Бывший. Люблю сильнее, чем раньше - Ева Мир

Путь мне перегородила Джесс.

— Он будет мой, — сказала она на ломаном русском.

— Ага, — кивнула я и грубо отодвинула её с прохода.

Она громко ахнула, привлекая к нам внимание. Мол какая я негодяйка, толкаюсь.

Артём отвернулся от родителей и тут же накинулся на неё. Длинная тирада на английском, из которой я не поняла и половины слов, повергла девушку в шок.

Кажется, Артём не был с ней мягок. Она даже побелела от нервов. Видимо, очень рассчитывала на те самые миллионы, которые Артём приписал мне. Будто я соглашусь стать его женой…

Ещё несколько секунд гневной тирады на английском, а потом меня обняла его большая рука.

Он повернулся к гостиной и обратился сразу ко всем.

— Я привёл в свой отчий дом женщину, которую люблю, и ожидал, что вы отнесётесь к ней, как к собственной дочери!

Надежда Викторовна фыркнула.

— Ты, отец, решил позволить матери творить, что она хочет. Ты, мама, просто слетела с катушек и потеряла ориентиры, что хорошо, а что плохо…

— А ты, сын… — перебила она, но не смогла договорить, потому что Артём гаркнул на неё так, что я сама чуть дёрнулась.

— Ты пыталась мной манипулировать! Сначала не давала найти Аню, потом активно подкладывала ко мне в койку Джес. “Помоги ей, она в трудной ситуации”, “возьми её на работу, прошу тебя, как мама”! И всё это время преспокойно нянчилась с моим сыном!

Я поддерживающе сжала его руку.

Он словно очнулся.

— Если захотите наладить отношения — звоните.

С этим он развернулся и подтолкнул нас с Вадюшей к двери.

Чёрт… не так я представляла эту встречу. Не так…

Глава 47 Нет выбора

Мы бы долго молчали и переваривали случившееся, я бы думала о своей бабе Тосе, о маме, о том, что вообще такое семья. Артём бы… я не знаю, что вертелось у него в голове.

Но родителям маленького любознательного мальчика недоступна такая роскошь как тишина.

— Надежда Виторна меня не любит? — спросил Вадюша, когда мы выехали из двора.

— Нет, — повернулась я. — Она очень тебя любит. Это я ей не понравилась, малыш.

Он нахмурился.

— Тебя не любит?

Я улыбнулась.

— Да. И это нормально, каждый может иметь своё мнение на счёт других людей. Что ненормально, так это приглашать на ужин и устраивать такой скандал. Это уже неправильно. Разве так можно с гостями?

— Нет, — сказал сын. — Так нельзя! И ругаться так тоже нельзя.

— Простите меня, семья, что я допустил этот вечер, — произнёс Артём. — Я правда думал, что она угомонилась.

Я снова сжала его руку.

— Ничего, но если ты не возражаешь, я пока больше не хочу общаться с ними… Надо теперь что-то решить с садиком, — ответила я.

— У меня есть идея, вообще-то я думал об этом с самого начала. Не знаю, как ты к этому отнесёшься, но мне бы очень хотелось, чтобы мы поехали путешествовать.

— А моя работа? А тренировки у Вадюши? — как-то растерянно спросила я.

Артём улыбнулся.

— Ань, ему пять лет. Пропустит пару месяцев, ничего страшного, нагоним потом. А с твоей работой. Я уже давно сказал Ксене, что заберу тебя. Она подыскивает нового психолога.

— Что? — спросила я.

Артём вдруг свернул на парковку у набережной.

За окном уже стояли густые сумерки. Вся набережная светилась фонариками.

— Давайте немного прогуляемся, — сказал Артём и вышел из машины под радостные визги Вадюши.

Слишком много для одного дня.

Я почувствовала, что он хочет сказать что-то важное. И от этого меня охватило волнение, которое только начало успокаиваться.

Он открыл мне дверь, я тоже вышла из машины, и мы медленно побрели по вымощенной камнем дорожке.

— Ты в порядке? — тихо спросил он, когда мы остановились у фонтана.

— Да, — ответила я, глубоко вздохнув. — Просто немного ошеломлена всем этим.

— Мне было необходимо через это пройти, чтобы всё окончательно для себя понять. Видишь ли, твоё появление вывело мою мать из равновесия. Со мной она вела себя совсем по-другому, — сказал он устало. — Но мне всё равно очень жаль, что ей не хватило мудрости перешагнуть через свою гордыню.

Я понимала его. Очень хорошо его понимала. Но мне было обидно и за себя.

— Надо было сказать мне заранее. Почему ты не подготовил меня?

— Она попросила меня, сказала, что поговорит с тобой сама, — ответил Артём. — Но поверь, я не совершу эту ошибку снова. Больше никто в этом мире не сможет помешать мне построить с тобой семью.

— Ты уверен? — я посмотрела ему в глаза.

— Абсолютно, даже ты сама, — он улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать меня.

Я увернулась.

— Так что на счёт Джесс? — нахмурилась я.

— Всё, как я говорил раньше, Ань, ничего не изменилось. Года два назад мать попросила помочь племяннице её знакомой, которая оказалась в Нью Йорке. Я привёз её к себе и позволил пожить, пока она не найдёт подходящее место. Но в Нью-Йорке тяжело с жильём, так что она задержалась.

— И вы… ну…

— Да, было пару раз, — просто ответил он. — Но я сразу говорил ей, что мне никто на постоянной основе не нужен. У меня знаешь ли, не отболело от одной красивой чемпионки.

— Может быть, она влюбилась в тебя? — спросила я.

Артём хохотнул.

— Сразу видно, ты не знаешь Джесс, — сказал он с улыбкой. — Поверь, она прекрасно понимала на что шла. Мы отлично сдружились. В итоге она стала разгребать писанину для моего менеджера, вести домашние дела, организовывать отпуск и мы вроде как и сработались.

Видимо, только он подружился…

— Когда мы приехали сюда, она вдруг решила устроить каминг аут и признаться в любви. Но если честно, я вообще не понял, откуда у неё взялись все эти великие чувства, о которых она говорит.

— Если она была в сговоре с твоей матерью… — сказала я.

— То поводов ей доверять ещё меньше.

Я вздохнула.

— И мы вообще-то заселились в отеле, когда приехали. В разные номера. Я не знаю, в какой момент, она съехала к моей матери, — добавил Артём. — Когда она позвонила, а ты взяла трубку, я поехал и ещё раз обозначил наши отношения в качестве профессиональных. Только профессиональных. Пригрозил, что если она станет нарушать субординацию и дальше, мне придётся заменить ассистентку.

— И что же она ответила на это? — спросила я, чуть приподняв брови.

— Что жить без меня не может, и что не нужна ей моя зарплата.

Ну конечно, какая там зарплата, когда можно было бы устроиться на правах девушки.

— Ясно, — вздохнула я.

Артём развернул