Проделки Новогоднего духа - Ольга Токарева

Взгляд скользнул по тяжёлому балдахину, раскинувшемуся над постелью, словно огненные крылья феникса. Обозрев кровать, застеленную атласным покрывалом, шёлковыми нитями по нему была вышита королевская охота. Впечатлили исполинские размеры семейного ложа — не меньше трех на три, — и я невольно покачала головой, подумав: «Герцог, видать, в молодости был еще тот затейник».

Не зная, когда новоиспеченный супруг соизволит привести молодую жену в свои покои, решила не терять драгоценного времени и выспаться впрок. Кто знает, какая ночь меня ждет впереди.

Заглянув в гардеробную, я бегло окинула ее взглядом и, заметив на нижней полке пыльные коробки и старые вещи, принялась за дело. Расправившись с хламом, я сняла с вешалки тяжелую мужскую шубу. Удивившись ее весу, провела рукой по роскошному, почти черному меху, любуясь его шелковистым блеском. «Отличная будет подстилка!» — обрадовалась я и, бережно уложив шубу в укромную нишу, поспешила в комнату. Схватив с огромной кровати две пуховые подушки, едва не потянулась за одеялом, но вовремя одумалась. Слуги наверняка придут готовить постель, и пропажа может обнаружиться. А вот отсутствие двух подушек из десятка вряд ли кто-то заметит.

Сняв с вешалки пальто, я устроилась в своём укромном месте, укрыв себя элегантной старинной вещью, не заметила, как задремала. Разбудили меня доносящаяся из покоев суета, топот ног и звон стекла. Когда шум затих, в тишине прозвучал старческий, дрожащий голос.

— Анрия… Мне тяжело говорить об этих переменах, что омрачили наши жизни. Мой сын стал бы тебе достойным мужем, а не я, старик. Но я должен сказать… Пусть предстоящая брачная ночь не вселяет в тебя страх. Прими это как неизбежность. Хо, — прокашлялся герцог, помолчал немного, продолжив. — На мой взгляд, давно пора положить конец этому варварскому королевскому обряду права первой ночи. Генрих решил передать бразды правления Сэирону, а вместе с тем и право провести свой первый обряд с тобой. Надеюсь, он исполнит этот долг с честью, и у тебя останутся лишь светлые воспоминания.

— Старый ты дурак, — сорвалось у меня с губ. — Если мужчина противен женщине, то он может вызвать у неё лишь негативные воспоминания. А уж первая ночь с ним… Да это же кошмар наяву!

Отбросив пальто, я выскользнула из своего тайника и, крадучись приблизившись к двери, затаилась. Затем услышала звук захлопнувшейся двери и приглушенный всхлип, пронзивший тишину. Осторожно приоткрыв створку, я прошептала: «Анрия…» В ответ раздался торопливый топот приближающихся шагов.

Дверь распахнулась, и герцогиня, застыв на мгновение, крикнула: «Ольга!» — и бросилась ко мне на шею. Цепляясь за меня, она запричитала: — Ты не представляешь, что я пережила, узнав, что вы не поедете со мной! Я вся измучилась. В голове мелькали жуткие картины, одна страшнее другой. Я уже решила, что выброшусь в окно, но не разделю ложе с Сэироном!

— И не придётся, — ответила я, высвобождаясь из ее объятий. — Как мы сюда добрались, расскажу потом. Твоя миссия на сегодня окончена. Нам осталось только поменяться местами, а для этого нужно переодеться. А потом можешь занять укромное место, которое я приготовила, и спать спокойно, а мне в эту ночь предстоит провести древний ритуал. Ну, держись, Его Высочество! — прошептала я со злорадством.

Мы быстро переоделись с Анрией, и если она устроилась в нише, закрыв глаза с довольной улыбкой, то я, активировав артефакт в виде кольца, вышла в покои. Держа в руках ведьмины подарки, я осмотрелась, а услышав шум за дверью, метнулась к кровати и быстро спрятала под их под подушку. Вздрогнула, заметалась, не зная, куда деться. Поддавшись внезапному порыву, подбежала к очагу, где весело плясали языки пламени, и застыла перед ним, сложила руки в молитвенном жесте, как монахиня, пришедшая на исповедь. Вскинув глаза к потолку, я беззвучно зашептала, словно истинно верующая, заодно припомнила «добрым словом» того, из-за кого я попала в этот мир.

Дверь в покои распахнулась с грохотом, словно разверзлась преисподняя, впуская в себя вихрь разгула. Первым в комнату пьяным в стельку влетел белобрысый молодой человек. У меня сложилось впечатление, будто он в данный момент управлял неуправляемой дрезиной, а следом за ним, подобно прицепившимся вагонеткам, ввалилась его разудалая свита. Различить, где заканчивается друг и начинается приятель, было невозможно — все они представляли собой единую бурлящую массу неадекватности. Заметив меня, Сэирон резко затормозил, и развеселая гоп-компания, не успев среагировать, врезалась в него, образовав кучу-малу из хохочущих тел.

Признаюсь честно, меня сковал леденящий душу страх. Всё пошло прахом, словно карточный домик, рухнувший от дуновения ветра. Я не успела зажечь благовонные свечи, а о зелье дурмана можно было не вспоминать. В смятении я опустила взор к полу, исподтишка изучая бравых вояк. В памяти всплыли слова одной баронессы: «На конях и при полном параде». Только вот проверять «боевой» пыл этих «коней» не было ни малейшего желания. От его высочества нестерпимо разило перегаром, словно из открытой бочки. Затаив дыхание, я сменила гнев на милость и принялась шептать новогоднему духу, моля его о помощи в осуществлении задуманного плана.

Улыбка мгновенно сошла с лица молодого мужчины, одетого в белоснежный праздничный камзол, расшитый золотыми нитями. Ежу понятно — передо мной стоит «муж» на одну ночь. Взгляд его стал изучающим, пронзительным, и лишь заострившиеся скулы выдавали внутреннее напряжение. Но более всего его настрой выдавали колкие, голодные голубые глаза, в глубине которых разгорался хищный интерес. «И вот тут я поняла, почему Анрии так не понравился принц? Он действительно напоминал жабу. Нет… У него не было на лице бородавок, и размер глаз был обычным, может, слегка большим. Нос картошкой, губы примерно такого размера, как я себе увеличивала, когда убегала от очередного Кузнецова. У меня был парень с избыточным весом, но этот его недостаток скрадывали широкие плечи и тонкий торс, а то, что будоражит женские умы, устраивало меня полностью».

А здесь всё как-то пухло и дрябло выглядит на первый взгляд. Впервые вижу принца, и такое разочарование. Мне всегда они представлялись стройными, сильными и идеальными красавцами. О лошадях и говорить не стоит, седлайте лимузин, и сойдёт. Сэирону бы спортом заняться, да дури поубавить, и, возможно, получился бы нормальный мужчина'.

Не заметила, как в комнате воцарилась зловещая тишина. Я встрепенулась, словно от удара хлыстом, когда услышала слова: «А