Бандит. Цена любви - Дарья Словник

Мое место рядом с ним. С Борисом.

— Ну, что, маленькая, испугалась? — его голос рокотом отзывается в его груди и я прекрасно его слышу, прижавшись к ней ухом.

— Да, это было безумие. Ты бы слышал, что он нес!

— Что?

Я слышу тихие шаги и едва оборачиваюсь. Михалыч подошел.

— Сначала были обычные угрозы. Потом увидел Розу… — тихо поясняет он.

Борис едва дергается, оборачивается, смотрит в зал.

— Она в порядке?

— Да, да, все хорошо… Просто Кир… Слушай, он не в себе. Я давно его не видел, но… Он был другим, Борь. Ты уверен, что он ничего не употребляет?

— Да. Он чист. Ему претят любые зависимости. Он их презирает.

— Тогда он просто чокнутый. Он достал пистолет и хотел пристрелить Розу.

— Чего?

— Ну, это была вишенка на торте. А до этого просил передать тебе, чтобы ты выбирал. Или семья, или девчонка. Ну, по классике, в общем-то.

— Борь, он сказал, что если я не объявлюсь, то он моих подруг заберет, Борь! — вклиниваюсь в их разговор, вспомнив страшные слова. — И что даже Гришу заберет!

— Что, волнуешься за этого говнюка?

— Нет, Боря! — я вспыхиваю. — При чем здесь… Хоть он и говнюк, но это не значит, что он заслуживает смерти или… Или… — я не знаю даже, что может ожидать Гришу в борделях Кира. — И девчонки тоже ни при чем! Тем более они! Я должна прийти к нему! Чтоб он успокоился и…

— Стоп! Софья, на этом ты завершаешь свои панические мысли.

— Но он же…

— Знаешь, я думаю, что Кир мог это специально сказать, — внес свои размышления Михалыч. — Для тебя, Софь. Он нашел сумку и догадался, что ты где-то в доме и вот так решил навести шумихи. Панику развел.

— Нет, — отрезает Борис, продолжая держать меня в объятиях. Его крепкая ладонь начала успокаивающе гладить меня по лопаткам. — Если б он понял, что Софья здесь, он не стал бы играть в эти детские игры. Он бы просто ее забрал, а тебя бы убил. Вот и все. Не придумывайте ерунды.

— Но тогда, получается, он правда может навредить Диане и Крис⁈ — я чувствую, как у меня внутри все начинает гореть он напряжения и страха. Меня сейчас стошнит!

— Может. Это же Кир.

— Боже…

— Тихо. Спокойно. Я направлю кого-нибудь, чтоб их проверили.

— А ты достаточно доверяешь своим людям? Как-то же он нас нашел.

Вопрос Михалыча повисает в тишине.

— Блять.

В итоге, Борис поехал сам. Он не смог с уверенностью в сто процентов сказать, что доверяет своим людям. И ему не оставалось ничего, кроме как сорваться самому, пока мы собирали Розу Викторовну в путь. Нам нужно было уезжать из этого дома, но просто так с бухты-барахты это сделать бы не вышло.

Как только Борис уехал, я тут же переоделась в более приемлемый вид для дороги. Джинсы, толстовка, кеды. Михалыч принялся собирать вещи Розы Викторовны.

Лекарства, одежда, капельница, утка… Еще нужно было обзвонить персонал, что приходил в этот дом, чтобы сказать, чтобы больше они сюда не приходили.

За такой деловой суетой моя тревога несколько снизилась, и я немного успокоилась.

Мы с Михалычем укутывали Розу Викторовну в теплый плед и пальто, чтобы она не замерзла на улице, когда входная дверь открылась.

— Ты так быстро? — я подскочила с улыбкой на лице, но тут же пожалела об этом.

— Да, не хотел заставлять тебя ждать, Софи, — ласково улыбнулся Кир, склоняя голову к плечу.

От этой улыбки меня прошиб озноб, а дыханье перехватило.

Глава 38

— Да, не хотел заставлять тебя ждать, Софи.

Боковым зрением я увидела, как резко выпрямился Михалыч, перестав поправлять плед на коленях Розы Викторовны.

Кир прошел вперед, за ним следом зашли двое рослых парней. Оба здоровенные, бритые. Только левый с рыжей бородой, а правый гладко выбрит. Поэтому на яйцо похож.

На лицах выражение такое, что становится ясно — договориться не получится. Да и оружие в руках говорит об этом же. На секунду все мы замираем. Только глазами друг в друга стреляем. Да я слышу, как учащается мое сердцебиение.

Боже, я так скоро инфаркт заработаю и рядом с Розой Викторовной сяду!

— Кир, не делай глупостей, — поднимает руку Михалыч, а вторую заводит за спину. Тянется к пистолету, что спрятан за ремнем.

— Я никогда их не делал. А вот ты, если не замрешь сейчас же, сделаешь свою последнюю. Пистолет сюда и не шевелись, если шкура дорога.

Я сглатываю вязкую слюну, кошусь на Михалыча. Он на меня и не смотрит. Но уже куда открыто тянется к пистолету и разочарованно его отбрасывает к ногам Кира.

— Умничка, — улыбается Кир, кивает, моргает нам глазами одобрительно. — Ребят, девку в тачку.

Дальше все как в замедленной съемке.

Бугаи стремительно идут ко мне. Я испугано пячусь назад. Хотя, казалось бы, куда⁈

Михалыч меня заслоняет. Отталкивает руки бородатого. Я едва замечаю, как он разоружает его! А Михалыч то не так прост! Я от него совершенно не ожидала такой прыти!

Да только меня все равно хватает второй, гладковыбритый. Руки больно скрутил.

Я его пинаю, а он меня поперек талии схватил и в воздух поднял!

У меня случается короткое дежавю, вот только он не закидывает меня на плечо! Просто волоком тащит перед собой вперед.

Я уже не ору, не умоляю отпустить. Понимаю, что бесполезно.

Принимаюсь брыкаться. Ноги то свободные!

Когда он проходит мимо камина, я упираюсь ногой в него и резко отталкиваюсь. Со всей силы, какая была во мне. А зубами ему в руку!

— А, сука!

Он теряет равновесие. Запинается за ковер.

С грохотом мы падаем прямо перед Розой Викторовной! У меня комната крутанулась перед глазами. Воздух вышибло из легких.

— Да что вы с ними возитесь, чтоб вас! Давайте реще! — слышу раздраженный голос Кира на заднем фоне. Но мне не до него.

Я продолжаю брыкаться что есть мочи. Заезжаю этому амбалу ногой по коленям, локтями пихаюсь. Судя по собственным ощущениям, ему тоже больно! Я явно попадаю ему куда-то!

— Слыш, Тимур, ты реально с бабой совладать не можешь! Я вам за что плачу⁈

— Да она кусается блять! — орет гладковыбритый Тимур.

— Карим, да какого…!

Мне прилетает по ребрам! Очень больно! Ничего не понимаю! Едва хватает сил, чтобы вдохнуть и разогнуться.

— Карим!

— Нет!

— Да ебать!

— Сука, да еб…!

Я вздрагиваю от жуткого грохота.

Бах, бах, бах! Выстрелы!

Меня выпускают из хватки.

Снова выстрелы!

БАХ!

Сжимаюсь в комок на