Холод татами - Женя Онегина

– Он у нас веган, грэпплер и тиран, – громким шепотом сообщила мне Ксения. – И вообще страшен в гневе.

– Говорят, в этом доме есть даже подвал, где Жданов запирает нерадивых учеников, – добавил вошедший в комнату Владик. – Ксю, задание выполнено!

– Ты – мой герой! – воскликнула девушка и звонко чмокнула моего брата в щеку.

– Не ожидал я такого предательства, – задумчиво протянул Артур. – Никак не ожидал…

– Виноват. Исправлюсь! – хором гаркнули Макс и Влад.

И мы с Ксю расхохотались.

Вечер прошел легко. Холодный брют, красная рыба на гриле и салат из свежих овощей с рукколой как нельзя лучше характеризовали хозяев дома. Артур любил порядок во всем, Ксю дерзила по любому поводу, испытывая искреннее удовольствие от реакции мужа.

Макс привычно балагурил, травил байки, лишь отдаленно похожие на правду. А Владислав улыбался, и я чувствовала, что ему уютно среди этих людей. О том, что действительно объединило всех нас, я старалась не думать. Надеясь, что и Влад поступит так же.

Ведь жить воспоминаниями – это не жить вовсе. И я знала это лучше других.

Мы разошлись далеко за полночь. Максим рвался проводить нас до подъезда, но даже Ксю решила, что это будет лишним.

Уже подходя к нашему дому брат спросил:

– Ты уверена, что Русланов – это тот, кто тебе нужен?

– Он милый, – я беззаботно пожала плечами. – И он меня не обидит.

– Ты так уверена в нем?

– Хотелось бы верить, что да… – ответила я и толкнула ногой дверь в темный подъезд.

Незаметно пролетела пара недель. Стояла уже середина сентября, а о бабьем лете оставалось только мечтать. Пронзительный ветер и непрекращающиеся дожди накрыли город. Боясь простыть и подхватить пневмонию, я отказалась от утренних пробежек. Вскоре моему примеру последовал Влад. Но Жданов и Макс продолжали бегать вдоль моря в любую погоду.

Трижды в неделю парни уезжали в Калининград для тренировок в октагоне. Все остальное время они проводили в нашем клубе. Небольшого зала вполне хватало для ежедневных прогонов и тайминга. Макс выкладывался по полной. Первый бой был назначен на четвертое ноября. И времени оставалось все меньше. То, что противника определит жеребьевка, только подогревало общую нервозность.

Между тем Владик возобновил занятия с детьми. Он представил ребятам свою новую команду, и те пришли в восторг от возвращения Максима Александровича, но к Артуру отнеслись с опаской. Жданов же с нескрываемым интересом следил за первой тренировкой сезона, а в конце вышел на ковер и, ткнув в Ладу указательным пальцем, произнес:

– Продержишься против меня минуту – возьму в ученицы.

Лада продержалась. Артур бесцеремонно гонял ее по кругу, но девчонка огрызалась, даже уйдя в глухую защиту.

– Ты точно готова работать со мной? – спросил Жданов, когда запыхавшаяся девочка рухнула на ковер. Лада кивнула.

– Тогда отжимаемся. Двадцать раз, – бесстрастно произнес Артур.

Не спуская с мужчины хмурого взгляда, Лада медленно сняла перчатки и встала на кулаки.

– Считаешь сама.

Она справилась. Поднялась, вежливо поклонилась по уставу, не проронив ни слова.

– Послезавтра жду тебя за полчаса до начала общей тренировки. Сможешь?

Лада молча кивнула.

– Далеко пойдет девчонка, – проговорил Жданов, когда дети вышли из зала.

– Если не сломается, – заметил Владислав.

– Я не сломаю, если ты об этом.

– Зачем она тебе? – спросила я.

– Мне? Ни к чему. Но у нее сильный характер, и я могу помочь ей. Я хочу помочь ей, Вера. И она этого хочет. Стать лучшей, оставаясь собой.

На следующий день, воспользовавшись короткой передышкой, которую обычно дарило утро субботы, мы с Максимом, взяв по стаканчику латте, гуляли вдоль моря. Погода была на удивление светлой и теплой.

– Как давно ты знаешь Артура? – спросила я, заставив Русланова удивленно вскинуть брови, а заодно и испуганно сжать кофе в руках.

– Достаточно. Лет восемь, наверное. Мы познакомились в университете, – осторожно ответил мужчина.

– Он тоже изучал океанологию?

– Мы ходили в один зал, – Макс сделал вид, что не заметил моей иронии.

– И?

– Что?

– И что было потом?

– Ничего. Разговорились. Начали общаться. Пару раз встретились после занятий.

– И случилась любовь?

– Ты издеваешься? – спросил Макс, и я наконец уловила раздражение в его голосе.

– Нет, просто интересно, с чего начинается настоящая крепкая мужская дружба в двадцать первом веке.

– С того же, с чего и во времена мушкетеров, – произнес мужчина. – Со смерти. У Артура погиб друг.

– Во время поединка? – пробормотала я, ругая себя за любопытство последними словами.

– Это не моя история, Вер, – ответил Максим и взял меня за руку. – Он сам расскажет, если посчитает нужным. Мы познакомились в то время, когда Жданов был зверем. Молодым, сильным, озлобленным на весь мир. И он мстил, Вер. Мстил себе в первую очередь, изводил себя тренировками и не щадил противников. А потом ему попался тот самый паренек, совсем мальчишка. И я остановил бой. Не рефери, не угол противника. А я. Я помог Артуру снова стать нормальным человеком. А он помог мне.

– Почему вы оба снова и снова возвращаетесь на ковер? – спросила я, пытаясь осмыслить ту боль, что пережили эти двое.

– А почему Владик принял мое предложение, не знаешь? Потому что просто так взять и уйти не получится. Потому что холод татами под босыми ногами невозможно забыть. Спроси как-нибудь об этом у Ксю.

– У нее тоже есть в запасе страшная история?

– Еще какая!

Стало ясно, что больше Русланов ничего не расскажет. Я аккуратно пощекотала его ладонь, и он ответил мне смущенной улыбкой.

Я повисла на его локте, подставляя губы для поцелуя. Русланов немедленно принял мое приглашение, но я заметила тень облегчения, мелькнувшую в его взгляде.

– Можете выдыхать, Максим Александрович. Я больше не стану вас пытать! – прошептала я ему в губы.

– А я больше не поддамся, можешь не стараться! – заявил Русланов, прижимая меня к себе.

– Совсем-совсем?

– Угу! Лимит на откровения исчерпан.

Я обиженно надулась. Но Максим явно решил сменить тему.

– Пригласишь к себе? Что-то на улице стало прохладно…

– А разве тебе не пора в зал? – на всякий случай спросила я.

– До вечера я совершенно свободен.

– Даже так…

Не знаю, было ли это тайным заговором Влада и Жданова или же обстоятельства действительно были сильнее желаний, но сентябрь уже подходил к концу, а нам с Максом так и не удалось остаться наедине.

Не то чтобы кто-то из нас торопил события. Напротив, Русланов был максимально сдержан и рук не распускал. А я… Я просто боялась.

Да и времени на личную жизнь катастрофически не хватало. Плотный график