Чума для принца - Алиса Пачино

Внутри меня кричала сестра. Кричала от боли, от ярости, от отчаяния.

«Убей его!» — кричала она. «Убей его за то, что он сделал!»

— Я убью, — сказала я вслух.

Я встала.

Пепел стряхнулся с моего платья.

— Корвус, — сказала я. — Ты убил их. Ты убил моих друзей. Мою семью.

— Они были никем, — ответил он. — Пешками. Инструментами. Ничего не значат.

— Для тебя — никем, — я шагнула вперёд. — Для меня — всем.

Серебряный свет вырвался из моей груди.

Но не один. Вместе с ним — чёрный, как ночное небо. Свет Хаоса. Свет моей сестры.

Они сплелись, закружились, ударили в Корвуса.

Он засмеялся.

— Ты думаешь, это остановит меня? Я создал вас. Я могу уничтожить вас.

— Попробуй, — сказала я.

И мы сразились.

Битва длилась вечность.

Свет и тьма сталкивались, разрывая реальность. Гости разбежались, старейшины пытались помочь, но их магия была слишком слабой.

Ксавьер сражался рядом со мной, его тени клубились вокруг, защищая от ударов.

Лиана — в человеческом обличье — билась как воин, которым когда-то была.

Северин держал портал, чтобы Корвус не сбежал.

Но Корвус был сильнее.

Он сбил меня с ног, прижал к земле, его рука сжала моё горло.

— Ты проиграла, дочь, — сказал он. — Как и твоя сестра. Как и все, кого ты любила.

— Я не проиграла, — прошептала я. — Я только начала.

Я закрыла глаза.

«Сестра, помоги мне»

«Всегда»

Внутри меня что-то разорвалось.

Я выпустила её.

Не в мир — в себя.

Мы стали одним целым. Не двумя половинами. Не двумя душами. Одним существом, которое помнило всё.

Я открыла глаза.

Мои глаза горели — один серебряным, другой чёрным.

— Ты — не мой отец, — сказала я. — Ты — паразит, который питался нами тысячи лет. Но больше нет.

Я подняла руку.

Свет и тьма ударили вместе, разрывая Корвуса на части.

Он закричал.

— Этого не может быть! Я бессмертен!

— Никто не бессмертен, — ответила я. — Даже я.

Корвус рассыпался в прах.

Как Ника и Драко.

Как все, кого он убил.

Тишина.

Я стояла на коленях в центре разрушенного зала, и пепел падал на меня с неба.

— Алиса, — Ксавьер подошёл ко мне. — Ты сделала это.

— Слишком поздно, — прошептала я. — Они не вернутся.

— Я знаю, — он обнял меня. — Но мы будем помнить. Всегда.

Мы стояли среди пепла и слёз.

И мир был чёрным и холодным.

Но мы были живы.

А это значило, что мы могли идти дальше.

Глава 38

Глава 38. Пепел и надежда

Похороны прошли на рассвете.

Небо было серым, низким, давящим. Снег падал крупными хлопьями, укрывая два гроба — простых, деревянных, без украшений. Ника и Драко не любили пышности. Они любили простоту. И тишину.

Я стояла у края могилы, сжимая в руках горсть земли. Ксавьер — рядом, его рука на моём плече. Лиана — чуть поодаль, с красными от слёз глазами. Северин — в тени дерева, молчаливый и бледный. Старейшины, студенты, те, кто знал Нику и Драко — все пришли проститься.

— Мы собрались здесь, чтобы проводить двух душ, — сказал главный старейшина. — Двух душ, которые прошли через тьму и нашли свет. Двух душ, которые любили друг друга так сильно, что смерть не смогла их разлучить.

— Они умерли вместе, — прошептала я. — В один миг. Держась за руки.

— Это не утешение, — сказала Лиана.

— Это всё, что у нас есть, — ответила я.

Я шагнула вперёд.

— Ника, — сказала я, глядя на гроб. — Ты была моим врагом. Ты была моей подругой. Ты была моей семьёй. Ты научила меня, что даже из самой глубокой тьмы можно выйти к свету. Ты научила меня, что второй шанс — это не подарок, а выбор. Ты выбрала. И ты заслужила счастье.

Я перевела взгляд на второй гроб.

— Драко, — голос дрогнул. — Ты был рабом. Ты был свободным. Ты был моим врагом. Ты был моим другом. Ты научил меня, что даже тот, кто потерял всё, может найти любовь. Ты нашёл. И вы заслужили друг друга.

Я бросила горсть земли на гробы.

— Спите спокойно, — сказала я. — Мы будем помнить. Всегда.

Гроб опустили в землю.

Люди разошлись.

Я осталась стоять у могилы, смотреть на свежие холмики и не верить, что их больше нет.

— Алиса, — Ксавьер подошёл сзади, обнял. — Нам пора.

— Я не могу их оставить.

— Ты не оставляешь, — он поцеловал меня в макушку. — Ты берёшь их с собой. В сердце. В память. В каждый свой шаг.

— А если я забуду?

— Не забудешь, — сказал он. — Я напомню.

Мы пошли прочь.

Снег заметал следы.

Через три дня после похорон я решила отпустить сестру.

Мы стояли на той самой поляне, где Ксавьер купил дом. Снег растаял, появилась первая трава — зелёная, яркая, живая. Весна пришла в этот мир. И смерть отступила.

— Ты готова? — спросила сестра. Она была рядом — невидимая, но ощутимая. Её голос звучал внутри меня, тёплый и спокойный.

— Нет, — ответила я. — Но это не важно.

— Что я должна сделать?

— Закрыть глаза и довериться мне.

Я закрыла глаза.

Серебряный свет вырвался из моей груди — и вместе с ним чёрный. Они сплелись, закружились, запели. И из этого танца родилась она.

Моя сестра.

В новом теле.

Она была высокой, стройной, с длинными белыми волосами и глазами, которые меняли цвет — от серебряного до чёрного, от чёрного до синего, как ночное небо. На лбу горел знак — три луны, пересекающиеся в центре. Как у меня. Как у Лианы.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я.

— Живой, — ответила она. — Впервые за тысячи лет.

— У тебя есть имя?

— Было, — она задумалась. — Но я хочу новое. То, которое выберу сама.

— Какое?

— Элиан, — сказала она. — Оно означает «та, кто вернулась».

— Красивое имя, — сказала Лиана, подходя ближе. — Добро пожаловать домой, сестра.

— Спасибо, — Элиан