Сердце подонка - Катерина Пелевина

Я бесконечно благодарна за то, как нашими жизнями распорядилась судьба…

Пусть не сразу, но мы в итоге пришли друг к другу…

— Вот эта, посмотри… Тут есть вообще всё… Я бы мог как Лёха, но… Нас трое будет уже… Я хочу, чтобы ты принимала участие в выборе…

— А мне не по себе, что твой отец собрался купить нам жильё… Это же дорого… Ужасно дорого…

— Хомячок-хомячок… Ты не перестаешь меня удивлять, — смеётся он и обнимает на нашей кровати. Мы теперь не по разным комнатам, как было раньше. Я теперь у него… И наша паучиха по-прежнему с нами. — Так что думаешь…

— Мне нравится…

— Ещё можно подумать о доме, Жень… Я тоже нашёл варианты… Тут детские уже есть… Смотри, — показывает мне, упоминая как бы невзначай «детские»…

— А куда нам две?

— Ну… — замолкает он и смотрит на меня. — Вдруг… Лично я бы…

— Что?

— Я хотел брата или сестру… Родных…

— Я тоже… Но заранее брать такое жилье не стоит. Мало ли что…

— Душнилааааа, — выдаёт он и смеётся. — Твоя мама может немного прекратить, а, и на секунду отступить от своих дурацких правил? — кладёт ладонь и поглаживает мой живот. Приятно…

Я сразу же улыбаюсь… Даже если он обозвал меня душнилой…

— Он говорит, что не может…

— Нет… Он как раз говорит, что убедит тебя… И что ему нравится этот дом… — улыбается Никита, снова и снова показывая мне эти фото. Дом действительно красивый… — Смотри какой двор… Я могу сделать там домик на дереве… Помнишь, рассказывал…

— Помню…

— Ты говорила, что это классно…

— Так и есть… Просто я пока…

— Ну давай хотя бы съездим туда… И посмотрим… Вдруг что-то внутри зажжётся, да? М?

Смотрю на него и вздыхаю.

— Ты кого угодно убедишь, да?

— Это ментальная связь с твоим пузякой… Он на тебя воздействует, а я с ним разговариваю… — чуть поднимает мою футболку и начинает целовать, шоркая мою нежную кожу своей колючей щетиной, и я смеюсь.

— Дураааак… И что он говорит?

— Что очень тебя любит… Ему нравится, как ты смеёшься…

— А ты можешь быть ещё более милым? Наташка говорит, что тебя как подменили… — смеюсь, потому что реально… На свадьбе Ник даже ухаживал за ней, помогая дойти до женской уборной, потому что Лёха готовил фейерверки во дворе, а она знатно напилась шампанского…

— И пусть… Натаха говорит. А ты сама разве не чувствуешь этого?

— Чувствую… — улыбаюсь я, взъерошивая его волосы. — Ладно, хорошо… Я согласна посмотреть…

— Ессс… Отлично. Договорюсь тогда… — он слезает с кровати и начинает звонить кому-то.

А я лежу и напеваю себе под нос какую-то мелодию, которую недавно слышала, а потом вдруг…

Звонок в домофон…

— Жень, доставка может, — кричит он из ванной. — Я щас, не ходи сама!

— Нет, я схожу… — встаю и направляюсь вниз. Потому что мне не сложно. Это он думает, что я еле двигаюсь, но у меня ещё даже намёка на живот нет… Не могу же я постоянно только и делать, что лежать. Двигаться тоже нужно.

— Да? — спрашиваю в домофон, который у них на воротах.

— Женя, привет… — звучит знакомый голос. — Не сбрасывай только… Я хочу подарок передать…

Сглатываю ком и открываю дверь. На этот раз идти боюсь, поэтому остаюсь тут… И зову Ника… А он как раз спускается со второго этажа.

— Я договорился сегодня на шесть вечера, малыш… — замечает мой растерянный вид. — Ты чего? Кто там?

— Кира… Идёт сюда…

— Блин, нафига ты ей открыла? — спрашивает и идёт обнять меня.

— Потому что она не просто так, наверное… Поговори с ней…

Ник хмурится и вздыхает.

— Я не хочу…

Но потом мы слышим стук в дверь, и нам приходится открыть… Потому что не вежливо и даже грубо.

Его бывшая держит в руке небольшую красивую подарочную коробку и выглядит такой, блин, несчастной, что у меня всё каменеет.

— Жень… Это тебе. От чистого сердца…

Ник, как и следовало ожидать, не даёт мне её открыть. Берёт сам, потому что очевидно вообще никому теперь не доверяет.

— Справедливо, — выдыхает Кира с огорчением. — Я рада за вас. Пусть у него всё будет… А я почему-то уверена, что это он. Мальчик… Всегда хотела мальчика с то… Не важно… — отводит взгляд. — Извините в общем за всё. Я не хотела и не хочу ругаться… Поздравляю ещё раз, Ник… Женя… — с тоской бормочет она и начинает уходить, а у меня внутри всё щемит.

— Кир… — зову её, сделав шаг навстречу, и она оборачивается. — Ты… Хочешь с нами чай попить?

— Да… Я бы хотела…

Ник так на меня смотрит… Но, кажется, понимает…

Потому что они с ним тоже целый год были вместе. Какая-то связь ведь всё ещё жива, да?

И, пригласив Киру в дом, мы идём втроём на кухню пить чай, кушать остатки огромного торта, который остался после свадьбы родителей и открывать подарок. Красивый голубой мобиль с медвежатами и песенками, на пульте…

— Очень приятно… Спасибо… Он такой милый…

— Я впервые что-то детское выбирала… Переживала очень… — дрожит её голос, пока она смотрит на нас обоих…

Я знаю, что она его до сих пор любит… Возможно, эта любовь другая, но… Она там внутри неё. Он это тоже понимает…

И мне жаль, что у них так всё получилось, однако, я не жалею, что мы встретились… И никогда не пожалею об этом…

Тем более сейчас…

Провожаем Киру, и я мысленно держусь за свой живот, хотя там ещё не за что держаться… Внутри так много эмоций… А Ник выдыхает, обняв меня за талию.

— Есть ли кто-то мудрее тебя, хомячок, а?

— Не знаю, Ник… Надеюсь, я всё сделала правильно…

— Правильно, Женя… И всем уже пора для себя уяснить… Они не смогут нас разлучить, чтобы там, нафиг, ни было… Да?

— Да, Хорольский… — крепко хватаю его за руку, сплетая наши пальцы в замок. — Чтобы там, нафиг, ни было…

Глава 38

Никита Хорольский

И всё-таки мы выбрали тот дом…

Я же обещал моему хомячку, что будет всё, как она захочет. Что у нашего ребёнка будет всё… А это личный двор, своя песочница… Свой бассейн. Это ведь очень удобно для младенца. Я уверен…

Естественно, она до сих пор очень тяжело относится к тому, что жильё нам купил отец. Но я думаю, что в нормальной семье так и должно быть. А может, я просто зажрался, не знаю… Тут либо я сам должен был пахать, бросив учёбу,