Книжный бойфренд - Дана Джей

Боже, пожалуйста, пусть это закончится!

Кровь повсюду — я не могу оторвать от нее взгляд! Это не может быть реальностью, этого не должно происходить на самом деле!

— В своей книге ты пишешь, — начинает он, — что он страдает, а Эмили получает удовольствие, когда Каспар начинает его резать. Сначала поверхностно, потом сильнее. В процессе ты описываешь их чувства. Так что садись и наслаждайся представлением.

Он мягко кладет руку мне на плечо и толкает к кровати.

Ноги подкашиваются, я все равно не смогла бы стоять. Он блокирует мне путь, резко подтаскивая Джимми со стулом к двери. Любая попытка к бегству бессмысленна. Я в западне.

— Он берет нож, — продолжает Вэйл, проводя лезвием по обнаженной коже Джимми, — и аккуратно проводит им по его телу. Именно это я сейчас делаю. Посмотрим, понравится ли тебе это так же, как Эмили.

Кровь стынет в жилах. Кончик ножа оставляет тонкие красные следы на теле Джимми — неглубокие порезы, но пока не настолько серьезные, чтобы пустить ему кровь. Я не могу пошевелиться, не могу поверить в происходящее. Меня охватывает шок, который все сильнее парализует мое тело.

— А потом ты пишешь, — тихо произносит он, — что Каспар режет глубже. — Он поднимает нож выше. Я хочу закричать, хочу двинуться, но тело не слушается. Страдальческий взгляд Джимми встречается с моим. Я понимаю, что нужно что-то предпринять, но не знаю как.

— Ты уверена, что не хочешь этого? — спрашивает он.

Я смотрю на него умоляюще, с остекленевшим взглядом:

— Пожалуйста… не делай этого.

Но он игнорирует мою просьбу. На его лице появляется улыбка, и без колебаний он с нечеловеческой силой всаживает нож в шею Джимми. Раз за разом, снова и снова. Ужасный звук удара лезвия о плоть эхом отдается в моих ушах.

Кровь разбрызгивается во все стороны. Тело Джимми дергается на стуле, его глаза, обращенные ко мне, полны боли и пустоты. Все, что я могу — это оставаться неподвижной и наблюдать.

Я не могу дышать, не могу кричать. Бросив нож на пол возле стула, Вэйл невозмутимо садится на кровать рядом со мной. Я ощущаю его присутствие, но не могу заставить себя на него посмотреть. Он поворачивает голову, его глаза ищут мой взгляд.

— Я люблю тебя, Розмари, — тихо шепчет он. Затем кладет окровавленную руку на мою щеку. Металлический запах крови ударяет в нос, я чувствую ее тепло и липкость на своей коже. Он медленно наклоняется ко мне, пока его губы не касаются моих. Поцелуй нежный, но я испытываю лишь отвращение.

Когда я смотрю в его глаза, я вижу безумие. Преданность, патологическая одержимость, которая заставила его убивать ради меня. Он искренне верит, что это любовь, что его поступки оправданны. Все это отвратительно.

Я хочу убежать, закричать, исчезнуть, но одновременно понимаю — мне некуда идти, пока Вэйл следует за мной. Теперь он словно часть меня, нечто, от чего невозможно просто избавиться. Он глубоко укоренился в моей жизни, и обратного пути нет.

Он здесь, и он намерен остаться.

И самое страшное — я не уверена, хочу ли я его отпускать.

37

ВЭЙЛ

Наконец она знает правду обо мне, понимая, на что я ради нее способен и чем готов пожертвовать. Но почему такая реакция? Откуда эта растерянность? Ведь она сама все это написала. Как автор темных романов, она должна понимать смысл собственных историй. И должна быть очарована тем, что я воплотил в жизнь по ее фантазиям.

— Пойду помою руки, — спокойно говорю я, бросая на нее взгляд. Меня немного разочаровывает выражение ее лица. — Идем со мной, у нас еще осталось вино, — беру ее за руку и нежно целую. Я чувствую, как она дрожит. Знаю, что она взволнована. Скоро она все поймет.

Скоро по-настоящему увидит меня.

Я притягиваю ее к себе и крепко обнимаю. Бешеный стук ее сердца отдается в моей груди. Прекрасный ритм — взволнованный, неуверенный, но это пройдет. Она моя, и я ее защищаю.

Отпуская, беру за руку и веду из спальни на кухню. Розмари застыла от шока. Ей сложно сразу все осознать. Она все еще в замешательстве, но это нормально. У меня есть время, я помогу ей принять эту новую реальность.

Пока мою руки, слышу, как она тихо шепчет: — Мы должны пойти в полицию.

— Полиция не сможет защитить тебя так, как это делаю я. Никто не сможет, — подхожу к ней, останавливаюсь напротив и смотрю в глаза. — Понимаешь, о чем я? Я всегда буду рядом. Сделаю твою жизнь еще слаще. Навсегда.

Ее глаза полны слез, губы дрожат. Она так прекрасна в своем отчаянии, и только я могу ее исцелить.

— Или… Я сделал что-то не так?

Нет, это невозможно — я все сделал правильно. Все только для нее.

— Я сделал твою жизнь хуже? — останавливаюсь на мгновение.

Внезапно раздается звуковой сигнал — ноутбук перед нами загорается, оповещая о входящем вызове. Я подхожу к устройству и толкаю его к ней. Вижу, что она не в состоянии адекватно реагировать, поэтому действую за нее.

— Кто это?

— Мой издатель, — бормочет она, все еще в шоке.

— Ответь, — говорю я и нажимаю кнопку прежде, чем она успевает возразить.

На экране появляется женщина, которая одаривает нас взволнованной улыбкой. При виде моей королевы она вскрикивает: — Розмари, у меня для тебя важные новости! — ее почти переполняет эйфория. — Ты на вершине! Ты это сделала! Ты автор бестселлеров!

Что?

Моя Розмари сделала это!

Я улыбаюсь и хлопаю в ладоши. Горжусь как никогда. Все, что я делал, каждое решение, каждый шаг — все это привело ее сюда. Привело нас сюда.

Розмари смотрит в камеру, пытаясь изобразить профессиональную улыбку, но только я вижу ее неискренность. Выглядит почти идеально, но я замечаю пустоту. Она не может скрыть от меня свои истинные чувства.

— Ты уверена?

— Да! Конечно, я уверена! Почему ты сомневаешься? — спрашивает женщина на экране. Но затем она прищуривается. — Что это за красные пятна у тебя на лице?

Прежде чем Розмари успевает ответить, я делаю шаг вперед и встаю рядом с ней: — О, это пустяки. Мы только что приготовили спагетти Болоньезе, и соус, наверное, был слишком острым. Она забрызгала все вокруг.

Это именно то, что ей нужно услышать, и в сочетании с очаровательной улыбкой рыбка непременно клюнет. Когда женщина на экране смеется, я понимаю: все в порядке.

— Вы бы видели спальню, — шучу я.

— О,