Любимый злодей. После - Д. С. Одесса

Кира, Саломе и Мерена. Но наступил день, когда Гавриил захотел большего, а потом еще большего, и еще… а я не смогла. Страшные дни наступали все чаще, так часто, что физически я уже находилась на пределе своих сил. После того как Мерену, первую девушку Тимура, с которой я познакомилась и которая была моей лучшей подругой больше четырех лет, убили у меня на глазах за неповиновение, настал момент, когда я решила бежать.

Я знала, насколько могущественен и влиятелен Гавриил и что он выследит меня, где бы я ни спряталась. Тем не менее я готова была заплатить такую цену за этот побег. Если бы меня убили в процессе, смерть только освободила бы меня от необходимости возвращаться в ад, которым правили Гавриил и его братья. Я хотела вернуться к своей семье, от которой когда-то сбежала после ссоры. Хотела вернуться к своим подругам, просто хотела домой.

Именно поэтому однажды утром я улизнула и очутилась у обрыва, где меня выследил Гавриил.

И тогда я решила прыгнуть. Без плана, что делать дальше. Не выстрелив в Гавриила, который обрек на смерть столько людей в этом мире и обрушил беды на их головы.

Но я не желала становиться убийцей. Не желала закончить так же, как он, и не смогла нажать на курок. Предпочла добровольно спрыгнуть со скалы, чтобы присоединиться к Мерене, а не стрелять в Гавриила, чтобы потом тоже получить пулю. Прыжок в море был первым самостоятельным решением, которое я приняла за долгие годы.

Я в отчаянии прижимаю руки к груди, так как не могу дышать. Чувствую вкус крови, а мое тело отключается. Он действительно сделал это. После стольких лет он сделал это. Убил меня.

Кровь струйками стекает по пальцам и впитывается в красное платье, в то время как я в последний раз поднимаю взгляд на Демона.

Посмотри на меня. Пожалуйста. Хотя бы раз.

Мои глаза отчаянно ищут его. Где ты? Я почти не осознаю, что уже лежу на спине, вокруг кто-то громко выкрикивает приказы, а закрытое маской лицо Демона низко нависает над моим.

– Я… люб-лю… тебя, – выдавливаю из себя я, и в горле что-то булькает.

Он хватает мою окровавленную руку и притягивает к своей маске. Хотя у меня перед глазами все постепенно расплывается, я вижу, что его глаза блестят. Он плачет. Неужели из-за меня?

«Ты был великолепен, – хочу сказать ему я. – Мы еще увидимся. Я буду ждать тебя, я тебя найду, где бы ты ни был, мой Демон. Мы принадлежим друг другу, разве ты этого не чувствуешь?»

Как бы мне хотелось произнести это вслух. Хотелось бы услышать его голос, но я ничего не слышу. Ни выстрелов, ни криков, ни его распоряжений, хотя он постоянно поворачивает голову в сторону и явно с кем-то разговаривает. Мое тело несколько раз содрогается, с губ капает кровь.

Я чувствую, как Демон прижимает меня к груди. Я вдыхаю его запах, в то время как веки все сильнее наливаются тяжестью и смыкаются навсегда.

Этот манящий аромат, который я узнаю где угодно. Везде. Всегда…

Глава 20

Демон

Ослепленный местью, ты рискуешь наделать ошибок. А ведь она была ниспослана мне свыше. Моя роза. Как я мог пожертвовать ею ради своей мести?

Я знал, что ей страшно. Что она не хотела выходить из лимузина, как будто знала, что сегодня умрет.

Единственное, чего я желал, – это месть. Возмездие за тот день, когда «Зетос» вторглись в дом моей семьи и расстреляли всех гостей. И вот теперь я отомстил, но потерял самого дорогого человека в своей жизни. Она лежит и умирает у меня на руках, а я ничего не могу сделать.

Я был твердо уверен, что Гавриил спасет свою жалкую жизнь, что он убежит, как трусливая крыса, и не убьет Нурию. Какой же я дурак, какой же слабоумный идиот, который слепо жаждал мести, не задумываясь о том, какие ошибки может совершить.

– Все будет хорошо, – твержу я ей, – я с тобой. Я не оставлю тебя одну. – Ее глаза беспокойно мечутся из стороны в сторону, как будто она ищет меня, но не может найти. – Нурия. – Я встряхиваю ее.

Поймав мой взгляд, она невнятно выговаривает:

– Я… люб-лю… тебя.

– Нет, нет. Пожалуйста, не говори мне этого сейчас. Только не тогда, когда ты уходишь.

Хотя я надеялся слышать эти слова каждый день, каждую нашу встречу, ждал их в каждом чертовом сообщении, которыми мы с ней обменивались. Она любит меня? Правда?

– Квест! Кэмерон! Где носит этих чертовых врачей?! – отчаянно ору я. – Пусть немедленно идут сюда! – Прежде чем она умрет и покинет меня. – Продолжай бороться. Пожалуйста, боже, пожалуйста, оставайся в сознании.

Я продолжаю крепко прижимать руку к ее груди, чтобы она не потеряла еще больше крови. Ей очень трудно дышать. Кровь струйками стекает по губам, когда Нурия в очередной раз закашливается и вступает в мучительную борьбу со смертью. Я поднимаю ее руку к своей маске, чтобы она чувствовала, что я с ней, даже если не видит меня. Потому что ее взгляд снова уплывает вдаль.

– Я люблю тебя, corazónmío. Люблю так сильно, что не отпущу. Никогда. Ты останешься со мной, ты не умрешь и будешь… – Скрытый маской, я всхлипываю. – Ты справишься. Слышишь?! Ты – часть моей семьи. Последняя часть, которая у меня осталась. Волков не победил! Не допусти этого. Борись, пожалуйста, пожалуйста, ПОЖАЛУЙСТА!

Не давая возможности продолжить разговор, чужие руки разлучают меня с Нурией.

– Нет, руки прочь! – реву я на Кэмерона и Квеста.

– Ты должен ее отпустить, если хочешь, чтобы врачи ее спасли.

Нет, я не отпущу ее, не дам ей уйти! Я крепко прижимаю Нурию к своей груди, обнимаю и вдруг понимаю, что больше не слышу ее хрипов и дыхания.

– Нурия.

Я тут же отпускаю ее, чтобы заглянуть ей в лицо, как вдруг меня опять хватают чьи-то руки и тащат прочь.

– Если не хотите умереть, отстаньте от меня!

Я с силой толкаю Кэмерона в ребра и бью Квеста кулаком в лицо. Хотя Кэм на мгновение выпускает мое плечо, в следующий момент он уже оказывается у меня за спиной, дергает мою правую руку вверх, как при полицейском захвате, и тянет меня назад.

– Они не смогут ей помочь, пока ты им мешаешь, мужик! Можешь потом убить меня, ради бога, но сначала я хочу, чтобы Нурии помогли! И ты тоже этого хочешь!

Квест зажимает рукой