Рубиновое сердце для светлого принца драконов - Ирина Эльба

— Считай, что жрицы выполняют роль дамбы и подпорок. Когда начнется полноводье, они помогут расширить берега и утихомирить стихию.

— Будет больно, да?

— Не знаю, Элька. У меня все тоже в первый раз, — вздохнула сущность, и я почувствовала волну тепла от нее.

Тем временем жрицы закончили свои странные манипуляции и замерли на расстоянии вытянутой руки, глядя теперь на леди Онахель.

— Единственный уцелевший храм находится в центре Рубинового княжества. Я отправила туда слуг для всех необходимых приготовлений. Так что уже завтра мы сможем провести обряд…

— А сегодня нельзя? — с таким непередаваемым выражением спросил Алмаз, что я смущенно опустила взгляд, а эсса нагло захихикала.

Эти ночи мы проводили вместе. Болтали перед сном о разном, уютно молчали или самозабвенно целовались. Наслаждались теплом друг друга, тая от щемящей нежности, и сгорая от страсти, не в силах ее утолить. Так что да, я тоже бы не отказалась провести обряд уже сегодня.

— Моя девочка, — с умилением протянула сожительница, и я прицыкнула на нее, чтобы не подслушивала мысли и не смущала еще больше.

— Можно и сегодня, — едва сдерживая улыбку, кивнула леди Онахель. — Для перехода уже все готово, но… Ваше высочество, позволите задержаться на час и украсть невесту?

Дракон послал вопросительный взгляд и, после легкого кивка, выпустил мою ладонь. Фаворитка императора тут же ее перехватила, а затем поманила жриц за нами.

— Элианна, драконы бывают очень настойчивы… Прежде всего я хотела убедиться, что это — обдуманное и взвешенное решение, — проговорила женщина.

— Да, леди Онахель. Признаюсь, оно далось мне не сразу. Но сейчас я уверена, как никогда.

— Даже не сомневалась в этом, но должна была спросить! — улыбнулась фаворитка. — Я понимаю желание мальчика поскорее прибрать к рукам свое сокровище. Только мужчины совсем не думают, что для девушки первый раз — нечто особенное.

Вот тут я бы поспорила. Эйдан еще как думал. И это проявлялось не только в его словах, но и в прикосновениях. Во взглядах и приятных подарках. Он буквально окружил собой, позволяя привыкнуть и окончательно избавиться от страха. Если бы этот самый страх был… Вот только мы, деморы, иначе смотрели на эту сторону отношений. И если выбирали себе спутника, то отдавались ему целиком и полностью. Без остатка.

— Я подозревала, что он не сможет удержаться, поэтому подготовилась.

89

В этой части замка я еще не была, поэтому не сразу поняла, куда мы идем. А это были термы. Бассейны, наполненные магической водой с кристаллами-накопителями. Здесь же ждали служанки, а возле одной из стеклянных стен я заметила черно-красный шелковый наряд.

— Сейчас десять минут полежишь в воде — этого хватит для восполнения сил. Затем легкий массаж — поверь, лишним не будет. А после откроем переход в храм.

— А Алмаз?

— Он пойдет туда отдельно. Не будем дразнить мальчика раньше времени, — подмигнула женщина и хлопнула в ладоши. — Приступаем!

Пока меня готовили к обряду, леди Онахель и жрицы сидели в стороне и пили чай, о чем-то живо беседуя. На все процедуры действительно потребовалось не больше часа. И да, силы во мне буквально кипели и требовали развить какую-нибудь бурную деятельность. Будь то избавление от врагов или первая брачная ночь. Смущало только присутствие жриц во время… инициации.

— Хватит думать о посторонних вещах. Лучше думай о пирожочке. Когда он тебя увидит… М-м-м!

Да, в нарядах фаворитка императора разбиралась. Красивая сорочка из алого шелка с черными кружевными вставками подчеркивала все достоинства фигуры, сочетая в себе одновременно скромность и яркий вызов. Халатик немного прикрывал этот разврат, но недостаточно для душевного спокойствия Алмаза. Очень надеюсь, что к моменту нашего появления слуги уже уйдут. Не уверена, что их присутствие остановит распаленного дракона.

В храм Изначального пламени мы перемещались вчетвером. Леди Онахель осталась во дворце, пообещав подготовить императора к новости о нашем скоропалительном бракосочетании. Чувствую, завтра нам с Алмазом будет весело. Но это только завтра.

Впереди была целая ночь, разделанная на двоих…

А еще трех жриц и эссу. Групповушка какая-то, честное слово!

— У тебя неверное представление об определении этого слова , — гаденько захихикала нахальная сожительница. — Мы же будем не участвовать, а смотреть!

— Ну, вот конкретно ты…

— Я тебя тоже покину, чтобы не мешать процессу перестройки и активации Сердца. Вы с Алмазом будете только вдвоем. Хватит переживать об этом!

Очень хотелось напомнить про жриц, но я не стала. Есть вещи, которые просто надо пережить. Их присутствие — одна из них.

Храм Изначального пламени выглядел печально. Долгие годы одиночества оставили свой пагубный след. Пожалуй, самое подходящее для него слово — руины. Я шла по коридору, переступая через осколки витражей и камни. С грустью рассматривала истлевшие гобелены и мертвые деревья.

Но это пока… Как только все закончится, я вернусь в княжество. Восстановлю дом и построю новый храм. А позже… Позже попробую вымолить у императора прощение для своего народа.

90

В центральной части было намного приличнее. То ли благодаря магии этого места, то ли слугам, успевшим привести его в относительный порядок. У дальней стены виднелся алтарь, заботливо укрытый пушистым покрывалом. Там же лежали подушечки и даже лепестки роз. Неподалеку имелся столик с кувшином, кубками и разными закусками. И во главе всего этого — Эйдан.

Встретившись с золотыми глазами дракона, я почувствовала горячую волну, прокатившуюся по всему телу. Кровь прилила к щекам, по шее и ниже, вызывая сладкую дрожь. Предвкушение, разлившееся в воздухе, заставляло жадно облизывать губы.

— Интересно, за что Онахель мне мстить? — пробормотал Алмаз, когда я подошла вплотную.

Ожидала, что он обнимет, но мужчина остался недвижим. Разве что дышал очень часто и глубоко.

— Боится сорваться и недотерпеть до обряда , — фыркнула сущность, а затем отделилась. — Пора начинать.

Жрицы, словно услышав слова эссы, обступили алтарь и нас, заключая в своеобразный круг. По помещению поплыла пробирающая до мурашек песня, отдаваясь вибрацией силы. Разгоняя кровь. Туманя сознание. Разжигая пламя. И вот вместо трех женщин вокруг нас сверкал огонь. Такой же золотой, как глаза моего мужчины. Такой же горячий и жадный, как он.

В этот же миг Алмаз качнулся ко мне, заключая в крепкие объятия,