Близнецы от бывшего мужа. Душа на разрыв - Виктория Вишневская

Да, и мне хочется провести время с семьёй.

— Не знаю, — прикрываю глаза. — Возможно, надолго.

На неделю, месяц или пару… А может, и вообще вернуться обратно?

В тот город я бежала от Демьяна. От мыслей о нём. А сейчас… Он там, везде. Даже мой медицинский детский центр напоминает теперь о нём. Без меня бизнес не пропадёт — найму ещё работников. А тут… Займусь материнством, детьми.

— О-о-о, отличная новость!

— Какая новость? — появляется Глеб из ниоткуда с банкой огурцов в руках. Домашние закрутки…

Вот это моего брата-миллиардера жизнь развернула. У него жена закрутку делает! Да когда подобное было в его доме?!

От этого счастье распирает изнутри. Радость за брата берёт своё, и я готова разрыдаться. Ему очень идёт семейная жизнь.

— Что ты меня скоро обрадуешь замужеством? — смотрит на меня Глеб.

— Сплюнь! — бью его по плечу.

— Ай, — выпаливает от неожиданности. — Астра, звёздочка моя, меня тётя твоя бьёт.

Моя лапочка отрывается от игр с мальчишками и, запыхавшись, говорит:

— Папа, низя обижать тётю, — грозит пальчиком. И обращается ко мне: — Тётя, низя бить папу.

— Моё ты солнышко, — умиляюсь от этой защитницы. — Нейтралитет маленький.

Мы дружно смеёмся.

И среди этого смеха я слышу радостный возглас Саши.

— Папа!

— Ого, — брат приходит в изумление. — Заговорил? Серьёзно?

— Сегодня, — хвалюсь. — В самолёте. На руках у Де…

Осекаюсь. Лучше не говорить об этом Глебу.

— Деда Мороза, — спохватившись, нагло вру. — Там был на борту один.

Брат хмурится, явно сомневаясь в моих словах.

— А чего «папа» тогда сказал?

Пожимаю плечами.

— Кто его знает? Ты вообще чего пришёл? Ставь банку огурцов и иди, не мешайся! Лучше займи детей, пока мы тут готовим.

Отодвигаю брата от стола. И не могу передать словами, насколько хорошо себя чувствую сейчас.

И всё же я дома…

— Ма, я касивый? — Костя крутится, демонстрируя свой новогодний наряд.

— Конечно, красивый, — поправляю красный галстучек. — Нам же эти костюмы Марина сшила.

— Как и моё платье? — спрашивает Астра, не отрывая взгляда от переливающегося пудрового цвета платья. Воздушное до одури. Сама бы такое надела — если бы влезла.

— Да-а-а, — тяну и не могу насмотреться на эту красоту.

Подруга в подарок подогнала мне три наряда для мальчишек, отличающиеся только цветом галстуков и платочков. А для Астры красивое платье.

Вот сейчас мы переодели крошек, перед тем как встречать Новый год.

Когда он там уже наступит? Мы уже все устали!

С самого утра режем салаты, потом наряжали ёлку, которую малышня чуть не уронила, а теперь ещё и прихорашиваемся. Потому что надо сделать семейное фото!

— Вставайте уже, — торопит нас мама, махнув нетерпеливо телефоном. Мы все бежим к ёлке, расставляем в первую очередь детей. Мальчишек вперёд, Астру рядышком с ними, чтобы было видно платье на фотографии. За ними в центре Глеб, а мы с Любой по бокам.

Мама всё-таки приехала встречать с нами Новый год. И предложила сделать первое фото нам, а потом всем вместе.

Встаём красиво.

— Звезду криво нацепили, — качает головой родительница. — Глеб, поправь.

Огромная ёлка — почти такого же роста, как и брат. Как он дотянется, не свалив её? Нам стул пришлось брать. Вряд ли мы сейчас на каблуках и в платьях наверх полезем.

— Пап, пап, тавай я! — просит Август и тянется к отцу на руки. Улыбнувшись, Глеб сажает его на плечи, и малыш поправляет звёздочку крохотной ладошкой. — Ба, тяк?

— Да-да, всё отлично, — показывает палец вверх.

Опять всё встаём по местам, делаем несколько кадров. Затем к нам прибегает мама, садится к малышне на корточки в своём белом костюме.

Закончив, все с облегчением выдыхаем.

Внезапно Сашенька хватает меня за край длинного чёрного платья и с грустью спрашивает:

— А папа?

Слёзы наворачиваются на глаза от этого взгляда.

Вижу от брата вопрос в виде изогнутой брови. Чёрт, это невозможно объяснить…

Присаживаюсь на корточки.

— Медвежонок мой, как бы тебе объяснить…

До нового года десять минут, а я сижу перед сыном и не знаю, что сказать.

Опять.

— Он не придёт.

Не это говорят и без того расстроенным детям.

Чувствую себя отвратительной матерью, но зачем лгать? Ему надо привыкать, что Демьяна не будет в нашей жизни. И Саша быстро его забудет. Просто после вчерашнего перелёта он на эмоциях.

— Потему? — говорит второе слово. Так чётко, будто это не он молчал все это время, а где-то болтал втайне от меня.

— Он…

Мой телефон начинает звенеть. И я, используя это как повод, быстро встаю, суетливо хватаю телефон с тумбочки и, пока все отвлеклись, отвечаю, не глядя на экран.

Родственник поздравляет с наступающим. Машинально произношу ответное поздравление и возвращаюсь к столу, где Саша уже играет с братом.

Малыши с воодушевлением ждут праздника, чтобы открыть подарки, которые принёс им Дед Мороз под ёлку. Астра только закатила глаза на эту фразу.

Да она скептик, как и брат!

Наконец бьют куранты. Достаю заранее написанное на листочке желание.

Оно у меня одно. Чтобы дети не болели.

Его я загадываю каждый год. Но сегодня… Я делаю то, о чём никогда не думала.

«Желаю, чтобы у малышей появился отец».

Поджигаю бумажку, с нетерпением смотрю за тем, как она тлеет.

— Девять раз уже пробило! — истерично вопит мама.

Кидаю пепел в шампанское и, скривившись, выпиваю всё до дна.

Успела!

— А ты? — спрашиваю у Любы, зажав рот. Пузырьки от шампанского ударяют прямо в нос. — Не будешь загадывать? Ты ведь каждый год писала.

— А моё уже исполнилось, — тихонечко смеётся, поглаживая плоский живот. — Больше нет.

— Ты серьёзно? — хлопаю в удивлении ресницами.

— Я это не контролирую! Всё муж!

— Кролики! — шучу под вой детей и хлопушки от Глеба. Хорошо, что он не слышал и был занят своим делом.

Вот и Новый год…

Говорят, как его встретишь, так и проведёшь. И я буду только рада собираться вот так вместе каждую неделю. Дома хорошо…

Достаю телефон и решительно отменяю билеты, которые купила на самолёт обратно до Питера. Если передумаю — куплю в любой момент.

Вместе с этим телефон вибрирует.

Звонок…

«Демьян».

Э-э-э, решил поздравить?

Отвечаю, не зная, как реагировать.

— Надо встретиться, — выпаливает Ярцев вместо поздравлений.

Дежавю какое-то. Я звонила ему так же, требуя о встрече.

— Когда?

— Сейчас.

— Нет, — отказываю. — Как ты себе это представляешь?

Пробок нет, но я никуда не поеду!

— Выходи, я у твоего дома.

Рефлекторно встаю, смотрю в окно. Вижу только высокий забор и ворота.

Он до сих пор помнит, где живёт мой брат? И даже забрался