Министерство мертвых. Отверженный принц - Ольга Олеговна Пашнина

простирался бесконечный серый океан. Соскользнуть со спины огромного существа было проще простого, но на абсолютно гладкой шкуре не было ничего, за что можно было ухватиться для спокойствия. И я старалась сидеть неподвижно, чтобы не нарушить ненароком равновесие.

Сложно было сказать, сколько мы плыли, по ощущениям около часа, но при себе у меня не было часов. К счастью, вскоре потеплело. Кажется, утро сменилось днем, и хоть солнце или другая звезда были надежно скрыты плотными облаками, одежда на мне вскоре высохла, и дрожь прошла.

Гадать, что будет дальше и получится ли вернуться в Мортрум, довольно быстро надоело. И я стала размышлять о месте, в котором оказалась. Впервые в жизни я была в по-настоящему ином мире. Не безжизненном междумирье типа Мортрума и не на привычной Земле, а в совершенно другом пространстве, с другими законами, существами, мироустройством.

Водный мир – я назвала его так – производил странное впечатление. Он определенно восхищал масштабами, мощью природы, силой воды. Вода здесь обладала абсолютной властью, она таила в себе смертельные опасности и требовала уважения.

Но все же мир казался мне неправильным.

Пустое небо, лишенное солнечного света и красок.

Пустой горизонт, куда бы ты ни смотрел.

Темные волны, милостиво расступающиеся перед балеопалом.

Я ненавидела пазлы. Иногда мне их дарили, и я раз за разом пыталась собрать яркую картинку, которую обещала коробка, но снова и снова психовала, путаясь в деталях. Мне не хватало усидчивости, терпения, а еще – спокойствия. Я лишь однажды дошла до конца, собрав всю картинку – милого пса, бегущего по пляжу. И обнаружила, что последней детальки в наборе просто напросто нет. Всего одна деталька из тысячи, ее отсутствие смотрелось как дыра прямо посреди спокойного синего моря.

Этот мир напомнил мне о той детальке. Как будто кто-то взял и вытащил кусочек из огромного пазла.

Наконец вдали показались скалы. Они возвышались над поверхностью воды, острыми пиками устремляясь в небо. Такие же серые, как все вокруг.

Я невольно задумалась: как они появились? Какие силы сделали их такими, проложили туннели внутри? По каким законам вообще живет этот мир?

Балеопалы замерли у пологой скалы, послушно дожидаясь, пока мы перелезем на камни. А затем скрылись в глубинах, не издав ни звука.

- И что дальше? – спросила я.

- Идем. Мать хочет видеть тебя.

Сначала я не заметила узкий лаз между скал, но когда паренек ловко проскользнул куда-то в недра тоннелей, увидела темную полоску пустоты.

Мой похититель даже не боялся, что я попытаюсь сбежать. Со всех сторон нас окружал океан. Вздохнув, я полезла в недра скал, надеясь, что все не так страшно, как кажется, и у меня получится выпутаться из передряги, в которую я опять попала по чужой милости.

Глаза не сразу привыкли к темноте. Несколько раз я едва не упала, оступившись в темноте. Потом тоннель сделал поворот – и я очутилась в большой пещере, по периметру которой мерцали странным голубоватым светом факелы.

А еще в пещере были балеопалы. Точнее, их похожие на людей формы. Десятки мужчин и женщин, похожих на магистра Тордека. И в то же время разных.

По рядам прошел шепоток.

- Это она? – спросил кто-то.

- Смерть?

- Такая юная. Она ведь юная?

Голосов становилось все больше и больше, шепот перерос в возбужденный гомон. Я чувствовала, что надо что-то сказать, но не знала, что именно. Облизнула губы, набираясь смелости, и тут из толпы вышла женщина.

То, что это именно женщина, я поняла по одеянию, чем-то напоминающему юбку из блестящей плотной ткани. Она единственная была одета.

- Ты – смерть, - произнесла она, склонив голову.

- Не совсем. Я страж. Храню границу между миром мертвых и живых. Я не властна над смертью, только помогаю душам идти дальше.

- Это неважно. Важно лишь то, что ты пришла с той стороны. А значит, ты – та, кого в наших легендах зовут смертью. Можешь звать меня Мать. Я – Прародительница Южных Скал, одна из Великих Источниц Жизни.

- М-м-м… очень приятно. Аида. Можно просто Аида, я пока еще… э-э-э… ничего не прародила.

Мать жестом пригласила меня в центр пещеры, на нечто напоминающее каменную скамью. Остальные расселись вокруг нас прямо на землю. В противоположном конце пещеры я увидела небольшой бассейн с привязанными лодками и уходящий куда-то во тьму тоннель. Должно быть, эта пещера использовалась в качестве въезда в целую сеть тоннелей в скалах, по которым балеопалы передвигались.

- Мой сын ничем не оскорбил тебя и не обидел?

- Нет. Хотя я и не понимаю, зачем было везти меня сюда. Если вы хотели о чем-то поговорить, можно было обсудить все на границе.

- Свойство дара Нойдера таково, что если он пробудет на границе чуть дольше – навсегда уйдет. Смерть не в нашей природе, поэтому материи, управляющие ей, довольно хрупкие. Мне хотелось бы, чтобы ты, юное создание, увидела наш мир при других обстоятельствах. Но у меня нет иного выхода.

- Вы сейчас о чем?

Я занервничала. В голосе Матери звучали тревожные нотки: сочувствие, но вместе с ним решимость и какая-то обреченность.

- Все началось несколько Светил назад. Наши проводники стали находить тела балеопалов. Ужасные, обезображенные тела. Убийца вырезает их сердца, оставляя умирать медленной и мучительной смертью. Без сердца балеопал живет несколько дней, до тех пор, пока его кровь не растворится в океане. И никто не в силах ему помочь. У балеопалов нет врагов в нашем мире. Мы знаем, что происходит с нами после смерти, и не трогаем тех, кто еще недавно делил с нами пищу и кров. И тех, кто будет делить в будущем. Нечто иное убило их, некто темный и жестокий, пришедший из вашего мира.

- Вы уверены?

- Мои дети видели, как открывался проход. И как тень с легкостью переступала границу, нарушая равновесие нашего мира. Мы знали, что смерть иногда приходит к нам, чтобы увести кого-то за собой, но не думали, что смерть может быть настолько жестока и безжалостна. Ни один балеопал в истории не видел, как смерть убивает. Но это случилось. И это сделал тот, кого ты называешь братом.

- В каком смысле братом? –