Его ботанка - К.О.В.Ш.

Когда его рука проскользнула под пояс ее штанов, Лена сжала его плечи, но не отстранилась.

– Я сделаю приятно, – пообещал Мирон, целуя ее за ухом.

Лена уткнулась ему в плечо, пряча взгляд, когда Мирон коснулся ее между ног. Ей было стыдно за то, какая она мокрая, а он наслаждался осознанием, что ей нравится то, что он делает. Он водил пальцами по влажной ткани ее трусиков, не спеша проникать под них, но даже эти легкие, едва ощутимые касания пробирали до дрожи.

Лена нетерпеливо ерзала под ним и сдавленно всхлипывала ему в губы, а Мирон не торопился.

Ему нравилось дразнить ее. Нравилось видеть ее такой.

Он едва не зарычал, когда Лена вдруг накрыла ладонью его член и стала гладить сквозь джинсы. Она застонала, когда Мирон проскользнул пальцами под ее трусики и стал ласкать ее клитор. Они двигались все быстрее и жестче, пытаясь угнаться за удовольствием, которое накатывало волнами до тех пор, пока не накрыло с головой. Лена кончила первой, укусив его плечо, а он сразу за ней.

Было хорошо и немного стыдно за то, что ему было достаточно просто потереться об нее, будто озабоченному пацану. Хотя сейчас он им и был. И за это было стыдно вдвойне. Он не должен был позволять себе… да ничего он не должен был себе позволять. От спонтанного секса с Леной его удержало только то, что у него не было презервативов, и еще осознание, что с Леной так нельзя. Она не из тех, с кем можно просто переспать, потому что очень хочется. А ему хотелось так, что он был готов попросить ее подождать и кинуться в ближайший круглосуточный магазин.

– О чем думаешь? – тихо спросила Лена, заглядывая ему в глаза.

– О тебе, – честно ответил Мирон.

Она улыбнулась, а потом поцеловала его в губы. Нежно-нежно, так, что ему сдавило грудь. И он осознал, что только что сделал и насколько сильно влип.

Мирон резко отстранился, а потом сполз с дивана на пол и стал шарить руками в поисках футболки. Если она еще раз так его поцелует, он уже точно не сможет продолжать убеждать себя в том, что…

– Что ты делаешь? – От напряжения в ее голосе грудь сдавило еще больнее.

– Мне надо идти.

– Куда? – Лена вскочила на ноги и непонимающе уставилась на него. – Мирон, что случилось?

– Лена, это все было неправильно, – выпалил он, натягивая футболку. – Я… я больше не буду притворяться твоим парнем.

Лена смотрела на него во все глаза, не понимая, что происходит. В глубине души она надеялась, что он скажет что-то вроде «я понял, что хочу быть твоим парнем по-настоящему», но вместо этого он почему-то пятился в сторону прихожей.

– Почему?! – не выдержала она, чувствуя, что вот-вот расплачется.

– Я… – Он сунул ноги в кроссы, а потом собрал волю в кулак и сказал: – Я не дам тебе того, что ты хочешь. Прости.

Глава 18. Сомнения порождают хаос

Мирон стер очередное сообщение с объяснениями – он написал их штук пятнадцать, но ни одно не отправил. Знал, что если они с Леной начнут переписываться, то он даст слабину. С того самого момента, как он вышел из ее квартиры, ему хотелось только одного – вернуться. Сгрести ее в объятия и сказать, что он идиот. И что она ему нравится.

Но в этом и проблема: она нравилась ему так сильно, что с ней у него не получалось быть эгоистичным. Он был готов сделать что угодно, лишь бы она улыбалась. И это могло поставить под удар то, ради чего он столько трудился. Когда любишь кого-то, то уже не принадлежишь себе – ты во власти того, кому доверил свое сердце. И если доверишься не тому… Мирон слишком хорошо знал, чем это все заканчивается.

Когда-то она любил Асю так же сильно, как сейчас ее ненавидел. Она была его первой школьной любовью. Его первой девушкой. Он был без ума от нее и легко закрывал глаза на все ее закидоны, потакая ее капризам. Даже прогуливал тренировки, чтобы провести время с ней, а потом Палыч орал на него, как сумасшедший, и гонял до потери пульса, чтобы «выбить дурь из головы».

Лена – не Ася, но от этого лишь хуже. Она заслуживает кого-то, кто поставит ее выше всего. Для кого она будет на первом месте, а не где-то в перерывах между тренировками, соревнованиями и попытками не вылететь из универа. И мысль о том, что этот кто-то – не он сам, разрывала грудь.

– Хватит! – приказал сам себе Мирон.

Он всегда был с дисциплиной на «ты», всегда умел говорить себе «нет» и заставлять делать через не хочу. Так почему сейчас он валяется на диване, как амеба, и жует сопли?

Мирон стиснул зубы и отложил телефон. Не важно, как сильно ему нравится Лена, – сейчас он должен думать только о своей цели. Ему дали второй шанс, и он не может его упустить.

Он резко встал и стал одеваться на пробежку, решив, что вытравит из своей головы Лену, чего бы это ему ни стоило. Перед тем как уйти, он заглянул к Оле, которая валялась на кровати и, судя по звукам, смотрела очередной турецкий сериал.

– Есть минутка?

– Конечно. – Оля закрыла крышку ноута и посмотрела на него. – Ты куда-то собрался? – удивленно спросила она, посмотрев на экран телефона. Время было позднее.

– Побегать, – пояснил Мирон. – Оль, можешь помочь?

– Компанию не составлю, даже не проси, – тут же замотала головой Оля. – У меня ноги отваливаются после вчерашнего.

– Да не, – помотал головой Мирон. – Лена хочет к тебе в группу.

– Знаю, она подходила ко мне на той неделе, – кивнула Оля, вспомнив их разговор.

Мирон нахмурился – он об этом не знал. Но так даже лучше – если Лена тоже этого хочет, так даже проще.

– Это можно устроить? – спросил он.

– Ну-у… Мне надо поговорить с Лидией Викторовной и, наверное, с деканом. Это небыстро и…

– Оль, пожалуйста.

Она во все глаза уставилась на племянника, не решаясь спросить, а потом все-таки задала вопрос, который не первый день крутился на языке. Она чувствовала, что дело нечисто. Сначала Лена, теперь Мирон.

– Что у вас происходит? Почему вдруг вы оба хотите, чтобы она ушла в другую группу? Вы поссорились?

Мирон нахмурился и сжал губы, не спеша с ответом. Он не знал, что сказать Оле. Что ему нравится Лена, он ей, судя по всему, тоже,