Драконья няня - Наталья Фирст

— Что вы, — подыграл ему дракон, — причем здесь любовь. Я хочу, чтобы вы надели вот это.

На столе появился уже знакомый мне браслет.

* * *

Граф глянул на него подозрительно и даже не подумал коснуться. Наоборот, спрятал руки под столешницей.

— Для чего?

— Если на вас будет этот браслет, мы с Джулианой сможем позже подтвердить ваши слова. Отец нахмурился. Я видела, что он сомневается. Наконец, в глазах блеснула искорка торжества:

— Я надену это за тройную сумму и не золотым меньше.

— Глупости, — Лотар откинулся на спинку кресла и сцепил ладони в замок. — Лорд Ардуэй, я и так иду вам на встречу, зная ваше бедственное положение. Если вы откажетесь, я просто приглашу нотариуса и свидетелей. И в этом случае выплачу вам сумму, оговоренную ранее.

— Но-о-о, — начал отец.

Лотар его перебил:

— Вот здесь, — он поставил на стол саквояж, — удвоенная сумма. Если вы не наденете браслет, получите половину. Если наденете — все это будет вашим.

Я с любопытством наблюдала за отцом и поражалась, что никогда не замечала в нем алчности. Точнее, не хотела замечать. Любовь мне застила глаза. Сейчас лорд Ардуэй был мне неприятен. На его лице то мелькала тень страха, то появлялась маска вожделения. Это длилось недолго. Жадность победила.

Граф сам взял браслет и надел на запястье.

— Довольны? — бросил он зло.

— Вполне.

Лотар снял со стола саквояж и вернул на пол.

— А теперь главное, — сказал он с недоброй усмешкой, — забыл вас предупредить — этот артефакт видит ложь.

— Что-о-о?

Отец взревел, схватился за запястье и принялся стягивать браслет. Я наблюдала за этим с живым любопытством. Он сопел, пыхтел, стал красным от злости. Когда ничего не вышло, практически закричал:

— Кто дал вам право?

Лотар спокойно сложил руки на груди. Я закусила от обиды губу. Ну папа, ты и подлец.

Граф Ардуэй, поняв, что никто не собирается освобождать его от артефакта, звонко бахнул древним металлом по столу:

— Снимите с меня это! Немедленно! Иначе я…

Лотар оперся прямыми пальцами на край стола и чуть приподнялся:

— Вам что-то не нравится, граф?

Фраза была почти невинной, но прозвучала неожиданно угрожающе. Отец моментально притих, злобно зыркнул из-под насупленных бровей.

— Все! Все не нравится! Я не давал разрешения!

Дракон откинулся обратно на спинку кресла.

— Лорд Ардуэй, я никак не возьму в толк. Вы собирались нам лгать?

— Нет! — вместо спокойного ответа получился нервный визг.

— Тогда чем вы так возмущены? Если планировали говорить только правду, то и артефакт не сможет вам ни коим образом навредить. Расслабьтесь. Можете не сомневаться, после нашего разговора, я вас освобожу.

Лотар пружинисто поднялся, пересек комнату с грацией кота, готового к броску и открыл шкафчик, стоящий возле стены. Очень скоро на стол встала пузатая бутыль с золотистым напитком и два бокала.

Мне достался вопросительный взгляд, я ответила на него отрицательным жестом, за что получила полную обожания улыбку.

Лотар неспешно разлил по бокалам жидкое золото, указал пальцем:

— Выпейте граф. Успокойте нервы.

Отец испуганно покосился на напиток. Спросил подозрительно:

— Что там? Небось, драконье зелье?

— Не гневите Небеса. Никаких зелий. Клянусь.

Лотар поднес бокал к лицу, вдохнул аромат, расплылся в довольной улыбке и отхлебнул. Отец схватил свою порцию и опрокинул в глотку залпом. А после припечатал толстым донышком по столу.

— Спрашивайте!

Дракон бросил на меня взгляд, интересуясь, кто первым задает вопрос. Я жестом уступила это право ему. И он решил начать сразу с главного:

— Откуда у Джулианы драконья кровь.

Отец вздохнул, чуть прикрыл глаза.

— Не знаю.

Я замерла, ожидая немедленной кары за ложь. Но Мерило правды не пробудилось ото сна. Не понятно, как такое могло быть, только отец сказал правду. Лотар изумился тоже.

— Не знаете?

Отец покачал головой.

— Извольте объясниться!

Новый взгляд, брошенный на браслет, был жалок. Граф Ардуэй набрал в грудь воздуха и выпалил на одном дыхании:

— Я понятия не имею, какая кровь течет в жилах Джулианы.

* * *

Вот это откровение! Я вскочила с кресла и принялась мерить комнату шагами — десять до окна, десять обратно. Если отец не знает, кто у меня в роду, значит, он мне вовсе и не отец? А кто тогда?

Мужчины молча смотрели на мои метания. Лотар — с жалостью, граф — с испугом. Я чуть успокоилась, вернулась на место и жестом велела любимому продолжать. Задавать вопросы сейчас было выше моих сил.

Дракон не споря спросил:

— Как Джулиана попала в вашу семью. Я хочу знать все до мельчайших подробностей.

Лорд Ардуэй недовольно поморщился, бросил просящий взгляд на бутыль, не дождавшись реакции, вскочил сам и наполнил себе бокал до краев. А после выпил одним глотком. Мы ему не мешали.

Граф на миг замер, восхищенно крякнул, подлил еще, но сразу пить не стал.

— Для того, чтобы вы меня поняли, лорд Лотар, придется чуть отступить в прошлое.

— Сколь угодно глубоко, любезный граф, отступайте хоть до момента сотворения мира.

Выпитое подействовало на отца удивительно умиротворяюще. Он откинулся на спинку и покровительственно улыбнулся.

— Что вы, дорогой зятек, так далеко не нужно. Я хочу вам рассказать о своем браке с леди Ардуэй.

Он вновь потянулся к бокалу, но раздумал на полпути и убрал руку.

— Дело в том, что мой род практически разорен. Договоренность о браке Джулианы с Гордоном Брейтом, отнюдь, не первая попытка исправить положение. Моя будущая супруга тоже не имела титула. У нее были другие достоинства.

— Деньги? — спросила я, хоть это и так было понятно.

Отец подтвердил с довольной улыбкой:

— Много денег. За ней давали огромное приданое. Я не мог упустить такой шанс.

Лотар нахмурился:

— Я рад за вас, но причем здесь Джулиана.

— Не спешите, молодой человек. Дослушайте до конца.

Сказано это было так, что я заранее решила — мне правда не понравится.

— Так вот, — продолжил граф. Если вы знаете наши законы, то должны помнить — приданое остается собственностью жены и ее рода. Если Небеса окажутся немилостивы, и супруга скончается, на оставив потомства, все деньги необходимо вернуть. Все!

Последнее слово «отец» выделил особо, потом замолк, выбил пальцами дробь по поверхности стола.

— И? — подтолкнул его Лотар.

— И, — повторил тот горько. — Случилось непредвиденное. Сусанна не повезло — роды случились крайне тяжелые. Сначала умерла она сама, а через сутки и новорожденная девочка. Благо, в тот момент мы были не дома. За