На осколках или подмена - Галина БризЪ

Беспристрастной быть не получалось. Да Полина и не силилась. Из всего спектра эмоций осталась лишь ненависть.

И она ненавидела.

От души — по-змеиному слащавую Инну, ехидную физиономию тёти Ани, самодовольную рожу Виктора, доносчицу Викторию. А ещё — усталый и, что бесило отдельно, сочувственно-понимающий взор Красавина.

Всё-всё. Даже ресторан вызывал отвращение.

Настолько, что к горлу подступила дурнота. До слёз хотелось сорвать опостылевший наряд вместе с дорогими украшениями, выделенными милостивой рукой тётушки.

Натянуть старые джинсы, кроссовки и умчаться домой. Убраться навсегда из непостижимой её разуму клоунады.

Метания и недозревшую идею бегства прервало приглашение занять места за столами.

И даже предметы мебели взбесили непривычным расположением. В представлении Полины рисовалась классическая обеденная поверхность, вернее, много сдвинутых столов, образующих конфигурацию в виде буквы «П».

Ничего подобного. На этой свадьбе они стояли изолированными островками. В центре у стены находились места жениха и невесты, восседавших на своих стульях, как на троне. И лучиками, разбегаясь от середины, — отдельные столики, где сидели гости.

Стол для четверых — Сандро, тёти Ани, Виктора и Полины — оказался ближе остальных к главному.

На таком же расстоянии, но с противоположной стороны разместились родители Глеба и его младший брат, удивительно похожий на старшего. Можно сказать — юная копия Красавина с такими же тёмными волосами и глазами цвета стали, которые заинтересованно изучали Полину.

Праздничный вечер начался. Мягкий свет огромных люстр играл на столовых приборах, как россыпь гирлянд. Белоснежные скатерти с накрахмаленными салфетками напоминали эскадру парусников, готовую в любую секунду вздрогнуть, сняться с места и полететь в волшебное будущее.

Зал наполнился мелодичным звоном бокалов, лёгкой музыкой.

Время от времени фоновый шум прерывал ведущий с призывами и шутками, зал тонул в аплодисментах и смехе.

Невеста была ослепительно красива. Жених...

На жениха Полина старалась не смотреть. Естественно, он тоже был великолепен. Идеальная пара, будто из сказки.

Казалось, жизнь наладилась. Вероломный дядя оторвался от своей пассии и полностью сосредоточился на насупленной Полине, раздражая своей магнетической близостью до лихорадки. Дуэт тётя Аня и её бывший муж существовали рядом, но отдельно от них.

Глава 55. Нюанс

Как же контрастировали настроения собравшихся за столом!

Возможно, Полине всего лишь мерещилось, будто многие гости поворачиваются в их сторону только с целью понаблюдать за тем, как ведут себя Анна и Виктор. Скорее всего, люди смотрели на новобрачных, а их стол находился рядом.

Бывшие супруги, не обращая внимания на соседей, смеялись над чем-то своим, обменивались любящими взглядами с дочерью и смотрели друг на друга такими сияющими глазами, будто говорили: «Посмотри, какая красавица у нас выросла!»

Вокруг пары витала аура счастья, точно молодожёнами были они.

И снова всё переворачивало представления Полины о правильности, сбивая привычные ориентиры. Она чувствовала себя туземкой, не знающей языка запутанной столичной жизни.

Как сложно разобраться в современных реалиях, будучи воспитанной ретроградной бабушкой!

Похоже, кроме неё, никого не смущало нахождение двух мужей за одним столом и то, что тётя явно флиртует с бывшим.

Вот и Сандро... Он вёл себя непонятно.

Хотя, вроде бы, с появлением Инны на сцене жизни всё встало на места.

Действительность распахнула свои объятия и с холодной ухмылкой ждала, когда Полина смирится с фактом: симпатия между ней и дядей существовала только в её голове. По неопытности девушка перепутала участливое отношение родственника с более глубоким чувством.

И циничный Глеб оказался прав, когда сказал: глупые девочки воображают себе сказку, исходя из собственных наивных представлений, а потом обижаются на весь мир, что реальность не соответствует иллюзиям.

Мрачный вид племянницы не прошёл мимо внимания Сандро. Но мужчина не связал его с собой. Судя по тому, как он со сдержанным недовольством и какой-то тихой грустью отслеживал её взгляды на молодожёнов, похоже, сделал вывод — причина резко испортившегося настроения кроется в Красавине.

Пусть так и думает! Это лучше.

Переубеждать Полина не собиралась. Версия, будто она печалится из-за женитьбы Глеба, смотрелась менее стыдной, чем если бы дядя понял, что она ревнует лично его.

Лютой пыткой было сидеть в волнительной близости от Сандро, каждой клеткой ощущая его присутствие, и одновременно знать, как он недосягаем.

Дядя реагировал всё более удивлённо и заметно темнел, когда вместо элементарной приветливости в ответ на свою заботу нарывался от племянницы на рык, которым она в очередной раз маскировала обиду и трепет, вызванный им.

Во время витиеватой речи отца Вики, обращённой к новобрачным, Сандро внезапно вспомнил:

— Ты так и не сказала: вы уже когда-то встречались с Виктором?

Он сократил расстояние слишком сильно и так приблизил лицо, задавая негромкий вопрос, что ещё сантиметр — и задел бы её щеку губами.

Полина, подняв глаза, испуганно выдохнула:

— Нет! — сама не понимая, чего в коротком возгласе было больше: ответа на слова или протеста на провокационное движение.

Между их лицами осталась столь маленькая дистанция, что оба почувствовали, как смешивается воздух, которым они дышали.

Полина смогла рассмотреть загадочные искры в глубине зрачков, россыпь тёмных крапинок в карих радужках дяди и каждую ресничку. Заметила крошечную родинку над бровью, мелкие морщинки возле нижних век. Даже запомнилась форма и угол наклона щетины вокруг губ — так много всего, будто время притормозило и прошло полчаса, а не пара секунд.

Кажется, он тоже забыл о вопросе, разглядев в её лице что-то новое, и завис, не прерывая настолько тесного созерцания. Ничтожные миллиметры отделяли их от прямого контакта телами.

Из странного оцепенения вывел окрик тётушки:

— Саша, а ты не хочешь поздравить Вику?

Тот растерянно моргнул, с силой растёр лоб, очевидно, собираясь с мыслями. Оглянулся на жену:

— Да-да, конечно.

Сбитая с толку Полина не слышала ораторов. Их заглушил лязг яро крутящихся в голове шестерёнок, чувство тоскливой безысходности и противоречащее здравому смыслу дикое желание уткнуться в плечо Сандро, закрыть глаза и отгородиться от окружающих.

В реальность вернул звонкий, уверенный голос сестры, который после пафосных и поднадоевших поздравлений кольнул сердце твёрдым предчувствием опасности. Внутри всё сжалось.

Гордо приподнятый подбородок и воинственный прищур Виктории не оставлял сомнений в её решимости перевернуть мир.

Но пока в словах сестры не звучало ничего крамольного. Полина осторожно перевела взгляд на Сандро, заметив, как вздрогнули и напряглись его пальцы, сдавливая лежащие на скатерти столовые приборы.

Мужчина полностью повернулся к падчерице, приняв расслабленную позу. Но взгляд оставался настороженным, слегка исподлобья. Он всё прочитал по злому блеску в глазах Вики и