У(лю)бить дракона - Александра Гусарова

немного, и ты в подобном виде будешь ложиться со мной в постель каждую ночь, — удивительно, но выражение лица у него стало мечтательным, а голос лился, словно мед. Он явно годился своей выдержкой и словами, которые нашел, меня успокаивая. В голове тут же промелькнула мысль сдернуть простыню уже осознанно. Однако я тотчас ее прогнала. Рано! Нельзя спугнуть. Он только-только начал оттаивать и открываться передо мной. Поэтому вздохнула и забралась на кровать прямо в простыне и натянула на себя одеяло по самый подбородок.

— Я в ванну! — сообщил дракон и скрылся за дверью. А у меня появилась возможность помечтать. Какой он выйдет? Как выглядит без одежды? Смогу ли я удержаться и не начать к нему приставать? Или нырнет в ледяную воду и вынырнет уже без всяких желаний и потребностей? Тогда понятно, почему бассейн холодный.

Я отлично знала, что такое возбуждение. И однажды дошла до высшей точки в той самой беседке. А остальное время Азардин просто замораживал мои чувства. Зато я больше ничем не маялась.

А вдруг наоборот? Он будет таким страшным и непривлекательным, что я от отвращения не смогу к нему прикоснуться и не разрешу касаться меня? Похоже, он именно этого и боялся. А не переоценила ли я силу своей любви и желания?

Потом все же решила, что решать проблемы буду по мере их поступления. Даже прикрыла глаза и задремала.

Очнулась в темноте от того, что матрас рядом со мной прогнулся. К моему великому разочарованию, дракон был в рубашке. Тонкой, без пуговиц. Но все же рубашке. Было ли на нем что-то внизу, я не поняла. Хотя по ощущениям ноги оказались голыми и волосатыми. Здесь братья тоже были одинаковыми.

Азардин их периодически брил. И это было хуже всего. Они имели свойство отрастать и неимоверно при этом колоться. И сколько бы я не просила его это не делать, он меня словно не слышал. Теперь я подозреваю, что в «чистом» виде он посещал Марицу и ей подобных. А мне и так годилось. У Александра они ощущались, но слава Элмаку, не кололись. И было даже приятно, что рядом лежал мужчина.

Он криво улыбнулся и притянул меня к себе. Бедное девичье сердечко забилось в предвкушении. Однако дракон положил мою голову себе на плечо, погладил по волосам, поцеловал в висок и прошептал:

— Спи, любовь моя! День сегодня был тяжелым!

Я повозилась, устраиваясь удобнее. Попыталась прижаться к нему всем телом. Все же я не отказалась от мысли его соблазнить. Но чтобы инициативу проявил он сам! И не заметила, как уснула.

Давно, пожалуй, с момента нашего развода и с того момента, как Марица вошла в наш дом, я так сладко не спала. Словно вернулась на свое законное место.

Сколько я проспала, не знаю. проснулась от того, что ощутила какое-то шевеление рядом. Немного испугалась и поспешно открыла глаза, пытаясь оценить обстановку. И тут же ощутила чужую руку на своей груди. Вспомнила где я и с кем. И сдержала крик, который от страха так и рвался наружу.

В окно падали сиротливые отблески луны. Поэтому, в принципе, все оказалось видно. На окнах в спальне Бомбардилла занавеси отсутствовали. Он не отвлекался на такую мелочевку. Тем более что с этой стороны замка никто не жил. И любые картинки, которые могли в окне показаться, смотреть и оценивать казалось некому.

Сам же дракон безмятежно спал. Только его шаловливая рука жила своей собственной жизнью, независимой от его тела. Она упорно скользила по запретной зоне женского тела и пыталась найти узел простыни, в которую я была закутана. Как я это поняла? Она в итоге нашла его и стала пытаться развязать.

Пару минут я лежала не дыша, анализируя и сопоставляя факты. Судя по недавнему рассказу Александра, когда дракон находит свою истинную, его тело начинает жить самостоятельной жизнью, независимой от разума. Нет, разум тоже принимает участие. Однако притяжение настолько велико, что он просто не может противиться. А разве могут быть две истинных? Сестры-близняшки у меня точно не было.

Не найдя ответа на вопрос, я переключилась на лежащего рядом мужчину и тихонько позвала:

— Ле-екс! — я не собиралась его будить, а просто проверяла, насколько крепок сон. Глаза остались закрытыми. Легонько погладила его по щеке. Эффект ничем не отличался. Дракон продолжал спать. Или мне святой Элмак помогает?

Рука, покрытая черными волосками, длинные пальцы и широкие плечи отвращения у меня не вызывали, а наоборот, притягивали. В животе бабочки водили хоровод и даже приплясывали. А я начала дрожать от нетерпения.

И тогда решила рискнуть и подцепила пальцами узел, помогая нахальной руке. Женские пальцы более тонкие, да и не спала я. Поэтому он легко распутался и распался, оставляя мня обнаженной рядом с Бомбардиллом.

Почувствовав, что ткань больше не мешает, он блаженно застонал, обхватил меня обеими руками и… уткнулся носом между моих грудей. А после продолжил спать, сладко причмокивая во сне. Меня, что ли там целовал?

Мне ничего иного не оставалось, как заснуть дальше. Однако нужно признать, что далось это непросто. Представьте состояние женщины, которая лежит в голом виде рядом с любимым мужчиной и что-то сильно хочет?

Только реальность диктовала другие условия. Через какое-то время я все же уснула. Проснулась уже от того, что мои щеки и шею кто-то покрывал легкими поцелуями. Попыталась открыть глаза. И оценив обстановку, решила закрыть их обратно. Солнышко встало уже достаточно высоко и нещадно било прямо в лицо.

Но основной причиной оказалось не это. Теперь уже Александр, подозревая, что я крепко сплю, целовал меня с упоением. Лицо к тому времени закончилось, и он начал спускаться ниже. Шея. Плечи. Грудь. Когда горячие губы приникли к малиновым вершинкам, я не выдержала и застонала от удовольствия. А он тут же отпрянул.

Пришлось признаваться, что не сплю. Я подняла веки и встретилась с озабоченным зеленым взглядом дракона.

— Я сделал тебе больно? Прости! — тут же повинился он.

— Лекс, ты дурачок, да простит меня святой Элмак! — фыркнула в ответ. — Или ты никогда не слышал, что женщины стонут от удовольствия?

Его выражение мгновенно превратилось в ошалелое. Губы превратились в тонкую полоску, а кадык нервно дернулся:

 - От удовольствия, а не