На осколках или подмена - Галина БризЪ

Сморщилась: куда бы больше, но стало нестерпимо больно!

Наклонив голову к Инне, которая крепко, до побеления пальцев обхватила его торс и изо всех сил ластилась к мужскому телу, дядя, посмеиваясь, что-то тихо говорил. Казалось, он отстранялся от прижимающейся фигуры и пытался освободиться от жадных объятий. Но делал это так осторожно, игриво, словно боялся оттолкнуть по-настоящему.

Полина с опозданием закрыла рот ладонями, ловя свой то ли всхлип, то ли стон. Метнулась к выходу, потянула тугую дверь.

Женщина и мужчина одновременно повернулись, заметив её. Глаза Инны сверкнули хищным блеском.

Сандро изменился в лице.

— Полина?

Рывком сбросил ласкающие его руки, в два прыжка преодолел расстояние и схватил за локоть.

— Ты куда? Почему не ждёшь меня?

— Пусти! Я хочу домой, — дрожа и еле сдерживая накрывающую истерику, выдавила она, отчаянным движением освобождая руку. Слёзы уже наполнили глаза. Опустив голову, чтобы не было видно, как судорожно кривятся губы, прошептала: — Пожалуйста, отпусти.

— Тс-ссс. Что случилось? Успокойся. Сейчас вместе уйдём.

Не скрывая тревоги, Сандро бережно прижал её к себе, начал покачивать и гладить так же убаюкивающе, как пять минут назад это делал Глеб, жалея Вику. Вот уж воистину — бойтесь своих желаний!

— Саша, мы не договорили! — нервно и обиженно повысился женский голос за спиной, напомнив о его владелице.

— Инна, мы всё выяснили, — отмахиваясь, раздражённо отозвался мужчина. — Если хочешь, то как-нибудь в другой раз поговорим.

Та не отошла и по-прежнему встревала в чужой диалог, тщась переключить внимание на себя.

Не разжимая объятий, Сандро разблокировал телефон. Пояснил, обращаясь к Полине:

— Такси вызываю.

— Я не хочу к вам, — заупрямилась она. — На вокзал поеду.

— Никаких вокзалов. Завтра увезу тебя на машине, — безапелляционно отрезал он. — Прекрати капризничать. На ночь глядя никуда тебя не отпущу. Не забывай, что твоя сумка с вещами находится у нас.

Всхлипнула. Да, он прав. Вынуждена подчиниться. Ослабла, покорно уткнулась носом в мужскую грудь и сквозь тонкую ткань рубашки уловила гулкое и уверенное биение сердца. В этом было нечто магическое. Напряжение отступало, вытесняясь завораживающим теплом, запахом, надёжной силой, ощущением защиты. Разом перехотела сопротивляться.

Ведь борьба — это не для женщины, когда рядом есть настоящий воин.

Огромный город за окном такси жил будничной жизнью, независимой от настроения пассажиров. Плавно изгибалась дорога, мчался поток машин, сверкали витрины и фонари, мелькали прохожие. Небо над столицей терялось в загустевшей до черноты синеве.

Полина отодвинулась на край и потерянно следила за пролетающими электрической россыпью улицами. Признала, что сегодня вынуждена переночевать у москвичей, но больше порог их квартиры не переступит ни при каких обстоятельствах.

Обидная до спазмов в груди мысль не уходила, то и дело всплывала, билась навязчивым сигналом, не давая успокоиться: зачем Сандро предал её, выдав тётушку позорную тайну?

Он сидел, устало откинув голову на спинку сидения, полностью погружённый в свои думы. Судя по горькому изгибу губ и глубокой складке, неподвижно залёгшей меж бровей, мысли были крайне невесёлыми. Его тоже предали.

— Поля, пока я отсутствовал, что-то случилось? — пристально вглядываясь в её бледное лицо, пытливо поинтересовался Сандро, когда они перешагнули порог квартиры.

В голосе было столько искренней тревоги, что от жалости к себе у Полины снова подступили слёзы и перехватило горло. Она отвела взгляд и молча помотала головой.

Слегка разозлилась: нельзя спрашивать ни о чём, когда человек находится на грани срыва! Как он не понимает, что любой намёк на сочувствие может пробить брешь в самообладании и влага хлынет потоком.

Чтобы скрыть свою слабость, повернулась спиной к хозяину квартиры и низко нагнулась, пряча лицо за волосами. Кое-как удержала судорожный всхлип.

Срочно, срочно как можно скорее исчезнуть в комнате и дать волю отчаянию!

— Посмотри на меня, — неудовлетворённый беззвучным ответом пророкотал Сандро, добавив непривычные интонации — низкие, вибрирующие, властные. Перегородил дорогу, не позволяя скрыться без объяснения.

Она напряглась, сжала пальцы в кулак, почему-то этот жест помогал сдерживать эмоции.

Попыталась обойти мешающую фигуру слева, потом справа — он не пропускал. Застопорилась на секунду и, уже не отдавая отчёта действиям из-за тихо захлёстывающей паники вперемешку с тупым упрямством, выставила руки перед собой и ринулась на таран.

Сандро перехватил за запястья и, сделав какое-то быстрое, неуловимое движение, прижал её своим телом к стене.

Оба замерли, то ли с чувственным трепетом, то ли со сладостным ужасом, ощущая друг друга каждой клеточкой.

Глава 58. Определённость

— Полина... — шёпот, от которого дрожь прошла по телу, а кислород, не успев наполнить лёгкие, порывами сушил губы.

Глаза Сандро были критично близко. И в них такая бездна, что Полина провалилась туда, как в иную реальность. Где из понятных ощущений остался страх, озноб по коже и непобедимое притяжение — безумный микс, от которого подкосились ноги, а каждый нерв натянулся до такой степени, что ещё секунда — и лопнет.

Она больше не вырывалась. Наоборот, хотелось вжаться сильнее, чтобы прямо до хруста, до сладкой боли.

Ждала... Он отчего-то медлил...

Сдерживая дыхание, будто воздух мог что-то разрушить, надавил лбом на её лоб, вынуждая не отводить взгляд. Полина опустила ресницы — предвкушение томительное до трепета.

Осторожно приподняв подбородок, подушечками пальцев мягко обвёл овал лица, словно очерчивал контур.

Выдохнул, внезапно прижался к виску губами и нежно, продвигаясь по сантиметру, повторил ту же линию.

Оба потерянно замерли, прислушиваясь к чужому пульсу. Понимая, рубеж ещё не пройден, но они на перепутье. Пока можно сделать вид, что всё было дружеской лаской.

Но процесс начался… Как с горы на санках: остановить невозможно, разве только чуть-чуть притормозить.

Уткнувшись носами в скулы друг друга, тихо впитывали запах — тёплый, завораживающий, вкусный. Родной. Он одновременно влёк и дополнял своей противоположностью.

Медленно, очень медленно Полина подняла глаза и попала в капкан — их шальные взгляды сцепились. Словно накладывались ритмами и закрепляли факт — это реальность, мы делаем эпохальный шаг.

Запреты с треском летели к чёрту, страхи стёрлись.

Один судорожный вдох, одно движение — и через секунду жадные губы слились. Будто фонтаном вырвались чувства, и они оба торопились схватить миг.

Его губы были упругими и напористыми, её — робкими и неумелыми, но податливыми, готовыми принять и учиться.

Восторг внутри распирал, захлёстывал осознанием — случилось! По-старому уже не будет. Дыхание Сандро становилось всё более шумным и частым, Полины — окончательно сорвалось.

Невозможно было выделить что-то конкретное, это было всеобъемлющее состояние радости, которое