Наследники. Выжить в Академии - Екатерина Шельм

— Фиона, держись! Мы сейчас тебя поднимем! Не двигайся!

— Надо позвать старших.

— Отличная идея, займись этим, Юрген.

— Но я не знаю как.

— Да ты что? Дебил хренов, лезь давай!

Не знаю, сколько времени прошло. Вверху кто-то копошился, надо мной ревел ветер, а я всё дрожала, вцепившись в ступени.

— Я-ящик… — еле ворочала языком. Прикусила, пока падала. Ящик вытащил исцеляющее, и оно зависло рядом со мной. Но чтобы его взять, нужно было оторвать руку от камня. Да я стояла на двух ногах, второй рукой держалась за ступень, но оторвать от спасительной лестницы руку? Я просто не могла.

В кармашке рубахи был кусок бумаги с заклятием. Можно было достать его и позвать Дейвона. Пусть бы прилетел и спас меня. Но и это я сделать не могла. Только не его! Только не так. Не звать на помощь на полосе как балованная принцесса.

— Фиона, я не дотягиваюсь плетью. Ты должна подняться хоть немного, — закричал Ференц. Надо же. Фиона. Не Вашество.

Я была так напугана и всё так сильно болело, что из глаз покатились слёзы. Боли, страха, обиды. Чёртовы слёзы, я и так ничего не вижу!

«Исцеляющее!» — подумала я, и флакон тут же оказался передо мной. Дрожащей рукой взяла его, зубами вытащила пробку и сделала три глотка. Три достаточно. Ничего не сломано, по крайней мере, ничего крупного, или я бы не удержалась. Так, синяки ссадины ушибы. Три глотка будет достаточно. А на синяки плевать. Позже уберу. Или не стану убирать, стоит ли тратить запасы на них, когда со мной такое происходит?

Я сделала три глубоких вдоха и подтянулась на ступеньку выше.

— Да, умница, немножко подтянись, и я тебя плетью достану. — ветер донёс голос Ференца.

— Ага, и сломаешь мне рёбра, как Дейвон, — пробормотала я. Страх и боль наконец-то переросли в яркую звериную злобу. Чёрта с два я свалюсь с этой лестницы, ублюдку Ростеру и королю Фридриху Вестингскому на радость!

— Всё нормально. Я поднимусь. — крикнула я погромче, чтобы Ференц не вздумал тащить меня, как мешок с картошкой.

Сверху доносились разговоры, ребята нервно переругивались. Исцеляющее зелье подействовало, острая боль превратилась в ноющую, прикушенный язык перестал наполнять рот солоноватым вкусом крови, а ссадины на лице и руках покалывало, значит затягивались. Я поползла вверх.

Шаг за шагом, ступень за ступенью, я добралась до плато под подбадривающие крики Ференца и Малики. Ребята протягивали руки, и как только я оказалась достаточно близко, ухватили и втащили меня наверх. Хлоя с видом как будто её мешком по голове ударили, сидела на коленях и смотрела на меня глазами размером с яйцо.

— Фиона… п-прости! П-прости, пожалуйста!

— За что ты извиняешься, дура? — нервно гаркнула Малика. — Это Торсон, говнюк такой, скидывал на нас камни.

— Но вы-то удержа-а-ались! — Хлоя залилась слезами и закрыла лицо ладонями.

— Прекрасно! Мало мне бед, теперь ещё и эту истеричку успокаивать. Ты как, Церингер?

Я сидела на коленях так же, как Хлоя, но в отличие от неё рыдать не собиралась. И всё же нас всех потряхивало от пережитого страха.

— Что произошло? — спросила откашлявшись. Нельзя поддаваться панике. Нужно держать себя в руках.

— Торсон! — Малику перекосило от ярости. — Мудак стоял наверху и скидывал на нас всё, что плохо лежит! Ублюдок! Нужно доложить о нём и его вышвырнут.

— Это бессмысленно. — Ференц стоял поодаль и холодно следил за открывающейся панорамой поляны с валунами, где наездники на драргах уже привычно отлавливали кадетов.

— Как это бессмысленно? Он покушался на убийство, принцесса чуть с горы не рухнула!

— Докажи. — в его голосе зазвучала сталь. Он ещё никогда так резко не разговаривал с Маликой.

— Да что с тобой?

Ференц стоял к нам спиной, и от его фигуры волнами расходилось нервное напряжение.

— Ференц? — подала я голос.

— Ваше Высочество, как вы? Сильно ушиблись?

— Всё в порядке. Я приняла исцеляющее.

— Прекрасно.

— Ничего не сломала? — Малика протянула мне руку. Я ухватилась за её сильную ладонь и встала.

— Нет. Всё в порядке. Язык только прикусила.

— Ну это к лучшему. — глубокомысленно заметила Малика. — Извини, я не стала тебя ловить плетью. Ференц вон стал и, конечно же, сам сверзился следом. Джентльмен херов! Хорошо быстро одумался и ухватился за ступени, а то за ним бы все полетели. Он у нас, оказывается, ловкий как кошка.

— Ты не представляешь, насколько я ловкий, сердце моё. — Ференц обернулся, и это был наш обычный галантный балагур с беззаботной улыбочкой. — Дай только шанс показать тебе глубины моих талантов, и ты не захочешь никого другого, обещаю.

— Вижу, ты пришёл в себя. — закатила глаза Малика. — Да хватит тебе реветь, никто не помер! — прикрикнула на Хлою. Та утирала глаза и шмыгала носом.

— Правда, Хлоя, не стоит. Ничего страшного, — слукавила я. Мне было страшно. Ещё как. Я представляла, как моё искалеченное тело лежит у подножия лестницы или висит на ступенях и покрывалась мурашками ужаса.

Мотнула головой. Ничего не случилось. Я в порядке. Я справилась.

— Ференц прав, мы не сможем обвинять Торсена без доказательств и свидетелей.

— Свидетелей? — Малика задыхалась от ярости. — Да мы все видели, что он делал!

— А Ростер и его друзья скажут, что Торсен спустился по туннелю вместе с ними, и мы все придумали.

— Да что за бред! — не сдавалась Малика.

— Это не бред, радость моя. Это здешние реалии. — сказал Ференц. — Хочешь обвинять кого-то в покушении на жизнь кадета — предъяви доказательства.

«Ты здесь за этим? Доказательства ищешь?» — хотела спросить, но не стала. Зачем ставить Ференца в неловкое положение? Сам расскажет, если захочет.

— Забудем. Мы все благополучно добрались до вершины, так давайте займёмся, чем планировали. — я изобразила беззаботную улыбку. — Пойдем смотреть, как кадеты проходят полосу.

Мы встали на край плато и уставились на поляну. Увы, основная масса кадетов уже прошла. Вернее их унесли драрги. На поле одиноко бегал Торсен, умело петляя между камнями. Драрг кружил сверху и ждал момента.

— И как ему пройти? — задумчиво потёр подбородок Ференц.

— Да хоть бы его сожрали! — буркнула Малика.

Мы стояли и смотрели. Сверху поле было как на ладони.

— Их ровно по количеству студентов, да? — я кивнула на «насест» на скале, где скучая переминались четверо наездников и драргов. — Смотрите, эти нас ждут.

— Наверное. Один драрг двоих не унесёт. — Юрген пожал плечами.

— Это тренировка для второкурсников. Вы замечали что из третьегодок с нами только командир группы. — я задумчиво смотрела на