Ох уж эти иномиряне! - Юлия Викторовна Меллер

— Ох, Сева! Вот кем ты теперь себя видишь! Ты понимаешь, что получишь прозвище цепного пса?

— Пусть.

Головин не заметил, как упрямо выпятил подбородок и сжал кулаки.

— Ну да пусть — покладисто согласилась Ольга. — А меня прозовут сукой.

Всеволод удивленно посмотрел на неё, по-детски хлопая глазами, не зная, как реагировать.

— Надо будет придумать тебе другое прозвище, — усмехнулась Ольга. — Императорский молот? Чеснок? Клинок?

— А при чём здесь чеснок? — не удержавшись от улыбки, спросил Всеволод.

— Ну, это природный уничтожитель гнилостных бактерий или очиститель крови… не помню, но такое прозвище нам не подходит. А может прилюдно обозвать тебя мечом Императора? Сканером или Рентгеном будет понятнее?

— Олюшка, ты переволновалась.

— Оттого и несу всякую чушь, — согласилась она. — А чего мы стоим?

— Потому что приехали.

— Ох, Севушка, ты не рассказал мне, что делать в храме?

— Я сам впервые участвую в таком обряде. Нам всё объяснят.

Ольга хмыкнула, крепче ухватила его за локоть и с любопытством осматривая храм, прошла внутрь. Ничем особым он её не поразил, как и сам обряд. От каждого шага веяло формальностью с бюрократией и только напоследок, когда Ольга заставила расцвести цветы в горшках у арки, под которой их водили туда-сюда, жрец оживился и сонное царство наполнилось восклицаниями. А то служители решили, что раз нет гостей, то можно поочередно зевать, демонстрируя свои гланды и вздыхать.

— Разъезжаемся по домам? — неуверенно спросила Оля, выйдя из храма.

— Чтобы через пару часов вновь встретиться, — тепло смотря на неё, ответил он ей.

— А в Мёртвом мире мы будем вместе или лучше пока держать дистанцию?

— Вместе. Пусть все видят, что ты моя жена.

— А потом? Сева, я не давлю, просто боюсь поставить тебя в неловкое положение.

— Олюшка, почему ты боишься оказаться мне в тягость? Я не понимаю этого! В твоём мире что-то сломалось, раз в твоей душе поселился этот страх. Это мне надо бояться, что ты разлюбишь меня и скажешь, что не хочешь меня видеть.

— Сева… — начала Оля и замолчала. Потом улыбнулась и скрывая смущение от услышанного признания, спросила, будут ли они жить вместе до благоустройства имения.

— Моя квартира не уместит всех нас. Ты же не оставишь Васильчиковых?

— Ко мне ещё Орлов прибился, — с досадой напомнила она.

— Полковник съедет от тебя после того, как мы вернёмся из другого мира.

— А Совушкин? Он тоже прижился. Ему уже стол на второй этаж подняли.

— Он скоро получит приличное жалование, так что больше не станет тебя беспокоить. И Полозов с Ежовым переберутся в казарму.

— Вот и хорошо, а то признаться: устала я от этого сборища.

— Я могу попросить у императора дом поблизости от дворца…

— Нет! Захочет, сам даст, а лишний раз просить ни к чему. Давай пока останемся во флигеле. В нашем распоряжении будет первый этаж, а второй Васильчиковым за глаза хватит. И по нынешним временам пусть Полозов с Ежовым остаются.

Служебная коляска уже подъезжала к Ольгиному флигелю, когда она решилась вернуться к обсуждению дел. Это было непразднично, но такой уж у них со Всеволодом день получился.

— Сева, мы в столице перейдём в Мёртвый мир?

— Да. У нас нет времени отправляться в Нижний Новгород.

— Ты лукавишь. При поддержке императора можно было бы за сутки добраться поездом до Нижнего. У тебя есть сведения о городе, в который мы попадем, стартанув отсюда?

— Олюшка, мне Искин показывал карты крупных городов, и я уверен, что портал из нашей столицы ведёт в один из таких городов. Более ничего не знаю.

— Мегаполис, значит. А если мы не сумеем там устроиться?

— В маленьком городке нам не найти следов оставшихся в живых местных.

— Зачем? Нам бы не попасться им на глаза! Если они настроены на захват нашей Земли, то разговора не получится.

— Я понимаю, поэтому говорю только о следах, чтобы знать откуда ждать неприятностей.

— Ты хочешь собрать информацию.

— Не только. Нам нужны готовые образцы технических достижений. Я думал, что у нас есть время перенимать знания постепенно. Надеялся, что мы расположим гарнизон в Мёртвом мире и станем оказывать услуги нужным людям, которые развернут на Земле промышленность в нужном нам объёме, но угроза вторжения всё меняет.

— Меняет, но не отменяет, — усмехнулась Ольга. — На месте посмотрим, что удастся реализовать.

Коляска остановилась, Головин помог сойти ей и проводил до дверей. Задерживаться не стал. Ему предстояло организовать переход полсотни человек, а времени оставалось мало.

Интерлюдия

Император не мог усидеть на месте и вышел в парк. Расположенные в солнечных местах дорожки уже подсохли, и по ним можно было прогуливаться без опасения замочить ноги, но Вадима тянуло в глухую часть сада. Ему хотелось спрятаться ото всех и посмотреть на окружающих из тени. Так было легче. Как будто он отстранился от обрушившихся на него проблем и является всего лишь наблюдателем.

Уединение, тишина и ажурная тень от деревьев успокоила его мятущийся дух. Волнения, страхи, сожаления… всё улеглось. Теперь можно было подумать конструктивно.

Долгая беседа с Головиным помогла многое понять Вадиму, но она будет бессмысленна, если он не начнёт действовать. Куратор прав, считая, что необходимо срочно задействовать ресурсы Мёртвого мира для собственного усиления. Пока есть такая возможность.

Но Головин сосредоточен на развитии Империи в целом, а Вадиму необходимо резкое усиление армии. У него должны быть бойцы, которые смогут встать против иномирцев и выстоять.

Первыми будут гвардейцы Перунова полка. Верность генерала Белова подтверждается главой «Ока» и Головиным. Да и сам Вадим уверен в преданности генерала. Но мнение Головина в этом вопросе первично.

Он не чует, не пользуется фактами, а знает, что творится в голове каждого из подданных Империи. Что бы он ни говорил, но дар его намного больше, чем он показывает. И императору нравилась осторожность Всеволода Аристарховича.

Сложнейший и опаснейший дар не вскружил ему голову. Более того, умение мыслить выводило его в ряд полезных людей для Империи. А вот Ошкин… Из-за его нерадения, корысти и интриг Вадим чуть не пропустил серьёзную угрозу. И ведь князь не дурак — и тем опаснее его близость к трону!

Император достал из кармана крошечный блокнотик для записок и чиркнул главе «Ока» пару строк:

«Князь Ошкин больше не должен появиться в столице. В ближайшие годы пусть он оправдывается от подозрений в измене».

Вадим поднял руку и к нему подбежал слуга.

«Следят» — с досадой подумал он, а потом решил, что это всё же удобно. Не надо кричать, выходить на слепящее весеннее