Ох уж эти иномиряне! - Юлия Викторовна Меллер

— И как же она собиралась нам помочь?

— Вера Ростиславовна обещала воздействовать на воду, которая находится поблизости от Проводника и преобразовать ее в снотворное.

— О как! Не знал, что жрицы так умеют, — удивился Вадим Храбрый. — Но к чему такие сложности?

— К Проводнику невозможно подобраться. Он словно чует опасность и заблаговременно уходит.

— Уходит? А вы не можете его задержать?

— Дар иномирца — строить порталы.

— Хорошо, я понял. Вы надеетесь, что Проводник выпьет воду?

— Да. Мудрейшая убеждена, что убаюкивающая водица не насторожит Проводника.

— Но тогда чего вы опасаетесь?

— Мудрейшая предполагает, что иномирец обладает ещё одним даром.

— Вот как? И каким же?

— Дар внушения. Вера Ростиславовна уверена, что стоит ему очнуться, как сопровождающие или мы сами попадём под его влияние.

Вадим Храбрый ненадолго задумался:

— Кстати, о воинах Перуна, — вспомнил он. — У нас не будет с ними проблем?

— На силу мы ответим силой. К тому же Перуновы бойцы ничего не решают. Они полностью подчинены жрецам, а те больше не доверяют Проводнику.

— Павел Григорьевич, я понял ваше затруднение, но полагаю, что вы уже придумали выход. Иначе бы не пришли ко мне.

Глава «Ока» замялся:

— Было бы проще убить Проводника.

— Нет. Мы с вами это уже обговаривали.

— Тогда мне понадобится доктор, который будет держать иномирца в невменяемом состоянии.

— Нет. Нам необходимо допросить его и получить четкие ответы.

— В процессе доставки замучить его, чтобы ни при каких обстоятельствах не смог сбежать, — предложил глава «Ока».

— Павел Григорьевич, не замечал ранее за вами такой кровожадности!

— Ваше Императорское Величество, исход для Проводника один. Вы же не собираетесь его миловать?

— Нет. Он будет жить только до тех пор, пока говорит полезное.

— Я же хочу избежать жертв среди своих людей. Мудрейшая мне поведала, как он одним взглядом выжигает мозги своим оппонентам или превращает их в рабов.

— Одним взглядом, говорите.

— Да, Ваше…

— Ай, бросьте, Павел Григорьевич. Не до этикета. Мы поступим так. Доктора привлекайте опосредованно. Поспрашиваете его, как можно человека сделать слабым, не способным двигаться. Если есть такое средство, то возьмёте его и сами вольёте в спящего или сделаете новомодный ныне укол. Это понятно?

— Да.

— Теперь следующее. Сразу же наденьте на Проводника кандалы, которые без ключа. И последнее: зовите на помощь Головина. Допрос будет проводить он, а вы следить за тем, чтобы Проводник не взял его под контроль.

— Но почему Головин?

— А вы ничего не замечали странного за ним?

— Странного? Нет. Признаю, что это умный и ответственный чиновник, но...

— Было бы иначе, я не назначил бы его Куратором, а вам не велел бы помогать ему. Но я спрашиваю вас о странностях. К примеру, комфортно ли вам с ним общаться?

— Я не барышня, чтобы…

— Какой же вы упёртый, Павел Григорьевич! Ну же, ваши слова никак не повредят Головину.

— Всеволоду Аристарховичу трудно смотреть в глаза. У меня каждый раз спина холодеет, когда он задерживает на мне взгляд.

— Вот! А теперь сопоставьте всё то, что вы знаете о Головине — и получите ответ.

— Он был советником, но после самовольного ухода в Мёртвый… — глава «Ока» потрясенно посмотрел на Императора и тот медленно кивнул. — Так значит, у Всеволода Аристарховича есть дар, как у Проводника?

— Не порталы открывать, а понимать людей, — уточнил император.

— Понимать?

— Да. И уж поверьте, это не интуиция, а именно умение заглянуть чуть глубже, чем все мы готовы показать. — Глава «Ока» напрягся, но Император понимающе улыбнулся и пояснил:

— Однако, Головин только начал осваивать свой дар, поэтому многого ждать от него не приходится. Но мы с вами вовсе беззащитны перед Проводником. — Вадим Храбрый чуть смягчил приказ о привлечении помощи, чтобы глава «Ока» не переборщил со своей подозрительностью.

— Я понял. Разрешите идти исполнять?

— Идите, Павел Григорьевич и не затягивайте. Головин не сегодня, так завтра поведёт в Мёртвый мир первую группу охотников из Перунова полка, и когда вернётся — неизвестно.

Глава «Ока» хотел было просить разрешения сходить вместе с Головиным в иной мир, но понял, что сначала надо закрыть вопрос с Проводником. А потом лучше спросить напрямую у Головина. Уж больно дивные вещи о том мире рассказывают те, кому повезло вернуться. Желающих туда попасть становится все больше и никого не волнует, что возвращаются единицы.

Глава Ока склонил голову и вышел. У него уже был проработан вариант с участием доктора, поэтому прямо во дворце он написал записку Головину с просьбой о немедленной встрече. Немного подумав, он написал Мудрейшей, чтобы она была готова действовать сегодня же вечером. Оставалось только уповать, что Проводник никуда не денется в ближайшие часы. По словам Веры Ростиславовны выходило, что он сидит на месте, боясь потерять остатки контроля.

— Вот мы и узнаем, какие у тебя дела на нашей Земле, — угрожающе произнёс глава «Императорского Ока».

* * *

Головин сидел в кабинете, просматривая поступившие сводки из разных городов о деятельности его инспекторов. Новости из Сибири оказались тревожными. Старший группы сообщал, что местные лесники заметили лежку одной из твари и убеждены, что она дала потомство. Правда, следов новорожденных не нашли за пределами лежки, но это могла оказаться одной из способностей иномирных существ.

— Только этого нам не хватало! — раздраженно стукнув кулаком по столу, Всеволод велел позвать к нему Совушкина.

Аспирант прибежал немедленно и торопливо прочитал переданное ему сообщение.

— А я говорил! Я предупреждал! — возбужденно воскликнул он. Не сдержав эмоций, Совушкин вскочил и размашисто жестикулируя, провозгласил: — Торжество жизни! Это закон любого мироздания!

— Мёртвый мир опровергает ваше заявление, Игнат Сергеевич. Будьте добры, сядьте, — ровно ответил ему Головин.

Совушкин обиженно посмотрел на него и плюхнулся на стул. Но тут же поднялся, набрал воздуха, чтобы развить дискуссию, но под тяжёлым взглядом Головина снова сел.

— Не согласен, — едва слышно буркнул он, но Всеволод Аристархович услышал.

— Не согласны? Доказательства? — устало потирая глаза, он вопросительно посмотрел на аспиранта.

— Доказательства? У меня их нет, — признался Игнат Сергеевич, но прежде чем Головин попросил покинуть его кабинет, поняв, что в таком возбужденном состоянии ученый ничего умного не скажет, аспирант продолжил: — И ни у кого не будет, потому что мы имеем дело с тем, чего не понимаем! Мы не можем понять, как мир мог взбунтоваться против населяющих его людей! Но это же факт?

— Да, это факт, Игнат Сергеевич. Я вам уже рассказывал, что данные получены у искусственного интеллекта, который фиксировал события до последнего.

— Да-да! У них пала природная защита мира, полезли твари из других миров, и они