Пленница варваров - Tommy Glub

Он был не слишком зол на меня. Скорее, рад, что, хоть кто-то выжил в той несчастной экспедиции. Но осознание того, что я - единственная выжившая, разбило меня. Столько благородных псионитов, учёных погибли... Это такая потеря, такое горе.

- Не обращая внимания. - Я дёрнула плечом и повернулась к опекуну. Он стоял на широко расставленных ногах, заложив руки за спину. Поза лидера. Поза победителя. - Просто слишком много всего случилось. Я думала.

Релон дёрнул уголками губ и сменил тон на более мягкий:

- И о чём же ты думала, Лита? - он наклонил голову набок, любуясь мной.

- О многом... - кажется, я покраснела.

- Я знаю, о чём ты думаешь, детка. - Релон вдруг обнял меня за плечи и притянул к себе. - Ты думаешь о тех двух мужчинах со слабой планеты Омарна.

Я невольно всхлипнула и закусила губу. Не хочу признаваться Релону. Не хочу, чтобы он говорил плохо об Амане и Эваре. Пусть у меня останутся, хотя бы воспоминания... Они только мои.

Рука опекуна огладила мои волосы с какой-то нежностью. Я отстранилась и заглянула в его такие опасные глаза.

- Они - достойные мужчины.

Релон выгнул бровь:

- Даже так? И чего же они достойны? - он спрашивает с насмешкой, с превосходством.

В принципе, всё правильно. Как ещё самые сильные существа во всей Вселенной должны говорить о самых обычных существах с других планет? Только ведь я тоже существо с другой планеты... И если бы не Рута, из-за которой я и попала в императорский дворец, шансов выжить на той Земле у меня не было. Ни одного. И сейчас меня накрывает злость.

- Всего того же, что имеете вы! - выплёвываю с какой-то яростью.

Релон чуть сжимает губы‚ выказывая недовольство. Вдруг ветер развевает его тёмные волосы, открывает высокий лоб. Этот величественный псионит чертовски красив. Неимоверно. Перед его силой мне хочется опустить голову и спрятать глаза. Но я не прячу взгляд. Император спускает пар, медленно выдыхая.

- Детка, - он кладёт руку мне на талию и увлекает за собой по одной из дорожек в тень раскидистых деревьев. - Этим миром правят сильные. И неважно, в каком секторе Вселенной ты живёшь. Это первый и самый важный закон мирозданья. Вы, женщины, мягкие, вы живёте чувствами. Поэтому я хочу защитить тебя. Хочу дать тебе самое лучшее. Чтобы ты никогда больше не узнала того, что тебе пришлось пережить в детстве...

- Релон... - мне становится стыдно.

Мой опекун, мой император... он думает обо мне, о моём счастье. Он не даёт мне договорить.

- Я понимаю твои чувства, детка, но только достойные тебя смогут получить твои сердце и руку, а также нашу защиту, - голос Релона звучит мягко, но в нём слышится стальная нотка. - Мне не сложно взять под покровительство ещё одну планету. Это не вопрос. Нет, не переживай, - он почувствовал, как я напряглась под его рукой, мышцы словно окаменели. - Мы не станем забирать власть на Омарне себе. Но твои мужчины должны доказать, что достойны тебя.

Мы останавливаемся, и Релон разворачивает меня к себе лицом. Его движения плавные, но уверенные. Наши взгляды снова встречаются, опекун кладёт руки мне на плечи. Его ладони тёплые и тяжёлые. В его глазах теплится пси-энергия, мерцая синим огнём. Завораживающе и безумно красиво.

- Если ты действительно нужна им, если они готовы рискнуть головой и своей планетой ради тебя, они прилетят, - его слова звучат как вызов. - И я дам им возможность высказаться. Я позволю тебе стать их официальной супругой. Я ведь правильно понял, они оба претендуют на тебя?

Закусываю губы и киваю, чувствуя, как щёки заливает румянец.

- Значит, правильно. Наберись терпения, Лита, - его голос становится мягче. – Ты достойна лучших! Ты - моя дочь. Если они испугались или не так сильно тебя любят, как ты себе придумала... значит, не судьба. Ты слишком молодая. Ты проживёшь длинную, интересную жизнь и однажды встретишь того или тех, кто будет готов отдать за тебя жизнь.

Я всхлипываю и упираюсь лбом в сильную грудь Релона. Его одежда пахнет таким знакомым и родным ароматом, что я моментально успокаиваюсь. Мой отец прав... Он мудрый император.

Мне осталось только дождаться Амана и Эвара. Но что, если они не прилетят? Эта мысль заставляет сердце сжаться от страха и неуверенности.

18.

Не верю, что Аман и Эвар отступят от меня лишь потому, что я принцесса империи псионитов. Разговор с Релоном я прокручивала в голове ещё несколько десятков раз, прежде, чем окончательно успокоилась и убедила саму себя в том, что, в конце концов, я действительно не простая девочка и их подданная. Для варваров остаётся либо идти на поводу у чувств и совершить невозможное, уступить собственным принципам, либо... просто сдаться и оставить на всё так, как есть.

Зная их, я очень долго сомневалась, что они смогут переступить через себя, рискнуть всем и прилететь забрать меня на любых условиях Императора. И тем не менее, изо дня в день я ждала, конечно. Всё равно ждала. Смогут ли они решиться рискнуть своим спокойствием? Я же видела их дом. Их родной город. Видела, насколько там живут спокойной, размеренной жизнью. Они строят дома, создают семьи и просто радуются мелочам. И Аман с Эваром так долго хотели попасть домой, что сейчас я могу их понять. Вряд ли они захотят променять счастливую жизнь на жизнь под присмотром империи псионитов.

Эта рефлексия порой ночами спать мне не даёт. Я мечтаю, несмотря ни на что, чтобы они прилетели. Я хочу вернуться в их дворец и просто ощутить снова тепло их тел. Во всей Вселенной нет существа, способного заменить их.

На Верне я мечтала оказаться дома, в комфортных спальнях и рядом с семьёй. Гулять по шикарным коридорам, рассматривать медленно движущиеся облака по небу, привычно гулять в любимом саду. А теперь я тут. И моё сердце рвётся совсем в другое место. Мне не вкусно кушать когда-то привычные блюда, не интересно возиться с племянниками, а каждый день наступает чаще всего очень неожиданно и не приносит желаемой свободы.

Мне часто снится Верна. И не потому, что это одно из самых ярких приключений в моей жизни. А потому, что с самой первой встречи с варварами