Проделки Новогоднего духа - Ольга Токарева

— Девушки, — обратилась я к горничным, — оглядитесь и приступайте к своим обязанностям. Эмми, вам бы отдохнуть после дороги, — я указала кормилице на приземистый диванчик у стены.

Не успели мы толком осмотреться и разместить вещи Анрии, как в покои вихрем ворвалась статная дама. Вся ее осанка, ледяной испепеляющий взгляд недвусмысленно давали понять: нам здесь не рады.

Мы тоже не пылали к ней радушием, и, окинув её презрительным взглядом с головы до пят, я ледяным тоном отчеканила: — Кто ты такая и кто позволил тебе врываться в покои герцогини, не постучавшись?

От моей дерзости вся её надменность слетела, словно пожухлая листва, сорванная порывом осеннего ветра.

— Я Демея Тунташ, экономка этого замка. А вы кто такие и на каком основании здесь хозяйничаете?

— Я кузина графини Анрии Летаниской, будущей хозяйки этого великолепного дома. Со мной прибыли личные горничные графини и её кормилица. Мы здесь, чтобы помочь Анрии подготовиться к священному брачному обряду, — ответила я с лукавой ухмылкой, предвкушая, что с этой старой ведьмой нас ждёт нешуточная схватка.

— Но герцог Эрмон Рагонский не давал никаких распоряжений на ваш счёт, — отрезала она, словно мои слова пролетели мимо ушей.

— Разумеется, не давал. Как увидел невинную чистоту и красоту своей невесты, так и не смог отказать ей в маленькой просьбе, — солгала я, не моргнув и глазом, уже мысленно строя планы, как выведать, в каких покоях будет проходить этот самый древний обычай.

Экономка бросила на меня взгляд, прожигающий до костей, и, не найдя достойного ответа, уже было собралась уйти, но я преградила ей путь.

— Демея Тунташ, не могли бы вы выделить нам покои? Понимаю, в такой день забот у вас невпроворот, но нам все равно придется устраиваться на новом месте, — произнесла я с нарочитой вежливостью, решив не раздувать и без того тлеющий уголек вражды.

— Я обдумаю вашу просьбу, — отрезала она и, вскинув подбородок, словно королева, удалилась.

— Ну-ну, — проворчала я себе под нос. — Хрен с тобой, золотая рыбка. Вижу, нимб над головой думать мешает. Ничего, я его живо тебе отполирую, — задумчиво проговорила я, понимая, что по поведению Демеи можно было решить, будто именно она здесь хозяйка. Вероятно, полагает, что герцогиня слишком юна и ею легко манипулировать. Только вот не ведает эта ведьма, что если уж Ольга Бедовая вступает на тропу войны, лучше сразу сдаться без боя, иначе замок со всеми его обитателями содрогнется до основания.

Вскоре пришла служанка и проводила нас в комнату, и, вздернув горделиво голову, удалилась. А я окинула усталым взглядом место нашего пребывания, дала указание горничным:

— Агата, Паула, проскользните тенью по замку, выведайте всё, до последней мелочи. Главное, узнайте: в какой из комнат назначена чёртова обрядовая ночь. И если раздобудете для нас немного еды, будете просто сокровищем, — закончила я, провожая взглядом, как девушки, словно юркие мышки, исчезли за дверью, тихонько прикрыв её за собой.

Задумчиво покрутив артефакт-кольцо на пальце, я бросила взгляд на уже дремавшую на диване Эмми и направилась к одному из сундуков, где покоились ведьмины дары. Размотав лоскут ткани, я первым делом извлекла флакон с противоядием от дурманящего зелья конского возбудителя, который находился в свечах. Затем — склянку с сонными каплями, их нужно будет добавить в вино. И вот тут была возможность большой неприятности. Если наследник престола откажется от алкоголя, то тогда мне будет хана. Аромат свечей разлетится по покоям, молодой здоровый кобель, находясь в полном здравии, их вдыхает, и как ты думаешь, Оля, что он с тобой сделает? У меня будет только один выход — вырубить его до того, как он набросится на всё, что движется.

Ладно, Ольга, отставить панику. Будем решать проблемы по мере их поступления. Флакон юркнул в ложбинку моего скромного декольте, а свечи и вторая склянка обрели свое место за широким поясом на талии. Уже не раз репетировала эту «боевую раскладку», отсюда и кажущееся хладнокровие, сквозь которое лишь предвкушение ночи щекотало нервы.

Я уже успела затосковать, когда вернулись наши преданные горничные, несущие долгожданные новости и еду. В руках Агаты красовался поднос с нарезкой из румяной буженины и ароматного сыра, а Паула держала пузатый кувшин с рубиновым морсом.

Едва мы успели утолить голод, как замок наполнился взрывным шумом, гамом и заразительным смехом. Стало ясно — прибыли долгожданные гости, и, конечно же, главные виновники торжества. Назвать их молодожёнами… Нет, язык не поворачивался. Скорее, это были двое по несчастью.

По словам Агаты, банкет должен проходить в большом зале на первом этаже. Прошмыгнув за дверь, я, чутко прислушиваясь к нарастающему веселью, выкрикам, не раздумывая, направилась туда. Затаившись за одной из колонн второго этажа, с которого открывался прекрасный вид на застолье, принялась изучать гостей. К сожалению, венценосных особ и невесту рассмотреть не удалось, они находились вне зоны видимости. Поняв, что наблюдать за пьянеющей толпой у меня нет ни малейшего желания, я вернулась в комнату и, окинув горничных и кормилицу задумчивым взглядом, сказала:

— Пир в разгаре и скоро достигнет своего апогея безумства. Я ухожу, — прошептала я. — Закройтесь на все засовы и никого не впускайте. Откроете лишь тогда, когда услышите мой голос.

— Где же вы будете? — с любопытством спросила Паула.

— Отправляюсь в покои герцога. Затаюсь в шкафу, проведу там всю ночь. Если Анрии понадобится помощь, я буду рядом, — ответила им, стараясь сохранить невозмутимость.

Подойдя к зеркалу, я накинула на голову заранее приготовленный шелковый платок, так, чтобы он мягкими складками скрывал лицо, и закрепила его тонким обручем. Образ был завершен. Теперь оставалось лишь прогуляться по этажам, появляясь на виду у прислуги, чтобы каждый из них запомнил чудачества кузины новой герцогини. Пусть этот фарс отпечатается в их памяти.

Глава 22

Древний обряд «Право первой ночи»

Проскользнув тенью по коридорам, а затем и в герцогские покои, я напряглась, едва переступив порог. Мрачные тона давили, словно приглашая в берлогу холостяка, пусть и вдовца. Тяжёлая мебель из тёмного дерева, драпированная бордовым бархатом, казалась неживой. По обе стороны от камина, как будто призрачные стражи давно минувших эпох, застыли доспехи, копья, щиты и даже зловещий кнут. Трофеи и