Драконья няня - Наталья Фирст

месяц до родов я уговорил ее отправиться на воды. Дескать, горный климат полезен для здоровья! — он неожиданно зло усмехнулся. — Как в воду глядел.

— Очень предусмотрительно с вашей стороны.

Голос Лотара исполнился сарказмом, но граф принял его слова за похвалу.

— Что делать, мой мальчик. Жизнь учит просчитывать все на шаг вперед.

— И как вы вышли из этой ситуации?

— Легко! — в этом слове уже прозвучало неприкрытое бахвальство. Лорд Ардуэй буквально лучился довольством. — Пришлось обратиться в ближайший приют. Там, как по заказу, нашлась здоровенькая новорожденная девочка. Такая же беленькая, как и Сусанна.

— И вам ее отдали? — удивился Лотар.

— Деньги, мой дорогой, — отец для наглядности потер большой палец об указательный. — Деньги решают все! Я не стал скупиться.

Дракон обескураженно крякнул, чем вызвал новый поток словоизвержения.

— Я сообщил тестю о смерти супруги. А после вернулся назад с ребенком.

Граф победно замолк, выждал миг и вопросил патетически:

— Вот и скажите мне, разве я был не прав? Кому от моей лжи стало хуже? Джулиана получила семью. Я — капитал. Всем было хорошо.

Я с любопытством глянула на браслет. Слова «отца» показались мне настоящим кощунством. Но мерило правды не проснулось. Граф считал свои слова абсолютной истиной. Удивительно, но он не врал.

И тогда мне захотелось сказать ему гадость.

— Интересно, — я не смогла скрыть язвительности в голосе, — куда же подевались деньги леди Ардуэй? Я так понимаю, сумма была немаленькой?

Отец состроил кислое лицо, но солгать не рискнул. Вместо этого ответил витиевато:

— Милая моя доченька, дух человеческий, к сожалению, несовершенен.

Лотар откровенно хохотнул:

— Я могу тебе ответить на этот вопрос. Дело в том, Джулиана, что граф у нас — игрок. Он сначала промотал капиталы своего рода, а потом и приданое жены. Он и тебя вместе с титулом проиграл…

— Проиграл? — я поняла, что сил не осталось даже на удивление.

— В покер, — договорил Лотар. — Поэтому так и стремился довести твое замужество до конца.

— Да как вы смеете! — возмущенно вскинулся «отец».

Дракон прищурил глаза и многозначительно кивнул на браслет.

— Милый граф, попробуйте сказать, что это ложь. Ну же! Давайте!

Лорд Ардуэй замолк на полуслове и уселся на место.

— То-то же, — припечатал Лотар, — если уж говорить правду, то до конца.

Мне стало тошно. Чем дольше длилась странная исповедь, тем отчетливее я осознавала, что для этого человека, который всю жизнь представлялся моим отцом, я так и не стала дочерью. Он не испытывал ко мне никаких чувств. Для него я была всего лишь красивым товаром. И мне от этого стало горько. Вся жизнь, все надежды, все слова оказались обманом. В моем детстве было так мало хорошего! Разве что только учеба в академии…

Я горячо проговорила:

— Папа, объясни мне, а для чего ты отправил меня учиться? Если уж тебе было на меня наплевать, мог бы запереть дома до лучших времен! Зачем тебе это было нужно?

Граф Ардуэй возмущенно вскинулся:

— Как ты не понимаешь, Джулиана, я заботился о твоем будущем!

Не успели затихнуть последние слова этой пламенной тирады, как драконьи глаза не браслете полыхнули алым, а челюсти начали смыкаться, вонзаясь кожу.

Граф замер на миг и сразу заверещал:

— Снимите с меня это! Вы не имеете право!

— Смотри, Джулиана, — голос Лотара исполнился арктической стужей, — он все-таки солгал.

— Вижу.

Я вдруг почувствовала дикую усталость и поняла, что не испытываю к старику никаких чувств. Любовь к отцу исчезла без следа, а ее место в моей душе не заняла ни обида, ни ненависть. Внутри осталось лишь стылое, пустое равнодушие.

— Граф Ардуэй, — сказала я совершенно спокойно, — вы уже столько рассказали, нет смысла лгать по мелочам. Возможно, вы еще не поняли, что умеет этот артефакт. Тогда я вам объясню. Если вы еще хоть раз соврете, челюсти сожмутся сильнее. Сначала клыки проткнут вашу кожу, потом разорвут мышцы и сломают кости. А если вы и тогда не прекратите лгать — вовсе останетесь без руки.

— Вы не посмеете! — выкрикнул было этот жалкий человечишко, но сразу замолк, наткнувшись на ледяной взгляд дракона.

— Итак, — я неожиданно для себя усмехнулась, — зачем ты отдал меня в академию?

* * *

Граф Ардуэй уселся прямо, отставил руку с браслетом подальше.

— Я не обязан отвечать! — сказал он и зло сжал губы.

— Жаль, — соврала я, — значит, ты на всю жизнь останешься с этой штукой на запястье. Мерило правды невозможно снять, пока не окончен допрос.

«Отец» передернулся и глянул на меня почти с ненавистью. Я едва не шарахнулась назад, так страшен был его взгляд. А после посыпались проклятия:

— Твари крылатые, исчадия бездны! Да чтоб вы все сдохли, сволочи!

Я выслушала его до конца и повторила вопрос:

— Зачем?

— Чего заладила, дура? Неужели самой не понятно? Маги неплохо зарабатывают. Я же не знал, что мне подвернется этот надутый индюк Гордон Брейт. Этот помешанный на титулах болван. Если бы не удалось сбыть тебя с рук, я бы отправил тебя работать. Меня заверили, что у тебя редкий дар. Я надеялся, что ты заработаешь денег и погасишь мои долги! Не зря же ты все эти годы ела мой хлеб?

Он на миг замолк, а потом почти выплюнул:

— Поняла, доченька?

Глаза дракона погасли, и капкан ослабил хватку, подтверждая, что все сказанное — правда.

Граф Ардуэй облегченно выдохнул и потер запястье.

— Это все? — спросил он. — Или вы хотите узнать что-то еще?

Лотар сделал мне знак молчать и вступил сам:

— При ребенке были какие-то вещи?

«Отец» бросил на браслет испепеляющий взгляд и лгать не рискнул. Поэтому мы услышали правдивое:

— Были.

Вновь настала тишина.

— Лорд Ардуэй, чего вы добиваетесь? — Глаза Лотара опасно сузились, а голос стал вкрадчивым. — Вы хотите, чтобы я отдал браслету приказ сломать вам руку?

Граф покачал головой и поспешно продолжил рассказ:

— На шее у ребенка висел золотой медальон с вензелем. — Он увидел, что я хочу задать вопрос и дополнил сам: — Его у меня нет. Поймите, нам были нужны деньги! Мне…

Меня аж перекосило от этих слов.

— Неужели тогда тебе было мало денег моей матери?

И наконец окончательно осознала, что женщина, умершая двадцать лет назад, матерью мне вовсе не была. Лорд Ардуэй кисло хмыкнул, но промолчал.

Лотар открыл выдвижной ящичек под столешницей, достал оттуда дорожный писчий прибор, лист бумаги и подвинул все к графу.

— Сможете изобразить?

Тот вновь опасливо покосился на браслет и честно ответил:

— Не уверен, но попытаюсь.

И принялся довольно ловко орудовать пером. Я смотрела, не отрываясь, на переплетение