Ох уж эти иномиряне! - Юлия Викторовна Меллер

— Но вы не смогли пробиться сквозь мою защиту!

— Мой уровень владения даром слишком низок, чтобы вы могли быть уверены, что вовсе не подвержены внушению.

— И всё же… впрочем, вы правы, риск неоправдан, — нехотя признал правоту император. — Ошибка может всем нам стоить слишком дорого.

— Вы очень мудры.

Его величество раздражённо дёрнул плечом, но посмотрел на Головина с волнением и произнес:

— Поэтому вам предстоит допросить нашего пленника. Павел Григорьевич вас подстрахует, но он будет действовать только в случае вашей неудачи. Нам все же желательно узнать мотивы действий Проводника. Других носителей информации у нас нет.

— А если иномирец сумеет взять под контроль главу «Ока»?

— Вы немедленно убьёте его!

Головин удивленно распахнул глаза:

— Павла Григорьевича?

— Если сочтете, что опоздали, то Павла Григорьевича, — медленно произнёс император, — но лучше лишить жизни Проводника!

Всеволод Аристархович хотел сказать, что не представляет, как справляться с сильным одаренным, но понял, что уже всё решено. Кроме него допрос вести некому…

Император дал ему время освоиться с новым поручением и только когда Головин кивнул, хлопнул его по плечу, желая удачи. Всеволод вышел. В коридоре стоял глава «Ока», прислонившись спиной к стене. Павел Григорьевич был бледен. Он стоял закрыв глаза и молил богов об удаче.

— Идемте, Всеволод Аристархович, — закончив молитву, глухо произнес он. — Нам следует торопиться. Каждая минута нашего промедления может обернуться для нас усилением врага.

Головин следовал за генералом и размышлял. Он сортировал накопившиеся вопросы по важности, обдумывал способ защиты от ментального воздействия иномирца, сожалел, что не может посоветоваться с Олюшкой. Она могла предложить неординарный выход из сложившейся ситуации, но теперь уж не было времени за ней посылать.

— Вы готовы? — резковато спросил генерал и поморщился от прорвавшейся в голос нервозности. Ему было стыдно бояться, но оправдывало его лишь одно, он боялся не умереть, а позора. Если он по воле иномирца засунет большой палец в рот и наложит в штаны, то весь род будет опозорен.

— Готов так же, как и вы, — усмехнувшись, ответил Головин, прекрасно чувствуя настрой товарища.

Охрана осталась позади. У дверей, где держали Проводника никого не было. Глава «Ока» сам звенел ключами, открывая замки, сдвигая задвижки или разматывая веревки. Все эти хитрости были призваны задержать иномирца, если ему удастся взять под контроль ситуацию.

Открывая последнюю дверь, генерал быстро проскользнул внутрь и метнул в окованного цепями пленного деревяный шарик, попав ему прямо в лоб. Приподнявшийся при появлении гостей иномирец охнул и откинулся на лежанку.

— Вот так, — удовлетворенно констатировал генерал. — А то слишком шустрый. Он занёс кулак, чтобы вновь дезориентировать Проводника, но Головин остановил его:

— Подождите. Пока это лишнее.

Глава «Ока» застыл в напряжении, готовый в любую секунду повторить удар, но взгляд иномирца оставался расфокусированным. И тогда генерал снял с пояса оковы и быстрым движением засунул в них свои руки, защелкивая замки.

— Всеволод Аристархович, это ради вашей безопасности, — быстро пояснил он. — Если эта тварь захочет мной управлять, то у вас будет пара лишних секунд, чтобы все исправить. Бейте сначала меня по голове, а потом вырубайте пленника. Ключ от оков в коридоре в общей связке, которую я положил в нишу. Вы видели где.

Головин обескураженно кивнул, одновременно опуская руку в карман и сжимая ту самую палочку-выручалочку, которая защитила его от игольчатой твари. Наощупь он активировал её, выбрал режим обездвиживания и развернул так, чтобы было достаточно хлопнуть по карману ладонью.

Для вида из другого кармана достал платок и промокнул лоб. Только сейчас до него дошло, что он входил к императору, имея при себе тайное оружие. Никто не поверит, если он скажет, что элементарно забыл про него и только сейчас, думая о том, какие меры предосторожности предприняла бы Ольга, вспомнил.

— Жалкие обезьяны, — прохрипел иномирец. — Вы пожалеете…

— О чём же? — живо отреагировал Всеволод, пытаясь вскользь посмотреть в глаза Проводника.

— Ты!!! — сразу подобрался тот и его взгляд потяжелел.

Головин ощутил мощный толчок в лоб, как будто его приложили бревном, но генерал среагировал мгновенно и хлопнул иномирца по ушам, звеня оковами. Давление на Всеволода оборвалось.

— Господин Куратор, — едва слышно обратился генерал, — я могу прямо сейчас перерезать ему горло. Считаю, что риск несоизмерим с пользой от допроса.

Иномирец застонал и демонстративно закрыв глаза, вновь прохрипел:

— Спрашивайте, я отвечу. Только дайте воды, а то от ваших ядов горло ссохлось.

— Воды нет, — отрезал генерал.

— Значит, ответов не будет.

— Ну и ладно, — выдохнул глава «Ока», быстрым движением извлекая нож и приставляя его к горлу иномирца.

— Ты это… брось, — попытался тот отодвинуться, но генерал надавил, разрезая кожу. Иномирец выругался на незнакомом языке.

— Ну вот, господин Куратор, видите, как запел? — с ненавистью процедил глава Ока.

— Зачем вы организовали открытие порталов у нас? — поспешил с вопросом Головин.

— Обезьянам не понять, — выплюнул иномирец, пытаясь отодвинуться от продолжавшего давить на него ножа.

— А вы попробуйте объяснить, — настоял Всеволод, а генерал взял за волосы Проводника, фиксируя его и дополнительно давя цепью на его лицо.

— Надо было подготовить атмосферу для моего народа, — с неохотой произнёс он.

— Что?! — воскликнул генерал. — Для какого народа? О чём ты говоришь, падаль?

Головин же не удивился. Он давно уже пришёл к выводу, что не все жители Мёртвого мира погибли. Несомненно, часть из них ушла в другие миры, но есть оставшиеся. Вполне вероятно, что в других мирах опаснее, чем выживание в той ситуации, в которой они оказались. К сожалению, Всеволод не разгадал, где выжившие могут прятаться.

— Аха-ха-ха, — рвано засмеялся иномирец. — Дикари! Тупые недолюди! Да даже крысы умнее вас! — он хрипло засмеялся, пытаясь сквозь прикрытые ресницы поймать взгляд главы «Ока». Однако, Павел Григорьевич держал контроль краем глаза, зная чем чреват прямой взгляд глаза в глаза.

— Поясните пожалуйста, что вы имеете в виду, упомянув атмосферу? — напряженно, но вежливо спросил Всеволод Аристархович.

Пленный некрасиво поворочал языком, пытаясь смочить рот, а Головин, увидев сосредоточенно нахмуренный лоб Павла Григорьевича, коротко пояснил:

— Речь идёт о воздушном пространстве.

Генерал благодарно и одновременно смущённо кивнул. Иномирец хмыкнул и перестал дергаться. Более того, он закрыл глаза. Всеволод позволил себе рассмотреть его, пытаясь составить впечатление.

Черты лица пришельца были правильными, красивыми и благородными. На него хотелось смотреть, получая эстетическое удовольствие. Телосложение тоже было идеальным. Синяки, залегшие под глазами тени, взлохмаченные волосы, порванная одежда — всё это ничуть не умаляло общего вида.

— Вы — низшая ступень эволюции, — неожиданно четко произнёс