаем дома, а не в гостях.

Он, понимая, что что-то происходит, не стал вредничать. Как же мне повезло, ещё и истерики сына я бы не выдержала!..

Мы с Вадюшей стали отходить к коридору, пока Артём ругался