Грязные истины - Ева Джеймин

— Придурками, убившие Фло, — прохрипел он. — Мы не успокоимся, пока не покончим с ними.

Жар за моими глазами разгорелся сильнее, и я прижала к ним тыльную сторону ладоней. — Я очень стараюсь не думать об этом, — призналась я. — Я знаю, это делает меня дерьмовым человеком, но… вид ее лица, когда они схватили ее, преследует меня, и я не переживу следующие дни, если буду продолжать переживать это заново.

Ретт кивнул. — Я понимаю. Скоро будет время оплакать ее, но если мы сейчас расклеимся, то окажемся в такой же ситуации. Это режим выживания, и как только мы окажемся в безопасности, то разберемся с эмоциональными последствиями.

То, как он это сказал, подсказало мне, что это была не первая его смерть. И не первый человек, которого он оплакивал. Шрамы Ретта были не так заметны, как мои, но они были такими же глубокими.

У всех нас в прошлом были порезы, ушибы, переломы и потери, и казалось, что тьма еще не совсем покончила с нами. Это уже стоило нам одного друга и сестры из их группы.

Мне оставалось только надеяться, что потерь больше не будет. Ретт, Джейс, Грейсон… и даже Анджело, в какой-то степени, были частью моего прошлого, владели частичками моего сердца и души, и если я потеряю одного из них… Я бы этого не пережила.

двадцать четыре

БИЛЛИ

Когда мы согласились с тем, что пора связаться с Брендой, на нашем пути возникло одно небольшое препятствие. Ни у кого из нас не было мобильного, а стационарный телефон в доме был отключен. Единственные логичные идеи, которые нам могли прийти в голову, заключались в том, что мы должны либо выйти на главную дорогу и надеяться, что проезжающий водитель одолжит нам свой телефон… или вернуться на ферму Бренды.

Я была категорически против возвращения на ферму, и на этот раз Джейс был согласен со мной. Приняв это решение, мальчики проголосовали против того, кто должен отправиться за помощью. В конце концов, Джейс ушел из дома сразу после обеда, и Ретт повернулся ко мне с кривой улыбкой.

— Только ты и я, Торн. Чем ты хочешь заняться, пока мы будем одни? — Его выразительное покачивание бровями сказало мне, что он шутит, но, черт, это было заманчиво. Так чертовски заманчиво. Я ничего так не хотела, как восстановить разрушенные мосты между нами и заверить Ретта, что яникогда не переставала заботиться о нем.

Или, может быть, я хотела, чтобы он успокоил меня.

Но темное облако травмы и опасности нависло над нами, поэтому я просто пожала плечами и направилась на кухню. Может быть, где-то припрятана банка растворимого кофе, даже если нам придется пить его черным.

Ретт, казалось, уловил ход моих мыслей, порылся в шкафчиках и, широко улыбаясь, вернулся с чайником для плиты.

— Мило, — прокомментировала я, слабо улыбнувшись в ответ. — Сначала промой его. Кто знает, как долго хозяева отсутствовали. — Холодильник был пуст и выключен, так что, должно быть, прошло какое-то время.

Теперь, когда наступил день, я почувствовала себя увереннее, включив свет, чтобы помочь обыскать кладовую. К моему огромному облегчению, я нашла не только запечатанную банку растворимого кофе, но также пакетик сахара и несколько пакетиков сухого молока.

— Это как Рождество, — заметил Ретт, когда я показывала ему свои призы. Он уже поставил чайник на плиту, нагревая нам воду, поэтому просто прислонился к столешнице и скрестил лодыжки. — Значит...не беременна.

Ах, мы вернулись к этой теме. Я покачала головой. — Нет. Ни капельки.

Его губы растянулись в кривой улыбке. — Это не имеет значения, но ладно. Хорошо. Я имею в виду...

— Я знаю, что ты имеешь в виду. — Я спасла его прежде, чем он успел вырыть себе словесную яму. Дети были прекрасны и все такое, но быть матерью наследника мафии Риччи, привязанной к семье Анджело на всю оставшуюся жизнь и вынужденной жить как — любовница, не входило в мои жизненные планы. Не то чтобы у меня был план, но если бы он у меня был, это не имело бы никакого отношения к Риччи.

Я обхватила себя руками, благодарная Джейсу за мягкую фланелевую рубашку, которую он нашел для меня. В ней было уютно и тепло и она скрывала все мои шрамы.

— Ты хочешь поговорить... об этом? — Спросил Ретт после нескольких секунд неловкого молчания.

— Этом? — Эхом повторила я, затем покачала головой. — Нет. Ни о чем из этого. — Ни об Анджело, ни о моем фальшивом ребенке, ни о пытках, ни об уходе от него, ни о гребаном Джейсе, никакогогребаного Джейса. Ни о Фло. Черт. Фло была мертва. — Ты? Хочешь поговорить...?

Он долго смотрел на меня, теребя зубами кольцо в губе. Затем со вздохом выпустил его. — Насчет некоторых вещей… нет. Другие вещи, да.

Мне нужно справиться со своими нервами. Почему я так чертовски нервничала? Это был мойЗеп, плохой парень-рокер с сердцем из чистого золота. Он никогда не причинил бы мне вреда. Даже когда он поверил, что я ношу ребенка Анджело, он думал о том, как вернуть меня. Как я могла чувствовать себя в его присутствии иначе, чем в полной безопасности?

— Ладно, конечно. Это справедливо. Итак, эм, что...

— Между тобой и Джейсом что-то произошло? — Спросил он, полностью выбив меня из колеи.

Мой рот открылся и закрылся, как у рыбы. Затем я ответила со всей силой своего интеллекта и остроумия. — А?

Глаза Ретта сузились. — Ты и Джейс. Этим утром казалось, что… Я даже не знаю. Как будто вы оба ненавидите друг друга в сто раз сильнее, чем раньше. Я думал, что после всего, что было прошлой ночью, вы, ребята, могли бы стать ближе, но все наоборот. Он не мог бытьболее нетерпеливым отправиться в одиночку на миссию, и это было очень похоже на то, что он пытался увеличить расстояние между вами двумя.

Я облизнула губы. — Эм…

Меня спас свист чайника, возвестивший о том, что вода закипела, и я принялась искать кружки для нашего кофе. Ретт, казалось, удовлетворился тем, что оставил вопрос о Джейсе без внимания, и я вернулась в кладовую, чтобы посмотреть, нет ли там чего-нибудь съедобного не с просроченным сроком годности.

К сожалению, после кофе удача отвернулась от меня. Лучшее, что я смогла найти, — это пару банок тунца. Вздохнув, я показала Ретту, и он скривил лицо от отвращения.

— Думаю, я потерплю, — пробормотал он,