Замуж за Чудовище - Анюта Васильева

На этот раз я не стала злиться на Аскарова. Более того, молча отдала ему сумку, когда он протянул к ней руку, и, не говоря ни слова, надела утеплённый комбинезон, который для меня привёз Демид.

На улице минус сорок три. Пуховик у меня тёплый, но боюсь, что в колготках и джинсах я всё же замёрзну. Не хочу снова попасть в больницу. Да, и если простыну, малышу хорошо от этого не будет.

— С больничного в декрет. Ты постарался?

— Нет. Я толь состоянием твоим интересовался. Не вмешивался ни во что. Клянусь.

Что он?.. А впрочем, неважно.

— Тебе уже сказали, кто у нас будет? — у нас? Он что издевается? Но ругаться мне совсем не хочется. Скандальная Виолетта, как-то за эти два дня, отбила у меня всё желание ругаться вообще с кем бы то ни было. Её мужчине нужно ставить памятник при жизни. Надеюсь, что такая она только в период беременности. Хотя Виолле двадцать семь, и это её уже четвёртый ребёнок. Если так рассудить, то беременна она постоянно.

— Ты думаешь, только тебе дают полную информацию? — и всё-таки я злюсь. Раздражение в голосе хорошо это показывает.

— В заключение не пишут, кто будет, мальчик или девочка. — вот бесит. Почему Демид так спокойно реагирует на мою дерзость. Он словно боится меня.

Получается, с доктором, которая делала мне УЗИ, Аскаров не разговаривал?! Внутренне ликую. Хоть что-то могу от него скрыть.

— Дарина, врач убедил меня в том, что в этом первоначальном центре хорошие врачи, я склонен ему верить, но всё же, может, рожать в столицу поедем? — хочется съязвить, мол, тебе и не придётся, но что-то меня смущает в его голосе.

— Тебя что-то коробит? Что сказал врач?

— Врач сказал, то же самое, что и тебе. Всё хорошо, но за этим, как его? — Маловодьем, лучше следить. Поэтому я и предлагаю тебе другой вариант. Я найду сюда зама. Карцев меня не особо устраивает, нужен другой. Но на это, конечно, потребуется время, всё же думаю две, три недели и...

Я впервые вижу Демида таким растерянным. Хотя знала я его не слишком длительный период, но всё равно, мне кажется, подобное для него совсем несвойственно.

— Да к чертям вообще свернуть проект этот. Продам филиал, вместе с цехом. Или партнёры какого-нибудь. Хер знает!

Я не могла поверить в то, что слышу. Это что сейчас Аскаров из-за меня хочет продать бизнес, который будет приносить ему ежемесячно миллионы?

— Я хочу вернуться домой. — сказала после небольшой паузы — С квартирой я на самом деле погорячилась. Я пожалела о задуманном быстро. Даже тётке об этом сказала, но она меня так грамотно обработала. Говорила, мол, столько сделала много. Договорилась с людьми. Что я по-свински поступаю. Так нельзя. Хорошо, что квартира родителей вернулась ко мне. Вернулась же? — Демид уверенно кивает.

— Ты осталась одна. Молодая, и совершенно не была к подобному готова. Это нормально, что ты испугалась. Никакой поддержки рядом не было.

Посмотрев в окно, увидела на улице одинокого прохожего. Интересно, что вынудило его выйти на улицу в такой холод? Даже транспорты почти не ходят, да и машин совсем немного.

— Я всегда считал себя крутым мужиком. Таким, знаешь... — усмехается, — всё могу решить, со всем справиться. А на деле я оказался слабаком. — теперь невесело усмехаюсь я.

— Как самокритично! Почему слабак? — действительно не понимаю. По мне, так Аскаров любому даст отпор. Даже самому отвязанному головорезу. Потому что сам такой, — я точно знаю.

Пусть наш брак был коротким, но я же видела, как к нему относятся солидные мужчины. Его точно никто слабаком не считает. Скорее, напротив, Аскарова побаиваются.

— Трудно объяснить, Дарина. — мы неспешно двигались в потоке автомобилей, по направлению к выезду из города. — Моё собственное, Я, мне разум затмевало. Я очень давно придумал, распланировал свою жизнь и просто шёл по намеченному пути. Даже не задумывался о том, что в процессе могу захотеть чего-то другое.

Кажется, на Демида снизошло откровение, и подобное, оно ведь редко случается. Если вообще с ним когда-нибудь подобное было! — Я женился на тебе не по расчёту! С Минаевым я мог разобраться и так. Да, с тобой получилось гораздо проще, но, если бы я не хотел, Дарина, я бы не женился на тебе! — Демид повернул голову. На мгновение задержал на мне взгляд и снова переключил своё внимание на дорогу, продолжил. — И, разборки с Петром Минаевым, это лишь следствие, но не причина того, чтобы жениться на тебе.

— Ты сам говорил, сделал это в благодарность моему отцу. За то, что он спас твою маму. — говорю негромко, опуская голову.

— Ты же взрослая девочка, и не можешь не понимать, я отблагодарить мог и другим способом. Да, в конце концов, я мог просто отмазать тебя и, всё. Мы в расчёте.

— Ясно.

— Я не хотел развода! — Демид сказал это не слишком резко, но я всё же вздрогнула. — Не хотел, но опять же, моё устаревшее ви́дение собственной жизни... — Какого хрена только?! — усмехается Аскаров и замолкает.

Какое-то время едем молча. На улице действительно трескучий мороз, и думаю, если бы не этот тёплый комбинезон, что купил для меня Демид, его бы я ощутила в полной мере. А так, пока дошла до машины, разве что нос немного замёрз.

— Господи! — пугаюсь. Руками хватаюсь за голову.

39 Глава

— Что случилось? Дарина что?.. — Демид, спрашивает взволнованным голосом, он явно думает, что со мной что-то происходит, точнее, с моим здоровьем или с нашим ребёнком.

— Такой мороз. Меня дома не было двое суток! У меня наверняка разморозились трубы. Господи, сосед же предупреждал меня, что в морозы я должна хорошо протапливать дом. — заговорила быстро и довольно сумбурно. — Это не только чтобы дом не остывал, но и про трубы говорил.

— О боги… — выдыхает Аскаров. — Всё хорошо, Дарина. Я поручил одному из своих людей, поддерживать определённую температуру у тебя дома. Не переживай, сейчас там очень тепло!

Ничего не говорю, даже спасибо. Более того, теряюсь. Я, взрослый человек, и совсем забыла, что у меня есть определённые обязанности, которые, я должна выполнять.

Совсем недавно, я даже не подозревала о том, что самостоятельная жизнь настолько сложна. А ещё, как бы ни были строги со мной родители, в большей степени мама, конечно. Но, сложно не признать, что я росла в «парнике»! А городская жизнь, и вовсе