Всё равно люблю - Лика П.

– Пришёл посмотреть. С тобой всё в порядке?

– Ой! – подпрыгнула на месте. – Ты меня напугал! Да, всё хорошо. Я уже готова!

– Не может быть? Я ответил на сообщения и уже сходил переоделся. Если так будет постоянно, то готовься за два часа до моего прихода.

– Нет, не будет. Буду стараться не заставлять тебя мучиться в ожидании.

Я сразу обратила внимание на лук Хасана: одет он был не официально, на нём не было костюма, выглядел очень стильно, и чему я удивлялась, когда Сан раздавал мне советы, по случаю моего вечернего образа. Лук Хасана выглядел так: чёрная рубашка с воротником "стойкой". На руках, под материей, бугрились бицепсы, стильные слаксы также были чёрного цвета, светлее на полтона, оттеняя верх. На ногах были лёгкие замшевые мокасины. Из аксессуаров: пояс с классической пряжкой и, конечно же, массивные часы, которые подходят любому его стилю. Волосы были аккуратно уложены назад. Да уж, попробуй не влюбись, моя бабушка говорила о таких, как мой Хасан: «Красив как чёрт!». Теперь, кажется, я поняла значение этих слов. Он резко переключился, пока я любовалась им.

– Ты прекрасно выглядишь, у тебя красивая шея, не хватает пару серёжек, таким маленьким ушкам нужно что-то невесомое, люстры точно вешать не надо, – серьёзным тоном сказал он, а я рассмеялась проведённой им параллели.

– В чём дело? – нахмурил густые брови.

– Нет-нет, прости, я просто впервые слышу такое сравнение.

– А… ну да, есть такое, иначе не назовёшь, когда видишь, как под тяжестью бриллиантов женские мочки растягиваются, – и подарил мне скупую улыбку. – Идём, красавица, – протянул мне раскрытую ладонь. Моя маленькая ладошка утонула в его большой и горячей. Мы вышли из дома и шли к ожидавшей нас машине с водителем. – «Чем крепче барышня надушена, тем хуже она пахнет», – я, конечно же, поняла, что имел в виду под этими словами Сан. Во всём должна быть мера, иначе говоря, это признак безвкусицы.

– Цитата Александра Куприна, – дополнила я. Он остановился, развернув меня к себе, посмотрел в глаза, протянул руку к моим скулам и, дотронувшись до них, сказал:

– Верно… из книги «Гранатовый браслет», – мне показалось, что он был приятно удивлён, такое же удивление он мог прочитать и в моих глазах.

– Кажется мы, знакомимся с тобой заново, только пошли от обратного, – сказала я, в его губы, когда Хасан приблизил моё лицо к своему.

– У нас и не могло быть по-другому, исходя из того, как началось наше знакомство.

– Если вернуть всё назад, я бы ничего не стала менять, повторила бы нашу встречу один в один.

– Я тебя сейчас трахну прямо на этой лужайке.

– Водитель и охрана увидят, – ответила, задрожав в его руках, когда он прижал меня к стальному телу так, чтобы я почувствовала твёрдость его члена.

– Похрен на них.

– Ты сумасшедший.

– С некоторых пор я также думаю. Идём, – поправив свою эрекцию, сказал Сан, и мы продолжили путь к авто.

– Не ожидала, что ты, эм…

– Я понял твою мысль, и скажу тебе больше, – подав знак водителю жестом отойти, и сам открыл мне двери, приглашая в салон «Мэрса». – Я ещё и философствую и цитирую таких личностей как: Сенека, Рене Декарт, Сократ…

– Ого…

дверь за нами захлопнулась и через минуту мы отправились в путь.

– Ни «ого», а два высших образования за плечами, – у меня возник диссонанс, я была обескуражена. Как человек с такими познаниями стал убийцей, что его сподвигло или я чего-то не понимаю?

– Не забивай свою голову, – поняв правильно мой задумавшийся вид, обратился ко мне Сан.

– Не забиваю, – слукавила, но его взгляд с прищуром говорил: «Я всё вижу, меня не обмануть». Встала со своего места, и забралась бочком на его колени, закинув ноги на кожаное сиденье, я скинула туфли на пол. Прильнув всем телом, вдыхаю его запах, и мои непрошенные мысли тут же рассеиваются.

– Что случилось? – спросил меня, положив свою ладонь мне на поясницу.

– Ничего, просто приятно чувствовать твой запах, – его и без того стальное тело напряглось, а спустя пару секунда он выдал:

– Иногда ты мне ставишь мат, быстрее, чем я успеваю погрузиться в игру.

– Хм… – усмехнувшись, говорю ему:

– Не знала, смотри, могу и привыкнуть, – пошутила я, однако Хасан ответил вполне серьёзно:

– За свои годы достаточно познал женщин и разбираюсь в них, ты совершенно другая и мыслишь иначе, – пришла моя очередь напрягаться.

– Что это означает? Недостаточно интересная?

– Ты очень интересная. Никогда не принижай себя, кто бы что не говорил.

– А если это будешь ты? – неожиданно для себя поинтересовалась я.

– Я не буду тебя принижать. Запомни, птичка, мужчина, принижающий свою женщину, не вправе им называться, ибо своих женщин не принижают.

– Ты самый лучший мужчина, я просто не могла полюбить другого, – сказала, глядя с восхищением в его глаза.

– А вот слушать и слышать своего мужчину, может только сильная женщина, под стать ему.

– Ты так интересно преподнёс, что с тобой нельзя не согласиться. И всё же, к какой категории отношусь я?

– Ты – моя женщина, разве это не исчерпывающий ответ? – мягко, держа за скулы, приподняв моё лицо, глубже заглядывая в мои глаза.

– Ты меня просто не хочешь обидеть, только и всего, я вовсе не сильная, – с небольшой грустью улыбнулась ему.

– Ты невнимательно слушала, Катя. Сила в твоей мягкости и в уме, – меня так повело от слов Хасана, что я потянулась к его губам для поцелуя, а он вместо поцелуя, поглаживая большим пальцем мою скулу, тихо сказал:

– Приехали, Кать, надо выходить.

Глава 40. Катя

Хасан помог мне выйти из салона автомобиля, и пока, он отдавал распоряжения своему управляющему, который, в спешке вышел нас встречать, я рассматривала высокое и большое здание клуба, с яркой вывеской по центру «Double direction», что в переводе с английского означало: «двойное направление». Ни разу посещала заведения такого уровня. Обратив внимание на то, что здесь два входа, к каждому вела широкая лестница с подсветкой. Подняв голову, обратила внимание на голубую неоновую дорожку на правой стороне здания «Lounge club»*, а на левой «Strip club». Понятно теперь, откуда такое название: «Двойное направление».

– Ну что, идём? – приобняв меня двумя руками за плечи, тихим голосом спросил Сан, вблизи моего уха, обдавая своим теплом, чем вызвал табун мурашек.

– Ты здесь работаешь? – поинтересовалась я.

– Да – это моя работа, у меня кроме этого клуба