Сердце подонка - Катерина Пелевина

— У нас крутой дом, такой стол, блин, наготовили. Чего нервничать-то? Натаха снова скажет, что в таких живут толстосумы…

— Да, она так точно скажет… — хихикаю, думая о лучшей подруге. Когда я рассказала про предложение и дом… Она так у меня визжала… Радовалась, что всё плохое позади… Что мы наконец тоже имеет свой угол… Только она ещё не знала, что это не угол, а…

Целый дворец, блин. В стиле Хорольских. Мне, конечно, тоже нравится. Я отрицать не буду. Тут уютно… Но у меня всё ещё осталась тяга к маленьким домам. Есть в них что-то особенное… Как то место, где я лишилась невинности… Где Ник впервые взял меня… Та самая дача. Она безумно, просто ужасно мне понравилась. Я бы сделала там что-то вроде загородного домика для семьи. Ляпнула однажды, и Ник так загорелся… Но после этого ничего не говорил… Может, забыл? Хотя зная своего мужчину… Он ничего не забывает. Лишь мотает на ус…

— Ник! Приехали! Они приехали! — верещу, заметив, как Лёшкина машина пересекает двор. — Ура, ура-ура!

Эмоции буквально меня захлёстывают. Накрывают с головой. Я же тут теперь хозяйка… И это впервые…

— Ну всё, релакс… Я пошёл открывать, — смеётся он, направившись к двери, а я за ним, как ребёнок…

Встречаем мы их под мои довольные визги… Обнимаемся…

— Наконец-то…

— Я так скучала по тебе, милая моя… Ташааааа…

— И я по тебе… по вам, хома… — говорит моя лучшая подруга, протягивая мне пакеты. — Ничего знать не хочу! Это вам!

— Ну… Зачем?!

— Всё, открывай! Мы с Лёшкой так старались! Все детские магазины обшманали…

— Ага, у нас была целая спец операция, — подмигивает Лёша, пожимая Нику руку. — Офигеть у вас тут дворец… — осматривается и присвистывает, поймав небольшое эхо. Кстати, именно оно мне в больших домах и не нравится…

— Да уж, — закатывает глаза Наташка. — Пошли! Пошли открывать подарки и сплетничать! — толкает нас обоих из прихожей в гостиную…

Под гогот парней и наш звонкий смех мы оказываемся на диване возле камина и нашей красавицы-ёлки… Болтаем, делимся секретами, ощущениями, рассказываем как нам семейная жизнь…

— Я такой стол приготовила… Идём, а… Мне как-то даже не ловко… Всё ведь стынет, а мы тут сидим… Вы нас задарили…

— Сейчас пойдём, — хихикает Наташка. — Вот этот ещё открой… Этот брал чисто Лёша! Я-то унисекс тянула, а он ну только для пацана…

— Да?

— Ты не первый, чувак, — отвечает Ник, посмеиваясь, и я достаю красивый голубой вязаный комплект, аж глаза слезятся.

— Так красиво, Лёш… Спасибо…

Шмыгаю носом, переселяемся за стол, рассказываем о том, что всё состоится 2 февраля, и Наташа тут же начинает кипешевать.

— Блиииин… Это ж надо… И то, и это…

— Да всё мы успеем, — отмахиваюсь, но она не перестаёт перечислять.

— Ой, а я буду подружкой, нет, да? А ты, Красильников… — накладывает салат, пробует между разговором и…

Замирает…

— Что такое? Таш… Ты чего?

Секунды не проходит, как она стрелою бежит в сторону уборной, а наши глаза встречаются. Мне аж не по себе становится. Как так-то… Я старалась, и…

— Господи, ну он же свежий… — поднимаю и пробую. — Да… Всё свежее. Ник, посмотри…

— Свежее, конечно, — пробует он, и мы оба таращимся на Лёху…

— Вы чего это? А?

— Не знаю… Твою барышню там сейчас тошнит, если что… — выдаёт Ник с улыбкой, а Лёха тут же хмурится.

— Не… Не-не-не… Мы всегда в презике. Доучиться хотели и вообще… — подвисает он, пробуя салат. — Свежий, блин… Вкусный… — косится, пока мы ржём. — Тут что… Помидоры, да?

— Ну да… Черри…

— Сука… И вчера утром то же самое… Из-за помидор… Блин…

— Опааааа, — подливает масла Ник, и я тычу ему в бок локтём.

— Прекрати, — фыркаю, когда Лёшка встаёт из-за стола и идёт за Наташкой, а мы с Ником смотрим друг на друга и замираем.

— Господи… Что теперь будет? А если да…

— Значит… Будет у нас лучший друг… С рождения, — кладёт ладонь на мой живот, а я хватаюсь за сердце.

Господи, неужели так вообще бывает, а?

Это ведь что-то свыше… Запланированное вселенной… Разве нет?

Глава 40

Никита Хорольский

Это нравится мне всё больше… Лёха тоже скоро будет батей… Оборжаться просто можно. Не знаю, как так сложилось, но получилось очень даже миленько.

Сейчас мы сами в том месте, где когда-то скрепили союз сердец наших родителей…

В зале размытых светом стен, у меня сердце колотится скачками, будто хочет вырваться из груди. В этот момент всё кажется очень высоким и очень важным — ведь сегодня я женюсь на ней, на самой особенной, на той, что превратила всё в яркое, живое чувство. В настоящее…

Взгляд мой ищет её среди лиц, что собрались здесь, пытаюсь сохранять равновесие, но всё равно шатает. Даже если батя рядом. Лёха, Тоха и Ванька… Все пацаны стоят возле меня горой в ожидании моей невесты… Поддерживают меня. Я её с утра не видел… Мне не разрешали. А так хотелось… Ещё и Натаха ходила дразнила меня, показывая фотографии комнаты, где мою Женю собирали… Говорила «ой, Хорольский, повезло тебе, конечно… Береги, целуй и нежь мою красавицу… Будь хорошим мужем».

— Минус один… — бормочет Тоха, обняв меня за плечо.

— Слышь, минус один… Мы его не потеряли вообще-то… — ворчит Лёха в ответна это. Самому же скоро жениться, блин. Аж смешно… Он уже и предложение сделал… А Натахина мама там грозилась повесить его на фонарный столб во дворе за это… Весело у них там в общем было…

— Кто бы говорил, — тут же встревает Ванька, и они с Лёхой опять вступают в тупые препирания как обычно. Этим двум только дай повод… Не угомонятся никак. Дурачьё.

— Завязывайте, у меня и так сейчас истерика случится…

— Ты чё, братан, — хватает Лёха за оба плеча. — В глаза смотри. Сдрейфил, что ли?

— Да иди ты, блин… Я хочу, чтобы всё идеально прошло… А вы тут со своими…

— О… Вон она, вон она, — причитает Ванька, заглядываясь в толпу… И я выныриваю из Лёхиной хватки за одну грёбанную секунду…

У меня в ожидании спирает глотку… Я что-то совсем перенервничал. Сейчас отстегнусь, нахрен. Прав был Ванька, нужно было пригубить с утра…

Но вдруг я вижу её…

Она, как утренний рассвет, спокойная и сияющая одновременно. Её глаза как два огонька, полные надежды и любимых моментов. Волнение внутри меня растит желание сжимать её руку, держать крепко и не отпускать, чтобы этот миг стал навсегда частью