Замуж за Чудовище - Анюта Васильева

— Демид, если ты сейчас же мне не объяснишь, что это такое?.. — указательным пальцем показывает на меня, покручивая им. — То, между нами, всё будет кончено!

— Между нами и так всё кончено! Не делай вид, что ты не поняла ничего из последнего нашего с тобой разговора. Единственное, я хотел всё же, как-то по-человечески расстаться, поговорить. Но вижу с тобой бесполезно!

— Что ты такое говоришь, Демид? Ты из-за нашей последней ссоры? — Илона слишком явно играет роль. Строит из себя жертву. Но почему-то, мне кажется, Демид не понимает этого. Мужчины вообще не замечают, как правила подобного. — Да, я вспылила, была не права, прости, но это же не значит, что мы должны расстаться из-за подобной глупости. Да мы столько лет вместе!

— Давай не будем это сейчас здесь обсуждать! Ты же видишь, из кабинетов начали высовываться любопытные уши. Пойдём в мой кабинет!

— Только не говори, что ты всё-таки спал с ней? Ты же клялся мне, Аскаров, что не делишь со своей женой постель! Это твой ребёнок? Ты её сейчас защищаешь, потому что она от тебя беременна?

Плотно сомкнув челюсти, Демид хватает женщину за локоть и буквально волоком тащит её в свой кабинет.

Меня оглушает хлопок дверью, которую Демид захлопнул за собой. Но я продолжаю стоять словно статуя. И голова ещё так сильно кружится.

Вдох. Пошатываюсь, и чьи-то руки хватают меня за плечи, я медленно оседаю на пол.

Спустя пару мгновений, чувствую что-то влажное между своих ног.

Елена, или Людмила? Точно не помню, но женщина работает в отделе персонала. Она вместе со мной села на пол и обнимая меня, что-то говорит Ольге, которая только что вышла из бухгалтерии. Кажется, просит вызвать скорую, и та, взглянув на меня, округляет глаза, бегом мчится обратно в кабинет, очевидно, за телефоном.

38 Глава

Скорая приехала очень быстро.

Я жутко перепугалась! Двадцать шесть недель, срок очень маленький, и, если бы началась отслойка, а именно о ней сказали мне врачи скорой помощи в первую очередь, всё могло закончиться настоящей трагедией.

— Дарина Михайловна, малыш чувствует себя хорошо. Небольшое маловодье, но это не страшно. Пару дней нужно будет полежать у нас. — напрягаюсь, и это не укрывается от врача. Она тут же спешит меня успокоить. — Это исключительно для нашего с вами спокойствия.

Молодая женщина в голубом медицинском костюме, очень вежливая и внимательная. Она сказала, никакой отслойки нет. Лопнул какой-то там сосуд, близко расположенный к маточному зеву. В общем, на момент установления диагноза я очень сильно нервничала и могла что-то неправильно понять, но единственное, что я услышала чётко, — угрозы для малыша нет!

Аскаров ехал на машине вслед за скорой помощью.

Наверное, он что-то чувствовал. Будучи в приёмном отделении, я видела, он внимательно наблюдал за моим состоянием, но близко не подходил. Не уверена, но, может, боялся, что я ещё больше начну нервничать?

Демид пытался разговаривать с врачом в то время, пока я, лёжа на каталке. Я, будучи вся на взводе, громко сказала доктору, что этот человек для меня чужой, и о моём состоянии, и о состоянии плода, он не имеет права ничего знать.

Врач посмотрел на меня, кивнул, но я видела, он только сделал вид, что услышал.

Злость на Аскарова с каждым часом только усиливалась. Появление Илоны окончательно выбило меня из равновесия.

Я снова задуматься над тем, правильно ли я поступаю? И если утром я склонялась к положительному ответу, мол, Аскаров отец моего ребёнка, и он, имеет права быть с ним рядом, то сейчас я окончательно решила. — Я справлюсь сама!

Вот только уже вечером, мне принесли передачку. Туалетные принадлежности, тапочки, пижама, халат. Мой телефон и купленные для него наушники, — дорогие аирподсы! А ещё целая сетка фруктов. Ни от чего из переданного для меня, я не стала отказываться, потому что остро во всём этом нуждалась. Даже в последнем, потому как больничная еда, оказалась слишком пресной, и мне до зубного скрежета хотелось чем-то “догнаться”.

Даже наушники для телефона мне крайне необходимы, потому как со мной в палате лежит очень эмоционально негативно настроенная девушка. Негатив её не на меня направлен, на мужа. Она без конца выносит мужчине мозг. Причём, как по мне, совершенно без повода.

Слушать всё это я не хочу, и мне нестерпимо хочется закрыть уши, чтобы не слышать её голосовых сообщений, которые, она ещё и переслушивает за собой, иногда и не по одному разу.

Весь день, и до самого вечера, я была в жутком напряжении. Трогала живот, разговаривала с малышом. О Демиде старалась не думать, но получалось плохо. Где-то ближе к восьми вечера, безумно сильно захотелось спать, но я переборола себя, иначе ночью просто не усну.

Демид за это время звонил четыре раза. Больше не стал, но, если честно, я этими была крайне недовольна. Похоже, я и правда безразлична Аскарову. Он не стал мне надоедать. Всего четыре звонка, это тоже ни в какие рамки не лезет.

Успокоилась я окончательно только наутро, потому как проснулась от уверенных толчков моего мальчика. Да-да, вчера на УЗИ он, наконец, показал себя «во всей красе». Мне даже сделали снимок, где, отчётливо всё видно и сомнений нет, — у меня будет сын!

— Доброе утро, Дарина, как себя чувствуете? — на обход пришёл главврач, очевидно, у акушерки, которая принимала меня вчера, закончилась смена, потому как с доктором была другая женщина.

— Хорошо!

— Ваш муж просит разрешение навестить вас. Так приходить не решается. Не хочет, чтобы вы нервничали.

— У меня нет мужа! — отвечаю категорично, прекрасно понимая, мужем представился Аскаров, но делать здесь ему точно нечего!

— Ясно. Только у него на руках, свидетельство о браке. И мне с ним спорить сложно.

— Мы в разводе!

— Дарина Михайловна. Я понимаю ваше состояние, и заступаться за вашего мужа не стану, потому как отношений ваших я не знаю, да мне, впрочем, оно и не нужно. — доктор переворачивает страницу моей медицинской карты. — Согласен с коллегой, анализы в норме, УЗИ в целом неплохое. Совсем небольшое маловодье, но проблема решаемая. Только нервничать вам всё равно не стоит. — доктор что-то ещё прочитал в карте, и только спустя минуту, дополнил. — Я передам вашему мужу, что видеть его вы пока не хотите.

— Он, мне не муж! — в данный момент меня бесит настойчивость врача.