Кому дракона с крыльями и замком? - Елена Саттэр

Никогда так не веселился, хоть и устал зверски. В конце просто сел в уголок и только сейчас заметил, как здесь всё преобразилось. Мрачная гостиная обрела шторы, картины, светильники. Это что там свёрнутое около стены? Ковёр? Диваны новые. Или подожди, неновые. Покрывала на них появились с птичками маленькими жёлтенькими. А сижу на чём? Кресло? Удобное какое. Вот так бы ноги чуть вытянуть и глаза на миг прикрыть. Как хорошо. Уютно. Я дома. И шум совсем не мешает.

Проснулся я утром. Под голову была подложена подушечка, а я сам был укрыт тёплым пледом. Это я что? Во время праздника вчера уснул? Ну под конец, правда. Самое интересное, что, не смотря что сидя, выспался.

Замок ещё спал. Ну пойду пока хоть освежусь да переоденусь.

На завтраке мне улыбались, но таинственно молчали. Даже мама отводила глаза в сторону. Я не понял, что происходит? От меня что-то явно скрывали. Причём неумело. Вначале хотел потрясти моих дамочек и выпытать, потом решил – не буду. Даже интересно стало, что они придумали.

Версий у меня было несколько. Ну, например, кабинет мой в розовый цвет покрасили – убью тогда однозначно! Что ещё? Хор из ратушных организовали, чтоб они меня приветственным гимном встретили. С Татьяны станется. Что ещё? Всё. Моя фантазия на этом иссякла.

На завтраке девочки обсуждали детский праздник.

— Санни, я считаю, что приём удался, — гордо сказала Татьяна.

— Ага, — кивнула дочь, — мне все на прощание говорили, что так весело им никогда не было и что они с удовольствием примут приглашение снова. Папа, ты только не засыпай снова в разгар веселья.

Я смущённо покряхтел. Это же надо было так опростоволоситься.

— Прости, Санни.

— Нет, пап, никто не обиделся, просто ты столько интересного проспал, но я тебе сейчас всё по дороге расскажу.

Так и было. Странно, но в ратушу мы почему-то загрузились всей семьёй. И мама, и Татьяна, и Санни. Причём мама и Санни были с какими-то объёмными сумками.

Попробовал спросить, а куда мама едет? В ратушу? Ей Татьяна тоже работу нашла? Может, поэтому они так темнили?

На площади, кроме нашего оказались ещё пять экипажей, из которых при нашем появлении стали вылезать люди. Что? Представители королевской канцелярии? А командующий гарнизоном зачем прискакал?

Увидев меня, он спрятался за толпой сановников. Мне кто-нибудь объяснит, что происходит? Татьяна кивнула ему и ушла открывать ратушу. Служащие, побросав на прибывших столичных чиновников любопытные взгляды и поздоровавшись со мной, тонким ручейком потянулись вслед за моим ординарцем.

На площади стали собираться любопытствующие.

— Спасибо, что пригласили, — подошли ко мне сановники.

Кто пригласил? Я пригласил? Куда? Когда?

Глава 48

Серж.

И не успел я задать эти вопросы, как со всех сторон прискакали всадники и стали рапортовать:

— Все на месте.

— Кто на месте? — захотелось взвыть мне громким голосом, как в ответ по городу завыла сирена и очень знакомый голосок, обладательницу которого я готов был сейчас растерзать, объявил через громкоговоритель:

— Внимание. Тревога.

И, помолчав чуть, добавил:

— Код зелёный.

Что она творит? Какая тревога? Какой зелёный код? И что тут началось. Всё вокруг нашей группы пришло в движение. Мама с Санни с серьёзным видом мне кивнули и быстрым шагом куда-то отправились, таща свои поклажи. Служащие ратуши с похожими, только сейчас обратил внимание, сумками тоже устремились с рабочих мест в разные стороны. Через минуту площадь опустела, и из двери показалась Татьяна. Помахала ручкой сановникам и сказала:

— Время пошло. Соревнования между районами начались.

Нам подвели коней. И мне ничего не оставалось делать, как взгромоздиться верхом и, пристроившись рядом с ординарцем, прошипеть:

— Татьяна, мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?

И мне рассказали и про Максимилиана, и проворовавшегося главного по убежищам, и про инициативу мамы.

Я ехал и ошалевшими глазами смотрел, как организованно город эвакуируется в, как их? ПГУ. Немощных тащили на носилках. Никто не суетился, все действовали слаженно и организованно.

— Ты как это сделала? — только и смог спросить я, наблюдая всё это действо.

— Кнутом и пряником, — улыбнулась мой ординарец.

— Ты их секла, что ли?

— Не, монетой наказывала. А на что ты думаешь, мы и убежища оснастили, призы приготовили за лучшее ПГУ.

Через минут тридцать все жители эвакуировались. До одного. Сановники, проверив списки у дежуривших около каждого убежища, довольно хмыкали. Мы даже спускались в некоторые и наблюдали не испуганных, недовольных людей, а спокойных, довольных граждан, причём явно привыкших к подземным условиям. С разделением по интересам и группам.

— Ну что, господин комендант, — после осмотра всех ПГУ ко мне обратился глава проверяющих, — результаты превосходные. Мы сообщим о вашем опыте королю. Думаю, такие учения будут теперь проводиться в каждом городе. Просим вас поделиться с нашей канцелярией опытом.

Только я хотел промычать, что, вообще-то, я ни слухом, ни духом. Не привык я на чужих лаврах почивать. Мне своих хватает. Как Татьяна вытащила из небольшой сумки, небо, весь город теперь с этими сумками бегает, стопку листов и отдала сановнику.

— Всё приготовлено.

— Ординарец ваш? — Татьяну оглядели с ног до головы, затормозив чуть взгляд на груди. — Симпатичный.

Я помрачнел и глазами приказал симпатичному ординарцу скрыться с глаз долой. Во-первых, чтоб на неё не глазели, во-вторых, построжить надо. Это же она всё за моей спиной провернула. И мне даже никто не пикнул в донесениях. Грозно глянул на командующего гарнизона.

Какие невинные у него были глаза. Ягнёночек новорождённый. Хотелось превратиться в дракона и вспылить, но потом оценил всё трезво и успокоился. Почему? Потому что понял, что за жителей, маму, Санни и Татьяну теперь я спокоен. Да, самодеятельность. Да, побурчу, чтоб больше за моей спиной такое не делали, но потом поблагодарю и, может быть, даже обязательно поцелую.

Сановников пришлось приглашать к себе в замок в гости. Они решили остаться на завтрашнее награждение. А мне так хотелось побыть со своими, но, видно, не судьба. Мельком только поймал в коридоре Татьяну и, пока до нас не донёсся дробный топот Саниных ног, целовал. Несколько раз удавалось взять за руку мою фиктивную невесту и гладить  по ладошке. Её глаза блестели, а улыбка не сходила с губ. Мама