Всё равно люблю - Лика П.

– Прекрати.

– Не прекращу, – придвинувшись, крепко обняла руками и снова целовать, – но как сдержать такого детину, я против него, кажусь пушинкой. Один его резкий поворот и я уже лежу, распластанная под ним.

– Сказал, прекрати, – смотрел на меня сердитым взглядом, удерживая мне запястья над головой, весь взлохмаченный… такой красивый.

– А что, целовать запрещается? – вопрошающе вздёрнула брови, рассматривая его помятое и очень притягательное лицо.

– В жалости нуждаются только слабаки, поняла?

– Поняла. Тогда, ты меня тоже не целуй, – сказала с вызовом.

– Зубками обзавелась? – спросил с недобрым прищуром.

– Надо было брать беззубую, – смело парировала я, но это только потому, что уверена в Хасане, меня он не обидит.

– Так в лесу, кроме белобрысой девчонки никого и не было, пришлось брать, что было, – скривил он полные губы в саркастической усмешке.

– Белобрысой?

– Угу, – уже вовсю глумился надо мной.

– Тогда, тем более не целуй, белобрысую, ещё и безбровую, – высказала обидевшись.

– А что с твоими бровями? Мне они очень нравятся.

– Нравятся? Я хотела их покрасить.

– Не надо, они переливаются как колосок на солнце.

– Ты романтик.

– С тобой и не тем станешь.

– Я тебя всяким люблю, и целовать буду там, где хочется. Давай вставать, – резко перевела тему, чтобы он вдруг не придумал ещё пару аргументов по поводу «жалости».

– Рано ещё, – сказал, толкнувшись в меня бёдрами, – мой взгляд застыл на карих глазах. – В чём дело? – поинтересовался Хасан, нахмурив брови.

– У тебя эрекция?

– Чему удивляться, утром у каждого здорового мужика эрекция – это норма.

– Ой! Хорошо-хорошо, эм… можно мне встать? – не очень-то хотелось обсуждать с ним физиологию мужчин.

– Конечно можно, разочек тебя трахну и встанешь.

– Хасан, ты что? Мы же только этой ночью…

– Этой ночью, сегодня утром, и грядущей ночью тоже… – раздвигая мои ноги с лёгкостью, под одеялом мы голые.

– Это очень много для меня, я так скоро ходить не смогу.

– Очень на это надеюсь, – усмехнулся он, – раздвинув ноги, прикасаясь к раскрытой промежности и проводя по ней пальцами.

– Бл… обманщица. Хочешь, не меньше моего. Ты влажная, – сказал мне в губы, прежде чем захватить их властным поцелуем в плен.

– Я всегда пьяна с тобой, – сказала, выдыхая слова, искусанными губами, растворяясь в тёмных глазах. – Когда ты рядом и целуешь меня, и… и не только целуешь.

– Когда трахаю тебя?

– Да-а…

Его горячий и твёрдый член вошёл плавно, заполнив меня изнутри, последовал жёсткий толчок, я ощутила его всем телом.

– Вот так?

– Да-а…

Хасан

– Хочу знать, как тебе больше нравится, – взяв её за подбородок влажными пальцами, которые были в ней, и дышу в губы. – Не молчи, говори, хочешь жестче?

– Не знаю, мне всё нравится, что ты делаешь со мной.

– Смотри на меня, – говорю, кусая приоткрытый рот, отрывистыми толчками, трахаю тугое тело, при каждом толчке, рот птички открывается в немом крике.

– Схожу с ума, когда ты дрожишь подо мной, – сказала и всунув Кате два пальца в её соках в приоткрытый рот. Ощутив свой привкус, смотрит удивлёнными глазами на меня. – Мы все в какой-то степени извращенцы, кто-то больше, кто-то меньше. Соси, Катя… ты чувствуешь свой вкус на языке? – бля-ядь… она ещё больше потекла.

– Тебе вот так нравится, да, девочка? Когда сосёшь? – она стонет мне в пальцы, обслюнявив их по фаланги, глаза Кати против воли прикрылись. Это разрыв мозга! Выхожу из неё скидываю нахуй телепающееся одеяло, ставлю её раком, вхожу одним мощным движением, распирая изнутри членом, вдалбливаюсь безостановочно, жёстко, трахаю, взвинченным темпом, Катя стонет, уткнувшись в простыни, а мне этого мало, ударяю по торчащей заднице раз, ещё раз и ещё, пока не услышал рванные крики.

– Да-да! Кричи! – и трахаю, трахаю-трахаю бьюсь яйцами, задевая клитор усиливая ощущения, приближая нас обоих к оргазму! Запах секса витает в моей… нет, в нашей спальне. Смотрю на её покрасневшую ягодицу, как же хочется укусить. Рычу зверем, хочется продлить наш контакт, но она сжимается вокруг моего члена спазматическим кольцом, ловя свою первую волну оргазма, кричит, а через пару секунд её накрывает второй волной. Я тону с ней, сжав зубы до скрежета, бурно кончаю. Застыв в этой позе оба вспотевшие. Запах секса и пота – было первое что я почувствовал, когда вернулся и воссоединился со своим телом.

– Я умираю-умираю… – птичке потребовалось дольше времени для восстановления.

– Умирай, девочка, не бойся я тебя потом воскрешу, – смотрю на её улыбающийся профиль с закрытыми глазами, и тоже улыбнулся, поняв, как бредово прозвучали мои слова…

После секса, мы отдыхали в кровати. В образовавшейся тишине, я прикрыл глаза, слушая равномерное дыхание Кати. Вот так хорошо… лежать и слышать дыхание моей женщины. С появлением Кати, во мне появилось чувство страха. Теперь я стал опасаться, чтобы с ней ничего не случилось. Прочь гоню дурные мысли. Убью всех, кто приблизится к моей женщине.

– Пора вставать, – сказал я.

– Рано же ещё, – ответила Катя.

– Позавтракаешь, – приподнял голову, чтобы посмотреть на электронные часы, стоящие на стенном выступе. – Сейчас начало восьмого, к тебе через два часа приедут стилисты с одеждой, выберешь себе гардероб и что там ещё… ну, всякие ваши женские штучки.

– Когда ты только успел?

– А что там успевать… всего пара звонков, тем более у меня есть должники, а их услуги сейчас очень кстати.

Повернувшись на бок, уперев локоть, в матрас, придерживая голову с взлохмаченными волосами и сказав с улыбкой:

– Чувствую себя золушкой,

Дёрнув уголком рта, ответил:

– Тогда давай в душ, а то карета превратится в тыкву, – шлёпнув по обнажённой ягодице…

Глава 44. Катя/Хасан

Катя

У меня прекрасное настроение, свечусь от счастья. Я действительно счастлива. До конца ещё не верю в него, какой-то внутренний страх присутствует, и кажется, что всё временно. От этих мыслей, всё сжимается внутри, не хочу потерять Хасана! Возможно, страх возникает от того, что я осталась одна, и кроме Хасана у меня никого нет. Мама выбрала своё счастье. Я её не осуждаю, каждый человек, хочет быть счастлив. Рада если она действительно приобрела то, что делает её счастливой. А обида всё равно живёт во мне, как-то всё получилось резко, быстро, неправильно. Я тогда закрылась в себе и долго переживала. Первые месяцы были особенно тяжёлыми. Боюсь повторения. Но утро сегодняшнего дня, было волшебным. Любая девушка, будет пищать от восторга если, будь, то парень или мужчина подарит ей такой восторг как мне, мой Хасан. От косметики до разной одежды, включая разные аксессуары плюс обувь! Волшебное утро! У меня рот открывался, при виде очередного наряда, что мне несли