Отданная врагу. Ненужная дочь драконьего рода - Лилия Тимолаева

всего случившегося.

— Я подозреваю человека из его свиты.

— Это осторожный ответ.

— Потому что я уже однажды была виновной до доказательств.

Ровен кивнул.

— Справедливо.

В проходе появился Харрен.

— Господин Ровен.

— Что?

— Нашли ещё один ключ.

Ивена поднялась.

— Где?

— В сундуке Терена.

— Такой же?

— От боковой двери третьей секции.

Ровен выругался.

Харрен продолжил:

— И кусок верёвки. Такая же, как на заслонке.

— Всё?

— В кармане дорожной сумки — два обломанных клина с южным клеймом.

Теперь доказательств становилось больше.

Ивена всё ещё чувствовала неприятие.

— Бумаги?

— Ничего.

— Значит, приказ мог быть устным.

— Или уничтожен.

Ровен сказал:

— Этого достаточно, чтобы доказать саботаж.

— Терена — да. Отца — нет.

Ивена посмотрела на грядки.

— Пока не связывайте одно с другим.

— Хорошо.

Харрен задержался.

— Есть ещё кое-что.

— Что?

— Секретарь Ардалей требует немедленно поговорить с вами.

— Со мной?

— С лордом Эйдаром. И с вами, если согласитесь.

Ивена устало выдохнула.

— Приводите сюда.

— Сюда?

— Я не уйду второй раз.

Через десять минут южный секретарь стоял посреди первой секции в дорожном плаще поверх ночной одежды и выглядел глубоко несчастным.

Лисель пришла следом.

— Что происходит? — спросила она.

— Нашли человека, который открыл заслонки, — сказала Ивена.

Сестра побледнела.

— Кто?

— Терен.

Лисель остановилась.

— Терен?

— Ты его знаешь?

— Он работает у отцовского секретаря. Часто ездит с поручениями.

Южный секретарь поспешно вмешался:

— Я не отдавал ему никаких распоряжений. Клянусь.

— Мы не утверждаем обратного, — сказал Ровен.

— У него нашли ключи, верёвку и клинья, — продолжила Ивена. — Этого достаточно, чтобы связать его с саботажем.

Лисель посмотрела на ближайшие грядки.

— Всё погибло?

— Нет.

— Слава…

Она осеклась.

— Сколько?

— Пока потеряли часть третьей секции.

Лисель шагнула к краю.

Провела пальцем по повреждённому листу.

Её лицо изменилось.

Ивена знала сестру всю жизнь и всё же редко видела на нём такую злость.

— Зачем ему это делать?

Никто не ответил.

Южный секретарь сказал:

— Возможно, личная вражда.

Ровен посмотрел на него.

— Он раньше бывал на Севере?

— Нет.

— Знал Ивену?

— Едва.

— Тогда личная вражда выглядит любопытно.

Лисель повернулась.

— Терен не делает ничего сам.

Секретарь побледнел.

— Миледи…

— Вы же знаете.

— Леди Лисель, сейчас не время…

— Именно сейчас.

Она посмотрела на Ивену.

— Отец часто отправляет его с поручениями, которые не хочет обсуждать через обычных посыльных.

У Ивены холод прошёл по спине сильнее, чем от открытых заслонок.

— Какими?

— Не знаю. Я никогда не спрашивала.

И сразу добавила:

— Да. Знаю. Опять.

В голосе не было попытки оправдаться.

Ивена почувствовала, как злость на секунду смешивается с жалостью.

— Сейчас это неважно.

— Важно.

Лисель обхватила себя руками.

— Я привезла его сюда.

— Ты не открывала заслонки.

— Но могла спросить, зачем отец включил в свиту человека, который не нужен для переговоров.

— Ты знала, что он не нужен?

— Нет. Просто…

Она замолчала.

— Что?

— Терен не занимается договорами.

Южный секретарь прикрыл глаза.

Вот теперь всё становилось хуже.

— Почему вы не сказали вчера? — спросил Ровен.

Лисель ответила раньше него:

— Потому что я не заметила.

Сестра посмотрела на Ивену.

— Я опять не заметила того, что не касалось меня прямо.

Ивена хотела сказать, что сейчас не время разбирать прошлое.

Не успела.

Эйдар поднялся из нижней камеры.

Лисель сразу подошла к нему.

— Лорд Торвальд, я хочу увидеть Терена.

— Зачем?

— Спросить, кто дал приказ.

— Он не отвечает.

— Мне ответит.

Ивена покачала головой.

— Откуда такая уверенность?

— Он знает, кто я.

— Именно поэтому может солгать.

Лисель упрямо выпрямилась.

— Тогда хотя бы попробую.

Эйдар посмотрел на Ивену.

Решение оставил ей.

Она вздохнула.

— Иди. Но не одна.

— Ровен?

— Я сопровожу, — сказал управляющий.

Лисель ушла вместе с ним.

Южный секретарь остался.

Ему явно хотелось последовать.

Эйдар остановил:

— Вы останетесь здесь.

— Я представляю дом Ардалей.

— Именно поэтому.

Мужчина сжал губы.

Ивена вернулась к грядкам.

Допрос мог подождать.

Растения — нет.

Лисель не добилась признания.

Вернулась через полчаса бледная и злая.

— Он говорит, что ключи подбросили.

— Мы это уже слышали, — сказала Ивена.

— Я спросила про отца.

— И?

— Отрицает.

Ровен вошёл следом.

— Но один раз проговорился.

Эйдар повернулся к нему.

— Как?

— Леди Лисель спросила, зачем Орвену уничтожать теплицы, если он сам требует долю от дохода.

— Я сказала немного иначе, — буркнула Лисель.

— Значительно громче, — уточнил Ровен. — Терен ответил, что «лорд Ардаль не собирался отдавать Северу то, что может удержать Юг».

Ивена перестала двигаться.

— Дословно?

— Почти.

— А потом?

— Понял, что сказал лишнее, и снова вернулся к истории с подброшенным ключом.

Эйдар спросил:

— Записали?

— Да.

Ивена смотрела на тёмную землю.

Удержать Юг.

Она вспомнила отцовское письмо.

Сведения о запасах.

Зависимость от поставок.

Чертежи.

Если Торвальд сумеет восстановить собственное хозяйство, условия весенних переговоров изменятся.

Орвен сам написал это.

Она сожгла письмо, но помнила каждое слово.

— Он боялся, что Север перестанет покупать у Ардалей, — сказала Ивена.

Ровен кивнул.

— Возможно.

— Поэтому ему были нужны сведения о запасах.

— Да.

— Потом он увидел, что система приносит деньги, и потребовал долю.

Эйдар добавил:

— А после отказа совета хозяйство стало для него только угрозой.

Ивена посмотрела на него.

— Мы всё ещё не доказали приказ отца.

— Нет.

Она была благодарна, что Эйдар не стал превращать подозрение в факт.

Лисель молчала.

Слишком долго.

Ивена повернулась.

Сестра смотрела куда-то мимо них.

— Что?

— Ничего.

— Лисель.

— Я вспомнила.

— Что?

Она подняла глаза.

— У отца есть отдельная папка для распоряжений, которые передаются через личных людей.

Южный секретарь резко шагнул вперёд:

— Миледи, прошу вас…

— Что?

— Вы говорите о внутренних документах рода.

— Сегодня человек нашего рода попытался уничтожить чужое хозяйство.

— Вина ещё…

— Замолчите.

Ивена никогда раньше не слышала от Лисель такого тона.

Секретарь тоже.

Он действительно замолчал.

Лисель продолжила:

— Когда отец отправлял меня, он передал